Ничего, он подождет, он потерпит. И проглотит те сказки, что ему рассказывает марионетка, что плетет по ее воле Крис.
Король с нескрываемой жалостью посмотрел на графа и разжал, наконец, губы:
— Уходи.
Тот смолк, с удивлением уставившись на мужчину: он не слышал? Не слушал?
И тяжко вздохнул: кому и что он доказывает? Ревнивцу? Оскорбленному, отвергнутому, брошенному человеку, который способен, ослепнув от горя, лишь мстить. Бесполезно доказывать, что он не прав, не справедлив и жесток. И взывать к его чести, совести — так же бесполезно.
Как же уберечь Анжину в такой ситуации? — тяжело вздохнул граф, и даже не кивнув королю на прощанье, покинул кабинет.
Ближе к вечеру в спальню короля ввалился без стука Пит. Прошел и сел в кресло напротив кровати, вытянув ноги на пуфик:
— Спишь? Не рано лег? Ты б хоть разделся…
День посещений? — подумал Ричард, убрав с лица руку, и воззрился на друга: зачем пожаловал? Поморщился: действительно — загадка…
— Что морщишься? Сердце?
Душа, — вздохнул король.
— Я понимаю так, что не вовремя пришел… Да? Извини, старик, но ты меня сильно своим указом подкосил. Видишь ли, у меня планы были, и как бы тебе объяснить?…
— Не нужно, — вяло посоветовал король. — Сходи к Крису, составьте речь по списку претензий и передайте мне. Гляну на досуге.
Пит загрустил.
— Иди, — попросил его Ричард.
— Я-то пойду… Но давай для начала объяснимся: не нравится мне то, что с нами со всеми происходит.
— Новость…
— Нет. Но ты забыл, что я не Крис.
Ричард равнодушно пожал плечами.
— Я серьезно, Рич, — заметил Пит. — Не дело смотреть на меня, как на предателя. Я тебя в жизни ни разу не подставил. Не бросил и сейчас не брошу. Я с тобой, понимаешь? Да, тяжело, да, паршиво, но выкарабкаемся. Вместе. А насчет Анжины…Право твое, конечно, но, — Пит поморщился — роль мудреца-просветителя давалась ему с трудом. Да и слушатель попался глухой. — Ты б с ней полегче, женщина все же, да и не чужая тебе. Дети опять же у вас. Нет, слов нет — выкинула она, не каждый проглотит. Но что с бабы возмешь? Конечно, неожиданно, и объяснить-то чем, не знаю. Но ты-то не веди себя как глупец. Отдай ты ей что хочет, да отпусти. Может тогда она в себя придет, а то ведь и на себя не похожа. А на меня ты зря обижаешься, я стараюсь в ваши дела не вмешиваться, но, Рич, а ты бы как поступил, если б моя жена попросила у тебя в долг? Ну, виноват, заглянул с ней к Карине в клуб, повеселились девочки…. Больше не повторится, обещаю. Ты специально Анжину средств лишил, да? Думаешь так ее вернешь?
— Нет, — бросил Ричард, — я ее и отпускать не собираюсь. Мне она перед глазами нужна, под рукой. Как единственная, кто может к источнику неприятностей вывести, к Анжине привести. Нет, она уйдет только после того, как расскажет все и о своем господине, и о его планах, и о моей жене. Поможет вернуть ее.
И зажмурился: лишь бы Анжина была жива! Всевышний, помоги ей, спаси и сохрани!! Меня возьми, меня!! Ее спаси…
— Рич, я с тобой и за тебя. Ты забыл? Мы друзья. Я могу помочь, хочу. Не знаю, как? А ты молчишь. Кирилл тоже. Крис…ну, он, по-моему, никого не удивил. Очнется потом, идиот, пожалеет. Не обращай ты на него внимания — с головой у него всегда проблема была.
— Что ты хочешь? — устало спросил Ричард, теряясь в догадках, что именно привело Пита к нему: вина за себя, Криса, Анжину? Желание разведать планы короля? Для себя или для других? Просьба лже-жены и графа о урегулировании недоразумений, возникших и третировавших всех? Или желание помочь лже-Анжине?
Пит вздохнул:
— Прошлое. Хочу вернуть то, что было. Покой, понимание…Не могу я так: каждый в своем углу ринга, каждый сам по себе, для себя и о себе. Противно и…больно. Мир перевернулся. Я вообще никого не узнаю: Кирилл словно разведку проводит, агент тоже нашелся. Ты смотришь на нас, как на грязь, а жену взглядом убить готов. Крис…ну, гаденыш, что скажешь? Пируэты вокруг Анжины выписывает, размечтался, как мальчишка, дальше носа ничего не видит, на всех плюет. И на себя — в первую очередь. А Анжина, веришь, я сам ее не понимаю? Чего хочет? И словно в жизни ничего не видела — все надо, всего мало! И это ей купи, и это дай — обвешала себя тряпьем и платиной, как…Я шизею в этом зоопарке! Но, Рич, как я могу ей отказать? Бросить? Ты бы ее видел в клубе — это же не Анжина, а нимфоманка какая-то…Прости, Рич, но кто тебе еще правду скажет? Может её к Яну, а? Пусть венценосную голову просветит, изъяны выявит. Патология это, честно. Я не врач, но мне и так ясно — с головой-то у нее — того…в смысле — не очень хорошо. По-моему — в этом и суть. Не адекватна она, сама, что делает — не понимает. Ее лечить надо, а не на капризы внимание обращать. Нельзя ее сейчас бросать, не по-человечьи это. Понять нужно, разобраться. Вместе. Я же вижу — тебе тяжело. Понятно — один. Только зачем один-то? Я рядом, Кирилл. Он парень правильный, не с поля Криса. Ну что ты молчишь? Рич?
— Думаю, тебе пора.
— И все?
Ричард молчал. Пит понял, что ему не достучаться до разума друга, и, вздохнув, встал:
— Угу. Только все равно, Рич, ты не прав. И я это дело так не оставлю и тебя. И буду надоедать, напоминая: я — твой брат, а не враг! А Анжина просто больна. Подумай над тем, что я сказал, хорошо?
Ричард невесело усмехнулся:
— Интересная версия. Я подумаю.
— Вот- вот, подумай, а я пошел, — немного повеселел Пит и поспешил покинуть спальню, пока благодушное настроение короля не скатилось вновь во мрак неприязни и горечи и не смазало эффект от прошедшей беседы.
Кирилл закрыл ПЭМ и вытащил флеш, что нашел в спальне королевы, в тайнике за светильником. Флеш и стопка компакт-дискет были кинуты в глубь тайника и завалены грудой драгоценностей…
Кирилл тупо посмотрел на предмет в своей руке, осторожно положил на столик и взял бутылку вина. Один бокал за другим прошли в горло. Нет, не жажда мучила наместника Энты — желание утопиться в алкоголе, утопить увиденное, забыть уже ясное и оттого страшное…
Ах, если б так же легко можно было утопить и тех, кто устроил этот грязный спектакль…
Он посмотрел на зажатый в с руке бокал и с грохотом опустил его на стол, расплескивая янтарную жидкость. Неужели он станет напиваться сейчас, как последний слюнтяй, прятаться за градусы, что дарят тишину разума, когда нужно действовать, решать, искать Анжину?!
Мурашками по коже побежал страх на нее. Парень вскочил и закрутился по комнате, не зная, куда сбежать от шалых мыслей о ее судьбе. И впечатал кулак в стену — он поможет ей! И найдет! Прочь ненужные сантименты, потом, все — потом.
Он вытащил трубку телефона и набрал номер друга:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
