Читаем без скачивания Хирург мафии (сборник) - Николай Леонов

– Номер не запомнили?

– Номер не весь запомнил. Мне показалось, что у него две последние цифры, как и у меня на номере – «67».

– Ну, две цифры – уже хорошо, это лучше, чем ни одной, – усмехнулся Гуров. – А теперь давайте разберемся с помятым крылом. Видите ли, у «КамАЗа» крыла как такового и нет. – Он повернулся к Гусеву: – Валера, найди-ка в Интернете фотографию «КамАЗа», пусть Олег Владимирович на ней покажет и расскажет, каков был характер повреждений на самосвале.

Гусев нашел несколько фотографий. Выбрал ту, которая соответствовала нужному ракурсу. Зубрилин видел машину со стороны правого борта и чуть спереди, а потом видел кузов проезжающей мимо машины, потом затемненную заднюю часть кузова. И все это в течение примерно двух секунд.

– Ну вот, теперь покажите на этой фотографии, – повел карандашом по экрану ноутбука Лев, – где был помят кузов?

– Да, действительно. – Зубрилин взял у Гурова карандаш и почесал им в затылке. – Мне почему-то казалось, что у него есть крыло. Хотя вот здесь над колесом арка, но мне повреждение показалось с передней части. Знаете, наверное, у машины был чуть смят вот этот стальной мощный бампер, чуть выгнут вот сюда. И подножка под дверцей. Хотя я могу ошибаться. Темно, и очертания непривычные. Смотреть на машину в темноте и сейчас здесь – разные вещи.

– Значит, вы не уверены, что на кузове были повреждения? – осторожно спросил Гуров.

– Вы знаете, – задумчиво проговорил свидетель, – не могу сейчас описать точно, но все же есть ощущение, что бампер был помят. Наверное, от удара в ту машину, которую он сбросил в кювет.

– Ладно. – Гуров покосился на Гусева, который старательно записывал показания свидетеля. – Что было дальше?

– А что дальше… Я выехал на шоссе и позвонил по единому номеру в службу спасения. Вы хотите узнать, не спустился ли я к машине в кювет?

– Нет, я не хочу об этом спрашивать, – пожал плечами Лев.

– Да поймите вы, – начал горячиться Зубрилин, – я был с женщиной, она не свободна. И чем бы я мог помочь тем, кто в машине? Вы знаете, сколько уже судов прошло на эту тему? Когда вот так неквалифицированно пытались оказать первую помощь без «Скорой», а потом родственники в суде доказывали, что помощники только навредили, и человек умер от этой помощи. Они миллионы отсуживали. Себе дороже!

– А я и не говорю ничего, – спокойно отозвался Гуров.

– Но вы же подумали.

– Да мало ли чего я думаю! Голова у меня так устроена, что думает и думает все время.

Гуров поднялся со стула, похлопал свидетеля по плечу и вышел из кабинета. Теперь, главное, не упустить время. Две цифры – это серьезно, это уже направление для розыска. Если проверять сначала московские номера, а потом… Гуров посмотрел на свой телефон, подумал и набрал номер:

– Огородников? Здорово, это Гуров. Слушай, у вас в угонах по Москве случайно нет номеров с последними двумя цифрами «67»? Почему обязательно легковая? Любая, и грузовик тоже. Да я не тороплю. Просто проверь.

«КамАЗ» стоял у забора гаражного кооператива, прижимаясь к нему почти вплотную правым боком. Гуров с сомнением почесал бровь. Как раз нужный бок рассмотреть и не удастся. Не хотелось бы приглашать кран, чтобы подвинуть машину, не хотелось бы раньше времени идти домой к Карнаухову и требовать у него ключи от машины. Карнаухов пьет вторую неделю, после того как у него отобрали права за аварию в состоянии алкогольного опьянения. Он никого не сбил, он просто врезался в металлический отбойник на шоссе. И, что удивительно, как раз правым боком, повредив и мощный стальной бампер, и подвесную лесенку, и даже немного арку колеса. И произошло это 19-го ночью. То есть на следующую ночь после того, как такая же машина свалила в кювет изуродованную «Ауди».

Факт родства между Поляковым и Карнауховым установили быстро. Они оказались двоюродными братьями по отцу. И тут же выяснилось, что Карнаухов – шофер, что у него выкупленная из аренды машина-самосвал. Номер, правда, совершенно другой и в нем нет нужных цифр «67». Но когда старый знакомый Гурова подполковник Огородников, работавший в аппарате ГИБДД, по просьбе сыщика порылся в электронном списке угнанных машин, то довольно быстро нашел ему аж четыре номера с двумя цифрами «67» в конце. Три машины с такими номерами были угнаны в течение последнего месяца в разных районах Москвы. А вот четвертая машина была угнана 14-го числа, то есть за четыре дня до происшествия на Новорижском шоссе. Это был тоже «КамАЗ», который нашли довольно быстро. В Битцевском лесу. С него сняли кое-какие детали и… номерной знак с цифрами «267».

