5
Если бы Тхайла и поверила в те чудеса, о которых ей говорил Джайн, она все равно поразилась бы своему новому жилищу. Чего она никак не могла понять, так это того, зачем ей одной нужно столько места? Комната, в которой можно просто сидеть, комната для сна, комната для готовки, комната для умывания… Полы, стены, мебель – все было сделано из плоских, гладких и блестящих кусков дерева. Она еще никогда в жизни не видела ровных гладких стен. Пол был устлан толстыми мягкими кусками материи, возле стен стояли мягкие кресла, при этом все было украшено красивыми затейливыми узорами. На окнах тоже висели аккуратные отрезы ткани, которые, судя по всему, играли здесь роль плетеных циновок. Сами окна были затянуты чудесным, совершенно прозрачным льдом, который и не думал таять. Волшебными здесь были даже фонари, которые горели без масла и фитиля. Тхайла о таких вещах даже и не слышала.
Но все же самым удивительным изо всех предметов было зеркало. Тхайла знала о существовании зеркал. Стоя у смертного одра своей прапрабабушки, она забавлялась игрой с принадлежавшим той зеркалом. Семья тогда едва не переругалась в пух и прах – всем хотелось завладеть этой чудесной вещицей. Мутное и кривое зеркало Фейн было не больше коровьей лепешки.
Это же зеркало было выше Миста, больше двери, чище воздуха…
Нет, она явно располнела…
Тут она вновь вспомнила, что это жилище принадлежит именно ей. Не Мист, а она была здесь хозяйкой. Ей очень не нравилась та надменность, с которой он показывал ей свое умение обращаться с волшебными ванной, плитой и набитыми пухом подушками и перинами. Наверняка две недели тому назад он понимал во всем этом не больше ее самой. Особенно ей не понравилось, как он демонстрировал преимущества перин перед соломенными матами. Фантазии фантазиями, но всему же должен быть предел… Ей хотелось поскорее выставить Миста за дверь и заняться осмотром своего нового дома. Особенно ее привлекала ванна с горячей водой. После этого она собиралась заняться примеркой бесчисленных нарядов, лежавших бесформенной кучей на одном из кресел. Конечно же, этому рослому гребцу с маслянистыми глазами здесь было не место. Она не хотела, чтобы он подсматривал за ней.
– Ты голоден? – спросила Тхайла.
– Да!
– Ты, кажется, говорил, что у тебя с поварскими талантами не того, верно? Значит, тебе придется сходить на базар и принести что-нибудь оттуда, слышишь?
Мист довольно заулыбался.
– Все понятно. И чего же ты хочешь?
– Мне все равно. И знаешь, Мист…
– Ну?
– Не спеши. Ты понял?
Она увидела его обиду, но та тут же сменилась покорностью.
– Часа хватит?
– Лучше, если их будет два.
Мист вышел из дома и широким шагом направился к лесу. Она видела его сквозь прозрачную льдинку окна. В своем новом серебристо-голубом плаще он выглядел прямо-таки замечательно.
6
Мист вернулся, когда день уже близился к концу. Тени стали длинными-предлинными. Зрение подсказало ей, что он идет по Тропе. Теперь центром всех его желаний и устремлений стал желудок. Мист страшно хотел есть. Она, впрочем, тоже. Тхайла уже не плакала, и глаза ее уже не были такими красными, благо, она успела ополоснуть лицо холодной водой. В его присутствии плакать она ни за что бы не стала.
Она вышла на крыльцо с мыслью о том, что ей следует изобразить на лице некое подобие улыбки. К собственному изумлению, ей удалось улыбнуться совершенно непринужденно. Она тут же поняла причину этого – в отличие от Джайна и учетчиков Мист не был злодеем. Она не сомневалась в его невинности. Впрочем, определение невинный к нему не очень-то подходило.
Он шел по Тропе огромными шагами, прижимая к груди корзину со снедью. Дождь кончился вскоре после его ухода, но Тхайла уже начинала привыкать к изворотам Тропы и потому вид мокрого плаща Миста ее нисколько не смутил. Того же ее вид просто потряс. Она надела на себя светлую блузку и темную, отливающую золотом юбку. Мист моментально забыл о голоде.
– И что же ты принес? – спросила она, взяв у него корзину.
– Рыбу! Ты умеешь ее готовить?
– Я попробую.
Мист задержался на пороге, Тхайла же направилась прямиком на кухню. К тому времени, когда она выложила содержимое корзины на стол, он был уже тут как тут. Теперь на нем была белая рубаха, переиначенная ремешком с серебряной пряжкой, и узкие вельветовые брюки зеленого цвета. Да, Джайн не ошибся – что-что, а пофорсить Мист явно любил. Дом постепенно погружался в полумрак, и от этого, казалось, он становился больше.
Тхайла недоуменно взирала на четырех огромных толстых окуней, хлеб, покрытый аппетитной хрустящей корочкой, ямс, лук, яйца, лимоны, масло, три бутылки с непонятными наклейками…
– Ты пригласил к нам весь Колледж?
– Все это я мог бы съесть и в одиночку, – без тени сомнения ответил ей Мист, – но, увы, кое-что придется оставить тебе… Ты любишь вино?
– Никогда его не пробовала, – ответила Тхайла. Ее ответ почему-то обрадовал Миста.
Она достала из ящика стола большой металлический нож и принялась за работу. У ее отца был один-единственный нож, она же владела целой дюжиной! Мист тем временем занялся откупориванием бутылки. Налив вино в бокалы, он принес из гостиной кресло и, удобно устроившись в нем, стал наблюдать за тем, как Тхайла готовит ужин. Она уже начинала понимать, в чем состоит его талант.
Ее руки двигались словно сами собой – работать ей было не привыкать.
– Как странно, – заметила она. – Я совершенно утратила чувство времени.
Она не увидела с его стороны никакой реакции. Либо Мист был волшебником, умевшим скрывать свои подлинные эмоции, либо он действительно являл собой воплощенную невинность.
– Что-то около первой четверти… Ммм… Какое вкусное вино.
Она осторожно взяла в руки свой бокал, до краев наполненный вином.
– А луна сейчас какая?
– Вторая! – Ее вопрос явно поразил его своей абсурдностью.
– Что-то мне это твое вино не нравится.
– Ничего, еще привыкнешь, – сказал Мист с надеждой в голосе.
Как ему этого хочется. Судя по всему, он возлагал на вино какие-то надежды. Да, с этим Мистом ухо нужно было держать востро.
Вторая луна года… Значит, она ничего не придумала… Тхайла принялась резать лук – заплачь она вновь, он помог бы ей скрыть истинную причину ее слез.
Дом чрезвычайно радовал ее, но он же являлся причиной ее терзаний. Чем лучше она его узнавала, тем тяжелее становилось у нее на сердце. Она хотела делить все эти нежданно-негаданно свалившиеся на нее богатства с другим человеком. Но с кем? С Гаибом? С Фриэль? С сестренкой Шиилой? Нет, все это не то… Может, с братом Финном? Тоже нет… Она просто не знала этого человека.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
