сделаю! – прозвучал в мозгах голос прабабки.
Я расслабился и тут же провалился в полуявь. Пока я судорожно размышлял, сколько времени займёт распаковка реаниматора, любимая пра уже всё сделала. Пару раз «рот в рот», несколько ударов по грудине, и Аня, закашлявшись, выплюнула пару литров воды.
– Милый, ты всё-таки пришёл ко мне! Какое… – выдала она и опять отключилась.
Я в панике хотел уже самостоятельно продолжить реанимацию, но меня тормознули:
– Внук, она жива, это просто обморок. Переодень её в сухое и согрей. А ещё у неё, похоже, сломана рука.
В сухое переодевать смысла не было, системная одежда не мокнет. Но вот между ней и кожей явно были целые литры воды. Я до белья раздел любимую, хорошенько растёр этилсодержащей настойкой и одел обратно в системку. После чего попытался укутать, но девчонку стошнило прямо во сне. Явное сотрясение мозга. Похоже, она не очень удачно вошла в воду или долбанулась о дно. Возможно, оба варианта вместе, но сейчас нужно заняться рукой. Действительно, её кисть торчала под странным углом. Тщательно ощупав, нашёл сдвиг лучевой кости. Или плечевой, всегда их путал.
– Лучевой, Серёж. Но это не важно. У тебя всё для помощи есть в аптечке – и гипсовый бинт, и лубок. Сам справишься?
Как же мне хотелось поручить это бабуле. Но так я никогда не вырасту из детских штанишек, а я лучший в Ковчеге. Надо соответствовать! Достав аптечку, принялся за дело. Нащупав сломанную кость, соединил края, старательно пальпируя место слома. Для обычного человека это было бы бесполезно, но мы системщики, потому вскрывать плоть, надеюсь, не нужно. Наложив лубок, несильно замотал вымоченным в озере гипсовым бинтом. Потом достал кучку таблеток с пометкой «Сотрясение» и призадумался. Сейчас я ей это явно не скормлю. Лучше бы уколы.
На костёр можно было разломать кучу ящиков из-под оружия. Они деревянные. Прикинув размеры каменного уступа, решил поставить палатку. Она не полностью, но должна была влезть, одним углом нависая над водой. Повозиться пришлось изрядно, основная проблема – перекладывание любимой с места на место. Потому как этого «места» категорически не хватало. Но я справился, хотя и реально задолбался. Застегнув входной клапан, а следом и межкомнатный, достал газовую горелку и включил её на полную мощность. А сам обнял Анютку, пытаясь согреть ещё и своим телом. Минут через пять внутри комнаты стало реально тепло, я притушил горелку и занялся обустройством. Достал пенки, спальники, воду и еду. Всё, кроме спальных принадлежностей, я разместил во второй комнате, которая оканчивалась тамбуром. Тут же поставил биотуалет, которым мы ни разу не пользовались, но выходить из палатки было чревато – клапан находился прямо над водой, потому лучше «удобства в доме».
Вернувшись к Ане, потрогал её лоб. Температура ожидаемо повышена, но пока совсем некритично. Я очень аккуратно, стараясь не потревожить больную руку, вложил её в спальник. Разделся и влез во второй. Понимаю, что сейчас примерно обед, но вымотан был невероятно. Обняв Аню, проваливаюсь в беспокойный сон.
Разбудили меня стоны. Аня была очень горячей, похоже, у неё начался бред. Проконсультировавшись с Сергеевной, вколол ей жаропонижающее и какой-то антибиотик. Вскоре она затихла, а мне пришлось менять ей спальник, поскольку старый был насквозь мокрым от пота. Закончив, опять проваливаюсь в сон.
Следующее пробуждение было приятным. Меня обнимала сломанная рука, а в глаза смотрела моя ожившая половинка.
– Спасибо тебе, Серёж, – тихий шёпот был едва различим на фоне шума водопада. – Без тебя бы не справилась. Я неудачно вошла в воду, правое плечо болит, спасу нет. Ну, а про руку, судя по всему, ты уже и сам в курсе. И тошнит. Похоже, у меня сотрясение.
Я достал подготовленную заранее горсть таблеток и протянул ей с бутылкой воды. Она, не переча, выпила их все. После чего взяла меня за ладонь и отрубилась.
«Не, так не пойдёт», – решил я и, аккуратно разбудив, заставил поесть. Влезло в неё немного, всего четыре порции. Ещё две отдал котёнку, который молча слямзил угощение, и семь съел я сам. Потом немного посидел, глядя на спящую Анютку.
Спать самому уже абсолютно не хотелось, и я кое-как выбрался наружу. Вход был над самой водой, и потому выйти из палатки было то ещё приключение. Меня тут же окатило водной пылью. После освещения в палатке окружающий мир казался слишком тёмным, и я включил налобный фонарь. Всё вокруг мгновенно покрылось мириадами сверкающих искорок, просто невероятная красота. Поскорее бы любимая поправилась, она точно оценит.
Подойдя впритык к скале, попытался отколупать один минерал, но он сидел очень крепко. При попытке подковырнуть ножом кончик лезвия отломался, но сам минерал размером с зёрнышко пшеницы вылетел со своего места пребывания и попытался упасть в озеро. Я поймал его у самой воды. Вблизи это была мутная стекляшка полукруглой формы, даже обидно стало. На всякий случай закинул её в сумку.
А теперь главный вопрос – как отсюда выбираться? Я внимательно осмотрел скалу, насколько хватало фонарика. Всю дорогу вверх шёл отрицательный уклон. Это не просто затрудняет восхождение, это делает его практически невозможным. А учитывая, что у меня осталось всего тридцать метров верёвки, плюс сломанная рука Ани… Я схватился за голову. Вот бы научиться летать! Дайте мне монстра, завалив которого, я получу способность хотя бы левитировать! Мечты-мечты.
Анатолий Петрович
С этими подъёмами на поверхность не заладилось сразу. Два лифта просто не отвечали на команды ИИ. Шахты были, по отзывам инженеров, целым, гермоворота – тоже. Но все лифты всегда хранились в верхних точках, и они не реагировали на команды. Третий, помеченный ИИ как работающий, легко опустил платформу и даже поднял испытательную команду инженеров и военных наверх. Вот только два последних шлюза не работали. Инженеры смогли пройти предпоследний, но верхний, по их словам, был похоронен под многотонными наносами грунта. Теоретически через них тоже можно было пробиться, но это заняло бы годы.
Очередной дежурный, отправленный в верхний мир следить, чтобы портал не закрылся, унёс их властям координаты. Работы по ликвидации заносов шли уже сутки, но всё, что мы получили: «Там нет лифтовой шахты, мы выкопали почти двадцатиметровый котлован. Ваши координаты ошибочны».
При этом по координатам двух оставшихся неработающих врат шахты нашлись. Сейчас заканчивают раскопки и пытаются запустить лифты. Но у их инженеров что-то не получается. Похоже, поломки сложнее, чем мы могли ожидать.
Научники выдали мне список всех подъёмов на поверхность. Их было аж семьдесят! Семьдесят,