Сейчас задача стояла простая, но работа предстояла довольно кропотливая, поэтому Гуров попросил капитана Левочкину взять с собой еще двоих молодых экспертов. И из МУРа он попросил прислать пару оперативников в помощь. Следователь Ходулин сидел в оперативной машине из МВД и быстро заполнял протокол. Работа началась.

Один из экспертов протиснулся к забору и, надвинув на лоб оптический прибор, рассматривал поверхность бампера и кузова. Сама Левочкина со вторым помощником забрались в кузов. Там они сантиметр за сантиметром осматривали каждую щель между досками, каждый кусочек мусора. Первым выбрался вспотевший эксперт, который осматривал бампер. Он вытер лоб со следами крепления прибора и попросил Крячко подержать фотоаппарат.

– Ну? – не выдержал Гуров.

– Бампер был поврежден до аварии 19-го числа. Я сделал несколько фотографий и приложу их к акту. А если в двух словах, то на металле бампера, с которого была содрана краска, есть следы краски, оставшиеся после соприкосновения с отбойником на трассе. Это фиксируется. Более того, в двух местах даже начался процесс ржавения, и на ржавчину наложилась краска от удара об отбойник. И еще, товарищ полковник, номера с этой машины недавно снимали. На болтах и гайках, которыми он крепится, свежие следы инструмента, на резьбах тоже. Я все сформулирую. А сейчас, если позволите, займусь колесами. У нас есть фотографии следа протектора на рыхлой земле с места происшествия. Можем попробовать сравнить, если есть характерные детали.

– Хорошо, продолжайте, – кивнул Гуров и повернулся к Крячко: – Вот о чем я и говорил все время, Станислав. Не пошел он далеко машину искать, среди своих нашел. Думали, что скроют дефекты аварией.

– Скорее всего, Поляков и не знал, что у Карнаухова поврежден бампер. А когда они дело ночью сделали, он заметил и послал его на следующую ночь выпить и врезаться этим местом на бампере в отбойник.

– Может, и так, – согласился Лев, хотел еще что-то добавить, но не успел, так как из кузова машины его позвала Левочкина:

– Лев Иванович! Нашли стекло!

– Что? – Гуров и Крячко поспешили к борту, с которого на них смотрело улыбающееся лицо эксперта.

– Вот, посмотрите, сколько собрали осколков. – Левочкина протянула пластиковый пакетик. – Это осколки лобового триплекса и наружной оптики. В лаборатории проведем серию анализов и тогда будем точно знать, с какой машины эти осколки. Мы их выковыривали из щелей между досок. Кузов явно хорошо подмели, но такие мелкие осколки не заметили или не придали им значения. Расположение осколков соответствует предполагаемому положению машины в кузове. Передняя оптика, около четырех метров, и задняя оптика. Все в размер седана представительского класса. Там еще следы технических жидкостей. Попробуем сверить, но я думаю, что в этом кузове столько всего возили, что с жидкостями будет сложнее.

– Молодец, девочка, – похвалил Гуров эксперта. – Продолжай в том же духе.

– А не пора ли нам, Лева, – потер руки Крячко, – наведаться к Полякову? Ей-богу, настало время его брать и потрошить.

– Думаю, что самое время. А то как бы он не кинулся в бега или следы заметать. Но сначала нам нужны результаты анализов. Потом задержать Карнаухова и провести хотя бы первый допрос, чтобы понять, как он себя поведет. Его еще из запоя выводить придется, а любой адвокат сразу заявит, что подследственного накачали лекарствами, чтобы он дал ложные показания против самого себя. Черт, и времени на все это у нас нет.

– Мне интуиция подсказывает, что надо Полякова брать, – покачал головой Крячко. – Иначе опоздаем.

– Ладно, свяжись с нашими ребятами, пусть скажут, где сейчас Поляков. Вечером попозже, когда он вернется домой, мы его возьмем.

Старший лейтенант Гусев выскочил из подъезда, как только Крячко остановил машину. Гуров подумал даже, что оперативник стоял за дверью и ждал их.

– Ходулин с экспертами уже приехали, работают, – хмуро сказал он, глядя себе под ноги. – Только сами понимаете, что там уже так натоптали… и жена.

– Жена здесь? – сухо спросил Гуров.

– Нет, на «Скорой» отправили, – еще более уныло ответил Гусев.

– Отойдем в сторону, – шагнул назад к машине Лев. – Там нам все равно пока делать нечего. Давай подробно и без нервов. Волосы на голове потом рвать будем. Ну?