— Ах, Виола, — вздохнула я и привлекла ее в свои объятия, как обняла бы любого из своих детей, позволяя ей излить свою печаль у меня на плече. — Мистер Глейзер не собирается возвращаться. У него грандиозные планы, и в них нет места для городка вроде Рэйстоуна. Ты умная девушка. Найди работу. Трудись не покладая рук. И ищи вторую половину по любви, а не из финансовых соображений.
Внезапно перед моими глазами возник образ моей матери, и я впервые подумала о том, что, возможно, ее падение началось с невинного флирта, а не с демонстративного неповиновения, как мне всегда представлялось. Какие тяжелые обстоятельства вынудили ее принять такое решение? Что, если я всю жизнь ошибалась, осуждая ее?
* * *
В следующее воскресенье, собираясь в церковь, я надела свое старое небесно-голубое платье, потому что мне не для кого было наряжаться, а еще потому, что мне хотелось раствориться в толпе. Я снова была прежней Сэди. Девушкой, которая хотела выйти замуж за своего лучшего друга и жить с ним на собственной ферме.
Двое мальчиков в коротких штанишках бросились мимо меня по лестнице.
— Не так быстро. Помните, что мы находимся в помещении.
— Да, мэм, — только и услышала я.
Они устремились на первый этаж, обогнули угол и направились в сторону кухни. В ту же секунду их обувь быстро-быстро застучала по деревянным половицам.
Я покачала головой и усмехнулась. Однажды они замедлят темп. В конце концов, я не видела ни одного взрослого человека, который носился бы по дому сломя голову.
Дети собрались в холле, уже готовые к прогулке. Я распахнула двери и вывела эту шумную компанию на крыльцо.
Шары ослепительно сияющих розовых цветов усеяли кусты гортензии. Бутоны появились на ветках, на которых даже не было листьев.
Я не могла шелохнуться, не могла заговорить.
— Только поглядите! — Джанет пронеслась вниз по лестнице и сунула нос в цветы. — Разве они не прекрасны?
Мои губы растянулись в улыбке. Мне хотелось хлопать в ладоши и танцевать жигу. И я сделала это. Гортензии взорвались буйным цветением, украсив наш мир несмотря ни на что.
Это было чудо.
Маленькое, если говорить откровенно. Но, возможно, оно предвещало бо́льшие чудеса.
* * *
Во вторник утром я вошла в кухню, услышав, как захлопнулась задняя дверь. На столе стоял ящик с продуктами.
— Блэйн приезжал? — спросила я, прогоняя разочарование из-за того, что не встретилась с ним.
— Да. Я так рада, что у нас всегда есть свежие продукты, хотя и в нашем саду тоже кое-что растет, — тараторила миссис Фор.
Она мыла посуду, а я доставала лук и помидоры из ящика. Затем со дна пустой коробки я извлекла свернутый чек.
Я замерла. Мне показалось, что там была ошибка. Но я не могла доверять себе в этом вопросе.
Я предоставила миссис Фор распаковывать продукты и отправилась в кабинет за бухгалтерской книгой. Я раскрыла ее на последней странице. Мой палец погладил имя Блэйна и скользнул к сумме. Я снова посмотрела на чек. Я была права, цифры не совпадали. В счете была указана другая сумма. Гораздо больше. Кроме того, это был не почерк Блэйна.
Я бросилась обратно в кухню.
— Он взвинтил цену вдвое! — Я взмахнула бумажкой перед носом миссис Фор.
Она воздела руки к небесам:
— Святые угодники! Теперь мне еще и за ценами на продукты следить? А не твоя ли это работа?
Как он мог? Да еще и после того, как я рассказала ему о наших обязательствах! Может быть, он сам испытывал финансовые затруднения? Скорее всего. Но никто не просил его оплачивать очки для Дили Бет. Или адвоката для Картера. Никто не просил его брать ферму в кредит, не имя средств на то, чтобы ее выкупить. Было очевидно, что мы не могли нести на себе бремя его финансовых решений, а Блэйн, судя по всему, решил переложить на наши плечи компенсацию за свои расходы. И это после того, как мы с Мирандой и так максимально урезали бюджет приюта.
Я стукнула кулаками по бедрам.
