– Может быть, – согласилась Ко.
– А во что будет одета твоя директриса?
– Я в черном, – коротко ответила госпожа Аалтонен, и голос ее звучал несколько обиженно, словно профессор поставил под сомнение моральные основы ее манеры одеваться. – Скромный белый воротничок. Небольшая черная шляпа, низко надвинутая на лоб.
Ко подумала, что директриса слишком подробно описывает себя, – даже смешно, как пожилые люди иногда серьезно относятся к таким пустякам.
– Черный пенни, – коротко ответил профессор, и почему-то, словно и на самом деле Ко была наследницей дю Куврие, она вспомнила, что так называется первая в мире почтовая марка – «черный пенни», наверное, ее придумали англичане.
– Черный пенни, – повторила директриса, не поняв, что имеет в виду профессор.
– И чтобы не менять одежду! – приказал профессор. – Темно, освещение оставляет желать лучшего, мы не можем ошибаться. Враги не дремлют.
Ко улыбнулась.
– Я совершенно серьезен, – ответил на улыбку профессор, но не удержался и улыбнулся сам. – Теперь я включаю часы, – добавил он. – И через двадцать минут жду вас у ворот моего замка.
Профессор отключился, и дамы принялись приводить себя в порядок. К тому же черная шляпка директрисы куда-то задевалась, и прошло минут пять, прежде чем она обнаружилась в ванной, где, видно, и оставила ее сама хозяйка номера, возвратившись в расстроенных чувствах после разговора с Ко.
Ванесса пожелала удачи и сказала, что пролетит над замком через четверть часа, чтобы проверить, удачно ли произошла встреча с профессором.
Она бесшумно взмыла в воздух и, сверкнув под фонарями витражными крыльями, исчезла среди звезд.
– Ну, вы готовы? – нетерпеливо спросила Ко, видя, как мечется по комнате госпожа Аалтонен в поисках сумочки. Сумочка нашлась, и пришлось снова спешить к зеркалу, чтобы поправить шляпку.
Конечно, Ко могла бы пошутить, что директриса рассчитывает заполучить жениха – не все же воспитанницам выходить замуж, но не посмела – и правильно сделала, потому что госпожа директриса была близка к истерике.
Даже странно было, что визит к профессору, правда, драматически обставленный, настолько выведет ее из себя.
– Пошли, – поторопила ее Ко. – Время на исходе. Нам еще надо взять флаер.
Но судьба и дальше продолжала ставить им палки в колеса.
Когда Ко толкнула дверь из номера, оказалось, что она закрыта. Ко начала толкать дверь, затем стучать в нее – создавалось впечатление, что их заперли.
Госпожа Аалтонен первой догадалась позвонить вниз, к администратору. Тот сказал, что тут же посылает наверх дежурного, и попросил дам не беспокоиться. Прошло еще минуты три, прежде чем появился дежурный. Он окликнул их из-за двери, у них ли захлопнулась дверь. Ко ответила, что у них. Тогда он вежливо спросил, желают ли господа, чтобы дверь была открыта.
– Желаю, и немедленно! – закричала госпожа Аалтонен.
Тут же щелкнул замок, и дверь отворилась.
За дверью стоял барбосного вида наглый лакей, который был настолько вежлив, что хотелось сразу отхлестать его по щекам, в чем вскоре призналась директриса.
– Заела собачка, – сообщил он. – Надо было приподнять дверь… вот так. Она и открылась бы. Как же вы не догадались?
Они не стали более слушать барбоса и побежали к лифтам.
Лифты проносились мимо, словно некий шалун катался в них с двадцатого до шестого подземного этажа, не желая останавливаться на четвертом. Пришлось бежать по лестнице – но для этого сначала надо было лестницу найти – она оказалась за углом коридора и вывела Ко и Аалтонен в полуподвал, который заканчивается тупиком.
Они взбежали на пролет выше, и, к счастью, оттуда вниз вел широкий парадный пандус для почетных гостей.
На этом пандусе директриса врезалась в какую-то молодежную компанию, потеряла равновесие и, споткнувшись на ступеньке, сломала каблук. Пока она стояла, держа каблук в руке и рассматривая его, словно Гамлет череп Йорика, молодежная компания – видно, туристы из какого-то весьма отсталого уголка Вселенной – начала тянуть Ко с собой, обещая необыкновенный ужин в ресторане. Когда директриса поняла, что Ко увлекает толпа бездельников, она кинулась ей на выручку, а каблук, хоть небольшой, но острый, послужил ей вместо кинжала.
Наконец они вырвались на простор вестибюля, но не сразу сообразили, где находится стойка.
– Что с вами? – поразился их виду портье. – Вам плохо? Вам нужна помощь?
– Нам нужен двухместный флаер напрокат, – заявила директриса.
– А вы проживаете в нашем отеле? – спросил портье, зачарованно глядя на то, как директриса выстукивает нервную дробь по стойке окровавленным острым каблуком.
– Я проживаю в номере шестьдесят, я только что разговаривала с вами, и вы посылали лакея, чтобы выпустить меня из номера…
– Простите, – широко и дружелюбно улыбнулся портье. – Значит, вы разговаривали с бюро поломок и неприятностей. Пожалуйста, перейдите на ту сторону вестибюля и вон там, за колонной, вы найдете это бюро.
– Нам нужен двухместный флаер!
– Я не могу выдать вам флаер, – вежливо ответил портье. – Ваше нервное состояние заставляет меня заподозрить, что вы находитесь в состоянии алкогольного опьянения. Если вы будете так любезны, что пройдете в комнату медицинской сестры, которая мгновенно смерит вам давление и проведет тесты на нервное и наркологическое состояние…
– Бежим отсюда! – возопила Ко. – Мы найдем какой-нибудь флаер на улице.
– Я бы не советовал! – закричал вслед портье.
Но Ко уже бежала к выходу, а директриса хромала следом, размахивая каблуком и сумочкой.
– Стойте! – преследовал их голос портье.
Они уже почти достигли вертящихся дверей, и K° с ужасом подумала, что сейчас не впишется в эти проклятые двери и они закружат ее, но тут вместо дверей образовался оранжевый шар, который рос, заполняя вестибюль громом и сиянием.
Ко и директрису отбросило назад ударной волной, и они, вместе со всеми, кто был в вестибюле, покатились ворохом осенних листьев ко входу в ресторан.
Когда грохот и сияние смолкли, оглушенная и избитая Ко поднялась и стала искать директрису в крошеве стонущих, кричащих, ревущих людей.
Она угадала ее по черному разорванному платью и желтым, затянутым назад волосам.
– Вы живы? – спросила Ко.
– Мне надо умыться и сделать сидонта, то есть перевязка. Ты проводишь меня в номер?
– Простите, госпожа Аалтонен, – сказала Ко. – К сожалению, мне надо спешить к профессору. Он очень волнуется и ждет нас.
– Он ждал весь вечер, – директриса с трудом выпуталась из чужих рук и ног и с помощью Ко вышла на свободное место. – Он подождет еще.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
