воюет аж на побережье Черного моря (это известно по надписи его офицера, командира гарнизона в Мессемврии) и заведомо нескоро в Италию попадет (поэтому слова Аппиана, что Лукулл будто бы высадился в Брундизии в феврале или марте, явно неправда), если можно вызвать Антония из Греции и Метелла Пия из той же Испании, она всё-таки поближе, чем Мессемврия – да даже и Фонтея из Нарбонны и Кассия из Галлии, наверняка он уже пополнил войска после поражения. Красс мог просить вызвать себе на помощь любого из них, а не именно своего будто бы главного соперника – Помпея.
Все объяснения письма Красса, и описанные в статье О. Любимовой, и все другие, по-моему исходят из неверной базовой предпосылки. Друзья, мы-то с вами теперь знаем и не сомневаемся, что Помпей – метелланец, враг Красса. То есть Красс его не может вызвать для помощи в войне ни в каком виде. Красс вызывает Помпея как ПРОТИВНИКА, для борьбы с ним.
Как сказал Бисмарк, меня не интересуют их намерения, меня интересуют их возможности. Планы, намерения, настроение (Красс испугался, недооценил, переоценил, и т.д.) надо рассматривать в последнюю очередь, только как производные от расстановки сил и возможностей сторон.
1 января 71 года Геллий и Лентул сложили полномочия. Власть в Рим перешла к консулам-сулланцам Суре и Оресту. Теперь в Риме и Италии правили сенат, в котором у сулланцев было большинство и сулланские консулы. Проконсул Красс, новый лидер сулланской группы, с армией в 8 легионов стоял на юге Италии. Сулланский супер-адмирал Антоний с флотом и армией находился рядом, в Греции.
Главной силой Метеллов остались Помпей с 6 легионами в ближней Испании и лидер группы Метелл Пий с 6 легионами в Испании Дальней. Метелланец Фонтей должен был в 71 вернуться из Нарбонны, его полномочия прекратились, какую-то часть своей небольшой армии он мог взять с собой для триумфа. Метелланец Кассий с небольшой армией оставался в Цизальпине. Лояльность Марка Лукулла Метеллам, я так понимаю, была под большим вопросом, готов ли он был вписаться на стороне Метеллов в потенциальный силовой конфликт в Италии, наверное не знал никто, я думаю, вряд ли.
Красс мог теперь начать реализацию большого плана Цетега и Котты – «переворот через беспорядки». Вступать в переговоры со Спартаком, подходить к Риму, объявлять большие реформы, с первой популярной мерой – восстановлением власти трибунов, под которую проводить запись в граждане италиков и транспаданцев, и с их поддержкой монополизировать власть.
Метеллы могли противодействовать этому, приведя в Италию свои большие армии и блокируя реформы, угрожая войной.
А теперь вспоминаем, что в 72 году сенат присвоил себе новую власть – смещать магистратов. В наиболее уязвимом положении из всех метелланских командиров был именно Помпей – он получил своё проконсульство в 77 напрямую от сената. Так что, когда бы он оказался с армией в Италии, у сената было неоспоримое право лишить Помпея, как консулов в 72, командования, или даже и полностью прекратить его полномочия. Или даже всё это пока Помпею оставить, но приказать ему передать Крассу половину войска для войны со Спартаком. Или даже только 2 легиона – а остальные легионы распустить. Или быстро разрешить Помпею с ними триумф – да пожалуйста, только пускай Помпей войдет в Рим, в померии его империй немедленно автоматически прекратится.
То есть вот чего ждал в последние месяцы 72 года Красс – и Спартак – 1 января 71 года. Наверное, прямо 1 января Красс и отправил письмо в сенат.
Крассу в этой ситуации было немного рано начинать переговоры с восставшими – Помпея и Лукулла вызывали под предлогом войны с ними, и армию у П и Л можно было отобрать именно по этой причине. Если бы война превратилась в перемирие до этого, уже у Метеллов появлялись варианты не распускать армию, не подчиняться сенату и заявлять, что они хотят «спасти» Рим от предательских действий Красса. Но пока война со Спартаком продолжалась, неподчинение сенату со стороны Помпея было бы изменой в опасной для Рима ситуации и мятежом, едва ли в такой ситуации Помпей смог бы рассчитывать на большую поддержку в Риме.
В этом контексте попытка Спартака расширить войну, переправить часть войск на Сицилию и поднять там восстание была Крассу полезна – тем обоснованней было бы требование забрать солдат у Помпея, а учитывая, что они лояльны своему императору, их нужно было бы не включать в армию Красса, а отправить подальше, на Сицилию. Понятно и почему Красс срочно вызывал в Италию только Помпея – это классика, «стратегия Гамилькара», переправлявшего с Сицилии в Карфаген наемников отдельными частями, чтобы правительство с ними постепенно разбиралось, разделение сил противника. Одного Помпея с его 6 легионами и сомнительным империем было бы легче переиграть политически и перевесить в военном отношении, чем Помпея и Метелла вместе. Да и вызов Лукулла издалека так тоже понятнее – тот прибыл бы в Италию в любом случае позднее Помпея, и с ним бы можно было или договариваться, или тоже «разбирать» его армию уже после того, как Помпей будет ослаблен или лишен полномочий.
В начале 71 года Помпей с армией прибывает в Италию…
41. 71 год. Последний поворот событий
Аппиан:
В Риме, узнав об осаде [Крассом Спартака в Бруттии] и считая позором, если война с гладиаторами затянется, выбрали вторым главнокомандующим Помпея, только что вернувшегося тогда из Испании.
Всё, ребята. Вот это был КОНЕЦ короткой власти Красса и сулланцев в Риме, надежд на реализацию плана Котты – и конец восстанию Спартака.
Когда-то в январе-феврале 71 года произошло два события. Первое, не очень значительное, наместник Сицилии Веррес, сулланец, помешал переправе сил Спартака на Сицилию. То, что он подкупил пиратов, которые заключили со Спартаком договор, но их флот не подошел – современное предположение (хотя по-моему это вполне вероятно, Веррес с местными пиратами был в тесных тайных отношениях). Но и вторая попытка, переправиться на плотах, была сорвана Верресом – правда, только по его словам, но тут мне кажется можно поверить ему, а не Цицерону, который утверждает, что ее сорвал Красс. У Верреса банально был флот чтобы это сделать, а о флоте Красса мы ничего не знаем. То, что Верреса в 70-69 защищали в суде от обвинения Метеллы, хорошо засвидетельствовано тем же Цицероном. Значит, когда-то он перешёл на их сторону, в 71 для этого был самый