— Мы просто не можем позволить себе платить такие деньги за продукты! Да, собственный сад немного помогает нам выйти из положения, но этого все равно мало!
— Наверное, у него были на то причины.
— Он делает это назло мне — вот вам и причина.
У меня не было сомнений в том, что Блэйн поступал так, чтобы довершить мое падение. Неужели он считал, что после этого я прибегу к нему? Буду умолять его протянуть мне руку, которую люблю больше всего на свете?
Миссис Фор назидательно махнула деревянной ложкой в мою сторону.
— Блэйн Уэллсмит не навредит никому, даже если захочет.
А все же навредил.
Фыркнув, я стряхнула с рук невидимую грязь. Миссис Фор взглянула в окно, затем сняла фартук и положила его на скамью. На пороге послышались тяжелые шаги.
— Он вернулся. Теперь у тебя есть возможность узнать, что произошло.
Миссис Фор распахнула двери. Блэйн вошел в кухню.
Я стиснула зубы, стараясь не выдать гнева, который вскипел в моей груди, и процедила:
— Могу ли я поговорить с тобой, Блэйн? Наедине.
Он не заставил себя ждать.
Блэйн вошел в мой кабинет и встал передо мной, одетый в свою заношенную испачканную рабочую одежду.
— Я сразу перейду к делу.
Он прищурился, словно пытаясь прочесть в моих глазах, о чем я хотела с ним поговорить.
— Конечно, говори.
Я вдохнула, пытаясь набраться мужества. Из окна веяло ароматом цветов. Я протянула Блэйну счет на оплату.
— Будучи в здравом уме, я не могу покупать продукты для нашего приюта по таким ценам.
Его пальцы коснулись листка бумаги. Блэйн поднес счет к глазам. Коротко кивнув, он вернул мне чек.
Я ожидала объяснений, оправданий. Хотя бы чего-нибудь. Но его молчание встревожило меня.
— Не могу поверить, что ты способен так с нами поступить. И все из-за твоей фермы, о которой ты так мечтал и которую не можешь себе позволить!
Снова ожидание. Напрасно.
— Ну? Ты ничего не хочешь мне сказать?
Блэйн взглянул на меня с грустной улыбкой, потом вышел, но тут же вернулся обратно.
— Ты вообще понимаешь, что значит для меня эта земля? — Его глубокие темные глаза словно пригвоздили меня к тому месту, где я стояла. — Он украл мою землю, Сэди. Мое наследство, доставшееся от отца. Мой отчим заставил меня подписать документы, чтобы он мог забрать ее… Мне было всего одиннадцать лет. — Блэйн покачал головой. — И, как будто этого было недостаточно, он вытолкнул Картера из телеги с сеном, просто потому, что ребенок болтал без умолку. Ему было три года. Три года! Вот тогда я забрал Картера и сбежал. Я даже использовал фамилию своего отца, когда называл наши имена. Я не хотел, чтобы отчим убил Картера, как когда-то убил нашу маму. И я не хочу, чтобы мой брат вырос таким же страшным человеком, как его родной отец.
Я почувствовала, что мне не хватает воздуха. Блэйн никогда не рассказывал мне об этой истории с отчимом. И мне тоже не хотелось, чтобы Картер вырос похожим на своего отца. Но мои мысли в тот момент были заняты вовсе не судьбой Картера. Я смотрела на руки Блэйна. Большие. Мозолистые. Покрытые грязью.
Ему нужна была ферма, и до сегодняшнего дня я не понимала, насколько сильно он в ней нуждался. Блэйн нуждался в том, чтобы его имя было написано в документах, чтобы ферма была его собственностью. Осознание этого одновременно ранило и исцеляло меня.
Блэйн опустил руки и словно весь согнулся:
— Я постараюсь больше не попадаться на твоем пути.
И если раньше я не понимала этого, то сейчас больше не сомневалась: я потеряла самого близкого друга.
* * *
Через некоторое время после того, как повозка Блэйна со скрипом укатила прочь, я вернулась в кухню и рухнула на стул напротив миссис Фор. Она выглядела усталой, уголки ее век и губ словно опустились под грузом лет и разочарований. Миссис Фор потерла костяшки пальцев правой руки и спросила:
— Ты разговаривала с Блэйном?
— Да. Я сообщила ему о невозможности нашего дальнейшего сотрудничества.
