нанкинскую и гуандун-гуансийскую. Но чаша весов в их борьбе качалась то в одну, то в другую сторону.
Съездом Гоминьдана была единогласно принята резолюция, в которой Чан Кайши предлагалось немедленно выехать в Северо-Восточный Китай «для защиты страны и возвращения Маньчжурии».
Вместе с тем решения, принятые высшим органом Гоминьдана, фактически поддерживали курс умиротворения агрессора, проводимый правительством Чан Кайши. Так, съезд постановил, во-первых, оправдать оборонительные действия генерала Ма против японской агрессии; во-вторых, обратить внимание стран, подписавших устав Лиги Наций, пакт Келлога и вашингтонское соглашение, на их «священный долг» (потребовать от Японии следовать положениям этих документов); в-третьих, одобрить политику «терпения и умеренности», проводившуюся правительством со времени оккупации Мукдена; в-четвёртых, уполномочить правительство принять все оборонительные меры, которые оно сочтёт нужным.
Было принято также предложение о дальнейшем проведении кампании по подавлению коммунистического движения, несмотря на серьёзность положения в Маньчжурии.
Таким образом, руководство Гоминьдана с начала маньчжурских событий воздерживалось от выдвижения лозунга о войне с Японией. Различные группировки Гоминьдана, начиная с Чан Кайши и кончая Ван Цзинвэем, единогласно заявляли, что Китай ни в коей степени не может воевать с Японией, так как Китай слишком слаб, Китай должен подчиниться решению Лиги Наций.
28 ноября 1931 года Зорге дал «срез» военной обстановки в Китае:
«Японские войска, действующие против Цзиньчжоу, принадлежат 8-й смешанной бригаде, недавно прибывшей из Хиросаки. В Тяньцзинь прибыло подкрепление 200 чел., крейсер Акумо из Сасебо в дороге. Чжан Сюэлян готов сопротивляться, если Чан Кайши со своими войсками примет участие. Военные документы и части воздушных сил из Нанкина вывозятся в Лоян и Чжэнчжоу. № 213.
Рамзай.
Копии.
Берзин».
Наряду с телеграммами, содержавшими военно-политическую информацию, Рамзай направлял в Центр донесения чисто военного характера:
«Москва, тов. Берзину.
Шанхай, 2 декабря 1931 года.
Японские войска в Маньчжурии:
6 батальонов железнодорожных и др. спецвойск, 2-я Маньчжурская дивизия, 77-й и 78-й полки 20-й дивизии, главные части 20-й корейской дивизии, 4-я бригада 8-й хиросакской дивизии равно одной дивизии, 30 000 волонтёров, всего около 80 000 человек.
В Дайрене находится главная квартира воздушных сил. Новые аэродромы в Чаньчуне, Тайлае, Таонани.
В Тяньцзинь прибыло 30 разобранных самолётов.
Рамзай».
«Москва, тов. Берзину.
Шанхай, 10 декабря 1931 года. По японским источникам, в окрестностях и в Цзиньчжоу находятся следующие китвойска: 7-я бригада Ван Ичжэ, 9-я Хэ Чжуго, 12-я Чжан Тиншу, 8-я Дин Сичунь. В Шанхайгуане – 19-я бригада Сун Дэцзань и отдельные части конницы. В Гоубанцы одна смешанная бригада, один полк артиллерии и бронепоезда. В Дахушань 3-я конная бригада Чжан Шушэнь, части 3-й пех. бригады и отделение артиллерии.
Рамзай».
10 декабря после месячных дискуссий в Совете Лиги Наций по предложению японского правительства была учреждена Комиссия обследования, или Комиссия (Комитет) пяти, под председательством лорда Литтона (Великобритания). Комиссии предстояло «провести изучение на месте и доложить Совету обо всех обстоятельствах, которые, затрагивая международные отношения, угрожают нарушить мир между Китаем и Японией или доброе согласие между ними, от которого зависит мир».
«Изучение» комиссией обстановки давало Японии дополнительное время для завершения намеченных военных операций.
Антияпонский подъём вылился в поход в декабре 1931 около 60 тысяч студентов на Нанкин, с захватом правительственных учреждений.
