чай в кружке уже не казался таким обжигающим.
– Госпожа решила остаться дома. Я мог заняться своими делами.
– На охоту, значит ходил?
– Если маленькой госпоже так больше нравится. – Хрюкнул древний.
Он присел на соседний стул. За это время я успела привыкнуть к его внешнему виду, привычкам. И даже приняла его сущность. Или смирилась с ней.
– Рассказывай Рарх.
– Арчибальд и Феникс – одно лицо. – Сын Смерти сразу понял, что от него хотят.
– Об этом я уже догадалась.
– Феникс участвовал в твоих поисках.
– Об этом тоже.
– Он нашел тебя за несколько минут до появления артов. Чуть все не испортил. Пришлось заблокировать вашу связь. На время. Это ослабило огненного. Процесс сожжения ускорился.
– Что значит сожжение?
– Фениксы умирают в собственном пламени.
Если бы не знала, что Арчи жив, впала бы в истерику. Так холодно и спокойно говорил Жнец про его смерть.
– Какое отношение он имеет к артам?
– Круг провел ритуал принятия в семью, когда госпожа была без сознания.
– И что это значит?
– У Сердца теперь четыре мужа. Вместо трех. Сильный круг. Сильное Сердце. У ирхов появятся достойные хозяева.
Жнец улыбнулся. Если бы у Рарха были глаза, он бы их закатил от удовольствия. Так ему понравилось сказанное. Но глаз не было. От этого его лицо выглядело совсем жутко.
– Давай, все с самого начала.
Начал Рарх издалека. С рассказа о таинственной расе фениксов. Или особой разновидности ирлингов, обладающей магией огня. Фениксы всегда жили обособленно. Огонь был частью их тела, а не порождением магического источника. Как зверь у оборотней. Пламя не ограничивалось резервом, как у магов. Не знал собственных пределов. С каждым годом жизни огонь становился сильнее. И раз в сто лет уничтожал тело носителя. Чтобы возродить его в более сильной и совершенной форме. Что-то типа новой ступени эволюции. Вот только, происходить это могло всего лишь восемь раз. После девятого костра Феникс так и оставался пеплом. Если не делил огонь с истинной парой.
– Это как?
– Часть пламени забирала на себя женщина. А потом и ребенок. Феникс переставал гореть. И мог прожить еще несколько сот лет.
– Этакий аналог бессмертия?
– Все уйдут в сады Матери, – прохрипел ирх, – рано или поздно.
– А если истинной не будет?
– Ты чем слушаешь, маленькая госпожа?
Слушала я ушами. И слушала внимательно. Вот только поверить в это все было сложно.
– Что дальше?
– Огненные ирлинги перестали встречать свои пары.
Почему так произошло история умалчивала. Даже ирх не мог ответить на этот вопрос. А ведь он был непосредственным свидетелем этих событий. Рарх начал наблюдать за Фениксами еще в период их процветания. Долгое время изучал за их быт, привычки, традиции. Несколько раз забирал остатки магии из пепла.
Когда огненные ирлинги перестали находить пары, раса начала вымирать. Ни сразу. Постепенно. Семья за семьей. Род за родом. Это тянулось сотни лет. Поняв, что происходит, фениксы пытались исправить ситуацию. Но не смогли. Арчибальд стал последним представителем своего вида. И выжил чудом.
Сначала Арчи не задумывался о смерти. Учился, строил свой дом и свою маленькую империю. Постепенно умерли его родители, братья, друзья и любимая женщина. Она не была истинной Феникса. Но, никто не мешал ему просто любить женщину. Последнего родича Феникс похоронил после своего седьмого перерождения. Тогда и решил во что бы то ни стало сохранить собственную жизнь.
К седьмому перерождению Арчи уже имел богатство и власть, чтобы пробовать разные способы ослабить внутренний огонь. Настойки, древние ритуалы, сильные магессы, способные ради молодости забрать часть его огня. Последнее помогало. Но мера была временной. Хватало буквально на год. А потом обманутое пламя начинало мстить хозяину.
В конце концов, Арчи решил уйти на Землю. В мир, где его магия надежно блокировалась законами планеты. Так бы он и влачил свое существование в чужом мире. Если бы не встретил меня. Ту, которая смогла принять огонь и разделить с ним долгую жизнь.
– Почему он мне сразу не сказал? Мы же не первый год знакомы?
Вместо ответа ирх прерывисто захрипел. Смеялся, даже слегка похрюкивал Рарх долго. Видимо представлял, как я отреагирую на заявление Арчибальда. Яра! Я маг, волшебник и чародей. Но так получилось, если я тебя срочно не трахну, сгорю от собственного пламени.
– А что с этой женщиной? Натальей? Что у них было?
Спросила больше из любопытства. В голове не укладывалось, что женщина может пойти на преступление, просто так. Просто потому, что ее не заметили. Да и наличие дочери говорило о многом.
– Она стала жертвой ауры. Как произошло – не знаю. Земля ослабило это воздействие. Но не убрала. Феникс стал для нее навязчивой идеей.
– А сам Арчи?
– Он узнал о девушке уже на Земле. Когда поклонница начала писать жалобы на его заведения.
– Зачем ей это?
– Хотела привлечь внимание.
Мы замолчали. Я думала о женской глупости. Даже, немного жалела покойную. Ирх просто наблюдал за мной.
– Что было, пока я лежала без сознания?
Он ничего не сказал. Это было бы долго, нудно и не так эффектно. Ирх решил показать все, что происходило в те дни. Как Арчи, больше похожий на древние мощи, вливает в меня какой-то отвар. Гариус постоянно таскает врачей. Ворчит. Сам меняет на мне одежду. Вытирает тело влажным полотенцем. Все это получается у него неуклюже. То таз с водой окажется на полу. То рубашку превратит в клочья. Принц, одним словом. Но принц не сдавался. И никого, кроме побратимов и Арчи ко мне не подпускал.
Айрен дежурил возле меня вечером. Давал остальным отдохнуть. Делал поддерживающие уколы. И говорил. Говорил, как сильно они меня любят. Как я им нужна. Что больше за порог дома меня не пустят. И вообще, если я не очнусь в ближайшее время, он заставит Рарха лично сопроводить его с Сады Смерти. И там… Там он точно найдет меня, отшлепает и вернет домой.
Салар ничего не говорил. Он у меня вообще не слишком разговорчив. Слова были лишними. Я и так все чувствовала. Чувствовала каждого из них. По глазам текли слезы. И внутри все сжималось от счастья.
А потом, был обряд. Где мои мужья и Феникс стали братьями. Теперь, я понимала, почему они это сделали. Это было единственное время, когда ритуал можно было провести безопасно. И для Круга. Пламя его не убьет. И для Феникса. У него будет еще немного времени, чтобы добраться до Гнезда.
В тот вечер я многое для себя поняла. Открыла бар. Достала бутылку. Меня снова женили
