— Что тебе нужно? — устало проговорила она, всматриваясь в каменное лицо парня.
Лика и Слава любили посплетничать про наследника и его невесту. Вчера прямо на лекции они хихикали из-за затянувшейся помолвке молодых. Они даже сошлись на том, что любая киевлянка может "попробываться на роль княгини", раз будущий правитель столь холоден к избраннице богов. Они не преминули обменяться удивлением, ведь раньше, стоило князю увидеть нареченную, как он влюблялся в нее без памяти. Даже ходили слухи, что Гамаюн ошибся! "Неслыханное дело!" — говорили они.
— Домой тебя отвезти, спокойно ответил парень.
— На маршрутке доеду, — отрезала она и хотела уже выходить из машины, но парень не дал открыть ей дверь.
— Что ты как дите малое! Я же извинился!
Полина закрыла глаза. Нужно что-то решать. Он дожжен отказаться от нее! Должен! Она не могла жить под вечным колпаком. Ведь не в Темном Царстве дело! Она не может устраивать личную жизнь, пока наследник ходит за ней по пятам. Сердце заныло. Она не могла поверить, что размышляет о том, как убить любовь.
— Почему ты не даешь мне права выбора? Почему я должна постоянно оглядываться?
— Я защищаю тебя!
— От кого? От Леска? Может, лучше от себя защитишь? Тебе не приходило в голову, что я тоже хочу силы, власти, свободы?
— Темное Царство это не свобода, — напряженно ответил Мир.
— Отвези меня лучше домой, как собирался, — ответила девушка и отвернулась к окну. Одно радует — брезгливое выражение его лица, когда она говорила о власти. Значит, если она будет темной ведьмой, его чувства уйдут.
От спасительной мысли девушке почему-то стало очень горько.
Всю оставшуюся дорогу они провели в полном молчании, хотя Поля замечала взгляды, что бросал на нее Суздальский. Как-то совсем не по себе рядом с ним… От молодого человека веяло решимостью, что не сулило ей ничего хорошего.
Предчувствия травницу не подвели. Когда они вышли из машины, Мир попытался ее поцеловать. Она отбивалась, а он настаивал. В итоге она сильно ударила его по коленке и скрылась за калиткой. Невысокий забор дачи не удержал пылкого парня, тот перескочил через ограду. В три шага оказавшись напротив нее.
— Ты все равно не скроешься, — сказал он тяжело дыша.
— Ты сошел с ума, — прошептала девушка, пятясь назад.
До парня дошел смысл ее слов. На пару секунд он замер языческим идолом.
— Ты не оставила мне выбора, — тихо сказал он.
— Правда? Так что теперь? Изнасилуешь меня на пороге собственного дома? — так же тихо спросила она.
— Нет, — покачал он головой. Теперь была его очередь отступать.
— Тогда объясните мне, о ясный князь…
— Я не могу без тебя жить. И не хочу!
— У тебя есть невеста, — оборвала его Поля, хотя сама чувствовала, что сейчас на карту поставлено все.
— Я знаю, — ответил парень. Его взгляд прожигал насквозь, показывая, насколько сильны бури, кипящие внутри. Полина не смогла выдержать муку и отвернулась. Она растерянно решала, что же ему ответить, но она словно забыла все слова. Когда она подняла глаза вновь, Мира уже не было.
Девушка зашла в дом, но никаких комментариев не услышала. Кики по секрету ей сказала, что они с домовым поссорились и он дуется. Как бы малодушно это не было бы, Поля была такому повороту рада. У нее не осталось сил на что-то реагировать.
"Я все сделала правильно" — твердила она мантру, пока не заснула.
Утром она позвонила Лексу и сказала, что пойдет с ним на Лысую гору в Вальпургиеву Ночь.
План был предельно прост. Ей нужно было убедить Мира, что она — темная ведьма. Лекс должен был солгать, что они переспали, договор подписан, а чтобы убедить в этом всех окончательно — они пойдут на главный шабаш. Никто не усомниться в том, что она представитель Темного Царства, если засведетельствуют, что она была на слете нечистой силы.
— Шабаш не место для неопытных травниц, — попытался возразить Лекс, расхаживая по своей комнате.
— Будто у нас большой выбор, — решительно ответила Поля.
— Ты же понимаешь, что тебя там могут попросту сожрать?
— А мы не будем лезть на рожон, — пожала она плечами.
Лекс и трудом представлял себе задумку в действии. Она казалась ему чистым безумием.
— Поля, тебе легче будет стать любовницей князя.
— А может лучше темной ведьмой?!? — вскипела девушка.
— Чтобы продержаться подольше, нужно быть крепким орешком. Я слишком хорошо тебя знаю, Дашко. Проверял. Ты не того поля ягода. Нет в тебе нужных качеств, достаточной силы, — он положил ей руки на плечи и легонько встряхнул: — Не выдержишь, поняла меня?
— И ты мне предлагаешь…
— Ничего я тебе не предлагаю! Я правду говорю.
— Ну, знаешь ли, — возмутилась она и метнулась к двери, но голос парня ее остановил:
— Ладно, мы попробуем.
Девушка сдержала ликующий клич и вместо этого крепко зажмурилась.
— Но ты от меня не отойдешь ни на шаг! — строго сказал черт. — И вообще, будешь делать только то, что я тебе скажу. Поняла?
— Заметано! — воскликнула она и бросилась черту на шею.
Накануне мероприятия Поля волновалась как никогда. Все натирала под мышками корой осины и хорошенько смазала метлу. "Все должно пройти хорошо! Никаких неожиданностей! Хороший план!"
Именно Лекс настоял на метле. Полина не хотела ею пользоваться, вспоминая потуги в управлении сиим орудием пытки. Несколько раз она падала в кусты, а два раза — в воду. Апрель — не самый лучший месяц для купания, а тем более — ночного. Благо, дача рядом. В общем, летун из нее ненадежный, но черт убедил ее в необходимости перестраховки. В конечном итоге, они не праздновать день рождения лучшего друга идут.
Следуя наставлениям черта, она одела джинсы и легкий свитер. Мало ли. Может убегать придется. Нечего юбками все кусты обтирать. Тем более, что Лысая гора давно поросла деревьями и кустарником, видимо стесняясь своего назначения.
После того, как молодые люди с горем по полам избавились от слежки, направили машину в сторону Лысой горы, что на Выдубичах.
— А почему Вальпуриева? Это что, верховная ведьма? — спросила Поля, чтобы снять нервное напряжение.
— Святая, — ответил Лекс.
— Святая? — удивилась девушка, путаясь в мыслях. — Как это? Почему тогда…
— Потому что шабаш происходит в канун ее праздника. Девочка была царского рода. Отец отправил ее в монастырь, где она провела двадцать шесть лет, где стала очень образованной женщиной, а тем более в те времена. Отец так и не вернулся в Англию, а братья остались на континенте. Прошли годы, и монахиню отправили в Германию. На пути судно попало в шторм. Наша героиня выбежала на палубу и начала молиться. Буря утихла, а слухи о чуде распространились, стоило кораблю причалить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