16 декабря Чан Кайши отказался от всех постов и уехал из Нанкина в Чжэцзян. Пленум нового ЦИК ГМД назначил новых председателей палат и министров (председатель правительства Линь Сэнь; председатель исполнительной палаты Сунь Фо; министр иностранных дел Евгений Чэнь).
Новое правительство в Нанкине, не располагавшее ни доверием народных масс, ни поддержкой шанхайских банкиров, могло опереться лишь на 19-ю армию, перемещение которой в район Шанхай – Нанкин было одним из условий компромисса. Ху Ханьмин, Ван Цзинвэй и Чан Кайши, избранные пленумом в состав верховной тройки ЦИК ГМД, под теми или иными предлогами отказывались собраться.
Ху Ханьмин после освобождения в октябре из-под домашнего ареста выехал в Кантон и не принимал участия в работе IV съезда Гоминьдана. В конце 1931 г. Ху Ханьмин занял пост председателя созданного Юго-Западного политического совета, местного органа власти, лишь формально подчинённого центральному правительству. В Юго-Западном политическом совете были представлены кантонская клика милитаристов во главе с генералом Чэнь Цзитаном и гуансийская военная группировка, возглавляемая генералом Ли Цзунжэнем, но фактически руководимая генералом Бай Чунси. Юго-Западный политический совет раздирался внутренними противоречиями. Ху Ханьмин стремился с первого дня использовать юго-западных милитаристов для вытеснения Чан Кайши из Нанкина, Чэнь Цзитан, в свою очередь, выступая против Чан Кайши, пытался подчинить своему влиянию совет для укрепления своего личного положения в Гуандуне. Особняком в Юго-Западном политическом совете держались группа старейшин (Тан Шаои, Сяо Фучэн) и кантонская организация ГМД. Внешнеполитическая ориентация совета определялась, главным образом, зависимостью Гуандуна и Гуанси от английского Гонконга.
17 декабря 1931 года, со ссылкой на Сун Цинлин, вдову Сунь Ятсена, Зорге телеграфировал следующее:
«Лия сообщает: Велингтон Ку предложил полный уход войск Чжан Сюэляна из Маньчжурии. В Нанкине имеется течение договориться с Японией против КВЖД и СССР, считает возможным развитие этой тенденции, если Инукай организует новое японское правительство.
Рамзай.
III (информационный отдел. – Авт.).
17/XII Берзин».
Практически все группировки правящего лагеря рассчитывали, что угрозу дальнейшего наступления Японии на Китай удастся отвести или ослабить, если острие её экспансии так или иначе направить против Советского Союза или вызвать японо-советскую войну. И такая тенденция сохранялась до 1937 года.
«Новые властители» не представляли собой однородного целого и не вызывали особого доверия иностранных держав. Кантонцам не суждено было обрести такую же силу и власть в Нанкине, которыми они обладали в Кантоне.
Чан Кайши знал цену временному отходу от политических дел и предполагал, что те элементы, которые требовали его отставки, будут скоро «настаивать» на его возвращении, но уже на условиях, им продиктованных.
Это удалось рассмотреть Рихарду в Шанхае и предвидеть в будущем союз Чан Кайши с Ван Цзинвэем.
«Уход Чан Кайши вынужденный окончательно студентами, – телеграфировал Рамзай 20 декабря 1931 года, – приводит к власти группу Ху Ханьмина, временно поддерживаемую группой Сунь Фо против Ван Цзинвэя. Ван решительно намеревается в будущем совместно работать с Чан Кайши против клики Ху Ханьмина. Поэтому надо со временем считаться с обратным приходом Чан Кайши (выделено мной. – Авт.). Он колеблется, временно остаётся на своём посту».
Отставка Чан Кайши не повлияла на проводившуюся реорганизацию милитаристских частей германскими инструкторами.
«Инструкторами в Ханькоу реорганизуется 11-я армия, – сообщал Зорге 21 декабря 1931 года. – 10-я дивизия составляется из разных частей Гуй Лихун на дороге из Цзянси в направлении Ханькоу; 6-я дивизия – из Цзянси в направлении Хэнани;
