– Говорила, но мы несколько отклонились от маршрута, если ты не забыла?
– Не забыла… – удручённо вздохнула певица.
Воительница скосила взгляд на неё:
– Не ной. Арка за следующим холмом.
– Наконец-то, а я уже подумала, что мы никогда до неё не доберёмся, – пробормотала девушка с неким облегчением, – Если честно, я не совсем понимаю эти бесконечные путешествия.
– Крутишься, зарабатываешь на жизнь, изучаешь миры, держишь себя в тонусе, в конце концов.
– А тебе никогда не хотелось остепениться?
– Нет. Никогда. Я всегда, сколько себя помню, путешествовала, даже живя в Проклятом мире, просто не могла усидеть на одном месте, это ведь так скучно, а ты ноешь, потому что – лентяйка.
Ариада открыла рот и закрыла. Спорить было бесполезно. Отчасти Белит была права. Певице было интересно посмотреть на другие миры, вот только если бы не приходилось ради этого отмерять ногами десятки километров, было бы много лучше.
Парочка путешественниц взобралась на верхушку очередного холма и, наконец, обнаружили на соседнем, низеньком, но вместе с тем широком холмике, цельную каменную арку.
– Ух ты, – негромко произнесла певица, напрягая зрение, рассматривая похожие на ветви палочки, выпирающие из общего орнамента.
– Подойдём поближе, ещё не то скажешь, – ухмыльнулась призрачная ведьма и оказалась в очередной раз не ошиблась.
Вблизи оказалось, что арка кроме веточек украшена каменными, резными листиками, выполненными с непревзойдённой реалистичностью и чёткостью. Казалось, что стоит подуть ветру и листья зашевелятся.
– Красотища! – восторженно заверила Ариада, мгновенно забывая про усталость и осторожно трогая рукой веточку с набухшими готовыми расцвести бутонами, – Они словно настоящие. Кто создал эту красоту?
– Одна ведьма. Она уже давно умерла, но её творения живы до сих пор. Старшие ведьмы рассказывали, что она сперва сделала арку из дерева и живых листьев, а потом обратила её в камень.
– Она, наверное, была творческой личностью?
– Нет, она была ведьмой камня и этим всё сказано. Её способности были сродни медузе. Но ты не можешь адекватно оценить её “творчество”, не видя её главного творения. Может быть, мне стоит показать его тебе?
– И что это за творение? – осторожно поинтересовалась девушка.
– Увидишь, тут недалеко, – хитро улыбнулась воительница, хватая свою подругу за руку и целеустремлённо таща её за собой.
– Мне уже не нравится эта идея, – пробормотала певица, внимательно изучая и оценивая выражение на лице подруги, – Ты так улыбаешься, когда задумываешь какую-то каверзу.
– Может быть, а теперь идём, ведь ты не будешь со мной спорить?
– Как будто это что-то изменит? – негромко пробормотала Ариада, покорно шагая за подругой.
Белит резво направилась меж однообразными холмами в одной ей ведомом направлении. Девушке не оставалось ничего иного кроме как идти туда, куда её вели, попутно спрашивая:
– Куда всё-таки мы идём?
– В сад. Это недалеко, всё каких-то километра два. И это – настоящее произведение искусства, не сомневайся. Уверенна, что ты ужаснёшься.
Ариада поспешила заткнуться, перебирая ногами, такое однозначное уверение изначально настраивало на пессимистичный лад. Вскоре они вышли к небольшому обнесённому двухметровой буро-серой стеной саду. На каждую сторону огороженного квадрата приходилось по одному входу в виде арки. Певица невольно остановилась, изучая стену и стремясь найти в ней нечто ужасное, что было ей обещано.
– Не спи.
Призрачная ведьма, не взирая на лёгкое сопротивление со стороны своей спутницы, втянула её под арку, и они оказались в саду. Белит сделала широкий жест свободной рукой и величественно произнесла:
– А теперь смотри!
Взгляд девушки сперва метнулся по ровной аллее, ведущей в глубину сада, а потом вернулся и уставился на статуи двух рыцарей, замерших по краям арки. Каменные доспехи будто блестели на солнце отполированным металлом, все пропорции, все мельчайшие детали…
Несколько секунд Ариада просто смотрела на рыцарей, а потом она вспомнила недавнее объяснение о создания орнамента арки перехода и тогда девушка всё поняла. Она широко распахнула свои изумительные, голубые глаза и воскликнула с неподдельным ужасом:
– Они же живые!
– Были, – спокойно поправила Белит, наблюдая за реакцией подруги, и повела шокированную девушку вперёд.
После небольшой клумбы с боков аллеи начали появляться другие статуи. Два замерших навеки существа: кентавр и грифон. Певица смотрела не в силах оторваться или сказать что-либо. Воительница с усмешкой на губах провела её дальше. По мостику они миновали небольшой пруд с застывшими в нём статуями русалки и мерфолка.
– Зачем ты привела меня сюда? – тихо спросила Ариада.
– Хотела показать. Это сад статуй Горги – одна из главных достопримечательностей этого мира. А сейчас ты увидишь её главную работу. Увидев её, ты поймёшь, насколько безумной и сильной ведьмой была Горги.
– Не надо… – слабо воспротивилась певица, но призрачная ведьма, разумеется, не послушала свою подопечную.
Кусты расступились, пропуская посетительниц в центр жуткого сада. Тут на большой чёрной площадке стояли пять статуй. Все вместе они составляли единую композицию. В середине высился маленький дракончик, в ужасе задравший голову к небу и открывший пасть в неслышимом няне крике. Он выглядел таким нереально живым, что казалось, в любую секунду, он может начать двигаться. Вокруг него расположились четыре другие статуи направленные лицами к каждому из четырёх входов.
С той стороны, откуда зашли путешественницы, на коленях стояла не сломленная и не потерявшая гордости, не смотря ни на что, обнаженная эльфийка. Солнце играло своими лучами на идеальных формах девушки. Её острые ушки, смотрящие вертикально вверх, казалось, подрагивали на лёгком ветру, ловя малейшие звуки. Огромные, чуть раскосые глаза смотрели с вызовом, в них чувствовалась не угасшая сила воли, непоколебимый дух.
– Зачем? – прошептала Ариада и попятилась, но Белит не выпустила её запястья и подвела с другой стороны к жуткой композиции.
– Смотри! – жестоко приказала она. И певица смотрела, не в состоянии противится воли своей покровительницы и заступницы в серых мирах. Смотрела и не могла оторваться.
Второй увиденной её статуей была также полностью обнажённая девушка, на этот раз подросток человеческой расы. Девочке было лет четырнадцать и, в отличие от эльфийки, она представляла собой совсем другую смесь чувств. С немой мольбой она протягивала свои тонкие руки к кому-то стоящему перед ней, перед её ныне мёртвым взглядом. Она была так чиста и невинна…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
