Она взглянула на брата, вцепившегося в окошко. Он еще надеялся рассмотреть что-нибудь. Его разочарования она тоже боялась и предпочла бы привезти его в Меару после того, как здесь все приведут в порядок… Но ждать дольше было невыносимо, а оставлять братишку в Жанхоте — жестоко.
О замке Ялмари сообщил перед отъездом, за мгновение до того как вскочил на коня. Илкер легко разгадала его намерения: некогда было спорить или возмущаться. Да и желания не было: он ведь уезжал надолго. Зато теперь на все время отсутствия мужа он нашел ей занятие: перестраивать и декорировать замок по собственному усмотрению. В средствах она не ограничена. Он заботился о ней, и не хотел, чтобы она грустила… Впрочем, она бы в любом случае нашла себе занятие.
Наконец карета остановилась, заскрежетали ворота, но Илкер, не дожидаясь помощи слуг, выскользнула наружу: она устала сидеть в темноте. Ашбел с удовольствием последовал за ней. Теперь он носил мужскую одежду только маленькую — штаны ниже колена, кожаные туфли на небольшом каблуке, шелковую рубашку с кружевным воротником и приталенный камзол. Он потребовал, чтобы его постригли короче, и дали кинжал, но Илкер справедливо возразила, что вряд ли дворянину, пока он не стал оруженосцем и не получил посвящение в рыцари позволено носить оружие. С тех пор Ашбел погрузился в размышления: попроситься ли ему в оруженосцы к лорду Сороту, который казался настоящим рыцарем и дворянином, или же выбрать мужа сестры, который хоть и одевался скромнее, но был настоящим принцем и, несомненно, героем. Он не спрашивал совета у сестры, и Илкер с рекомендациями не лезла. Вот Ялмари вернется, тогда они вместе решат, что делать с "молодым графом".
Они на мгновение задержались, осматривая металлическую решетку, окружающую замок. Десяток "волков" тоже спешились — Илкер с трудом привыкала, что куда бы она ни пошла, теперь ее сопровождают минимум десять человек.
Забор из металлических переплетений сделал предыдущий хозяин. Отец снес старые стены за ненадобностью: по его мнению, лучше никаких стен, чем полуразрушенные, подчеркивающие, что у хозяев нет средств, чтобы их восстановить. К тому же Меара находилась в такой части Энгарна, до которой война не докатывалась уже 400 лет. Камни стены использовали для того, чтобы отстроить каменную конюшню, а некоторые были пожертвованы вилланам для строительства домов.
Пожилой слуга в новенькой ливрее цветов графа Лаксме: темно-зеленый с золотом, открыл ворота и поспешил навстречу:
— Ваше высочество, господин граф… Нас не предупредили о вашем прибытии…
— Это ничего, — успокоила старика Илкер.
— С кем имею честь, сударь? — поинтересовался Ашбел. Он изо всех сил старался вести себя как граф, это девушке совсем не нравилось: слишком мал для этого. Но она надеялась, что это пройдет.
— Яфий, господин граф, — поклонился он. — Дворецкий я здесь.
— Давно служите? — строго спросил брат, Илкер постаралась незаметно ткнуть его в бок, но он никак на это не отреагировал.
— Семь лет, господин граф, — смиренно ответил он.
"Жаль, что не отыщешь старых слуг", — опечалилась Илкер.
— Я хотел бы увидеть управляющего, — продолжил Ашбел.
Девушка не выдержала:
— Я хотела бы увидеть управляющего, — вежливо вступила она.
— За ним уже послали, ваше высочество, — заверил Яфий. — У него дом недалеко, в деревне.
— Благодарю, — кивнула Илкер. — Тогда вы нам не нужны.
— Но… ваше высочество… — растерялся дворецкий.
— Я имею в виду, что замок мы будем осматривать самостоятельно. Если вы еще понадобитесь, вас позовут. Распорядитесь по поводу обеда для нас и солдат.
— Как скажете, ваше высочество, — Яфий повеселел, поняв, что его не увольняют.
Когда толстячок исчез, девушка повернулась к брату:
— Прекрати вести себя как взрослый, — отчитала она негромко. — Тебе еще больше десяти лет ждать, когда ты будешь иметь возможность распоряжаться тут.
— В некоторых случаях, — недовольно буркнул Ашбел, — самостоятельность предоставляется раньше совершеннолетия. Принцу тоже не исполнилось двадцать четыре!
— Наверняка он не вел себя так, как ты сейчас.
— Между прочим, ты тоже еще не совершеннолетняя, — продолжал вредничать брат.
— Зато у меня титул выше, — отрезала Илкер и обвела взглядом замок.
Сердце неровно забилось. Ей так часто снился этот дом, его темные, красноватые стены. От ворот до него было еще около двух лавгов. В центре возвышалась башня Меа — с нее замок начал свое существование. По легенде, построила ее Меа Лаксме, ушедшая из родительского дома вместе влюбленным в нее нищим рыцарем отца. Наверно, кто-то из слуг тоже ушел, не вдвоем же они строили эту башню. Но самое интересное, что в легенде ни разу не упоминается имя этого самого нищего рыцаря, впоследствии ставшего то ли ее мужем, то ли любовником. Все знают только Меа Лаксме, отстроившую сначала башню, а потом замок, который впоследствии еще увеличил ее сын. Он же за особые заслуги перед королем получил титул графа и герб: на фоне огромной ели пара волков. Род Илкер насчитывал уже более трехсот лет, а легенда о Меа ей особенно нравилась, так же, как и герб, символизировавший верность. Из людей мало кто знал, почему именно волки изображают верность, но детей Лаксме учили с детства: нет никого преданней этого кажущегося жестоким и диким зверя.
К круглой башне Меа примыкало две квадратных — чуть меньшей высоты, но шире и основательней, более пригодные для жизни, но с узкими окнами-бойницами. Дед Илкер пристроил к ним еще два длинных двухэтажных крыла, с окнами побольше и круглыми башенками, перекликающимися с центральной башней и придававший строению гармонию.
Деревья и кустарники новые хозяева вырубили. Коротко постриженная трава, простиравшаяся до замка, походила на зеленый ковер. К широкой дороге, ведущей от ворот, стекались более узкие тропинки. Смотрелось неплохо, но кусты или хотя бы цветы в клумбах выглядели бы еще лучше. "А может, сделать фонтан? — Илкер вздохнула и запретила себе мечтать. — Нельзя злоупотреблять добротой Ялмари. А то еще Полад пожалеет, что разрешил ему жениться на мне. И вообще — это замок не мой, а Ашбела. Свои мечты буду воплощать в Ецион-Гавере".
Внешне замок был в порядке. Скорее всего, больших реконструкций не потребуется. Разве что переделать какую-нибудь гостиную, сделать там окна еще больше на случай, если приедут в гости Ялмари или Полад. Она пошла к дверям, Ашбел поплелся за ней. Обиделся, наверно, поэтому молчит. Пусть обижается.
По узкой витой лестнице Илкер поднялась в кабинет отца. Конечно, тут все переделали, и от этого стало очень грустно. Девушка взбодрила себя: "Это хорошо, что все другое. Если бы все осталось прежним, я еще сильнее тосковала бы по родителям…"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
