в вашей власти, и границы устанавливаете только вы сами.
«В игре, помнится, Золотое Демоническое Древо создавало самых сильных монстров, каких только встречали игроки, прибавляя к этому парочку неприятных моментов. Например, с каждой травмой и допущенной ошибкой сила его воздействия на разум увеличивается, а противники становятся все страшнее. Замкнутый круг повторяется: враги становятся все сильнее, а игрок слабеет, в результате терпя поражение» .
Брэндель понятия не имел, как все это получится в этом мире, но шанс проверить был всего один. Что ж, чтобы одержать победу оставалось только набраться уверенности в себе, быть в наилучшей форме и надеяться на лучшее.
Указав пальцем на висок, он окинул девушек серьезным взглядом:
Сосредоточьтесь и храните решимость бороться до конца. Человеческая воля несгибаема, не сдавайтесь!
Воля, говоришь?
Ромайнэ, да не перебивай ты!
Брэндель раздраженно продолжил:
Сила воли. Человеческая сила воли непостоянна и колеблется в зависимости от обстоятельств. Сосредоточьтесь и сохраняйте решимость. Будьте готовы пойти до конца и бороться несмотря ни на что. Тогда ваша сила воли всегда будет на максимуме, а настрой останется стабильным. В таких условиях Древу будет трудно вызвать у вас негативные эмоции. В любом случае, ни за что нельзя сдаваться: последствия будут ужасные.
Насколько ужасные? – ясными и абсолютно непонимающими глазами посмотрела на него Ромайнэ.
Он не ответил, опасаясь, что такое знание только добавит им напряжения и негативного настроя. По правилам игры поражение в предстоящей Фантасмагории означало, что их души навечно застрянут в Золотом Демоническом Древе, до тех пор, пока очищающее пламя не обратит его в пепел, и только тогда они могут быть освобождены. Причем даже если этому суждено случиться, их тела не переживут потери душ. Итого – поражение не рассматривалось.
Окрестности начало затягивать туманом.
Оставался еще один момент, о котором надо бы рассказать: проснувшийся первыми в группе получал возможность войти в сон другого человека и подать ему сигнал, повысив тем самым уверенность в себе партнера, что позволило бы тому развеять морок.
Шанс проделать это давался всего один, так что для победы надо было, чтобы, самый сильный вошел в сон первым, за ним – второй и так далее. Поступая так, команда получала возможность последовательно помогать друг другу, вытаскивая своих одного за другим. В итоге поражение в Фантасмагории стало терпеть минимальное количества геймеров. Такую вот уловку придумали члены гильдии Свободы.
Брэндель быстро определил порядок.
Я иду первым, следующая – Фрейя, Ромайнэ последняя.
А как ты войдешь в состояние сна? – поинтересовалась Фрейя.
Просто закройте глаза и… – Брэндель прикусил язык, увидев, что будущий великий купец уже спешит перейти к практике, закрывая глаза. Еле успев указательными пальцами нажать Ромайнэ на веки, он потянул их вверх, не давая погрузиться в морок.
АААуч! – пискнула она, получив в довесок еще и щелбан.
Эээ, уважаемая леди! Любопытной Варваре …!
Ну ладно тебе!
Мир снов полон злого колдовства и духов! Там очень опасно! Осторожнее же! Все, я закрываю глаза.
Брэндель вздохнул, приготовившись. Будучи самым опытным в группе, он, естественно, вынужден был идти первым.
Фрейя среди них была самой зажатой и неуверенной в себе, так что именно ей угрожала набольшая опасность, и именно ее надо было быстрее спасать, не дав наломать дров. Ромайнэ, с ее, скажем так, особенным складом ума, было бы проще всего сбросить давление Золотого Демонического Древа, а уж с помощью Фрейи – точно без проблем.
В реальном времени первый этап длился пять минут, зато в мире снов мог растянуться на полчаса. Не сумей они вовремя освободиться из иллюзии – останутся здесь навечно.
Со стороны план Брэнделя казался отличным, почти безупречным. Если все получится – награда будет стоить всех усилий, а бонусом будет достаточно времени, чтобы добраться до крепости.
В этом мире Брэндель, скорее всего, был единственным, кто знал и все без исключения пути туда, и то, как все сложится в будущем.
Пока что время было на их стороне, и каждая выигранная минута давала надежду на то, что удастся и найти тетю Ромайнэ, и успеть вовремя сделать ноги.
реальное время
Похлопав по Шипу Света на поясе, он глубоко вздохнул. Иллюзия и вправду оказалась невероятно реалистичной.
Моргнув еще раз, он окончательно погрузился в морок. Запах мокрой прибережной почвы, аромат апрельской травы и лесных деревьев…
Но зачем Золотое Демоническое Древо забросило его именно сюда? Неужели оно считает, что самое сильное встреченное им существо – бурый медведь из этого леса?
Будь это так – максимум, кого можно ждать – довольно редкого экземпляра, элиту 16 уровня, но и такого он с легкостью уничтожит.
Но, судя по его воспоминаниям, с Золотым Демоническим Древом никогда не было вот так просто. Во всяком случае, в игровом мире развращенные Кровью Богов существа считались самыми злобными, и коварство их не имело границ.
«Если я правильно рассчитал время, новый сюжетный поворот должен случиться как раз сейчас. Так? Ну и где он?!»
Даже пробыв в этом мире уже несколько дней, он все еще подсознательно использовал геймерские термины.
Сначала послышались звуки. Словно лязг металла о металл. На нынешнем третьем уровне навыков военного фехтования он прекрасно понимал, что это схватка двух людей.
«Но на поединок не тянет: больше похоже на тренировку!»
Он не пытался избегать столкновения, понимая, что это бессмысленно. Кроме того, попытки побега явно вызвали бы отрицательные эмоции, и Древо могло этим воспользоваться. Направившись в итоге на звук, он обнаружил за поворотом водяную мельницу и лесопилку. Приблизившись, сквозь водяное колесо он действительно разглядел двоих, но их личности стали полной неожиданностью.
Один – пожилой человек с серебрящимися сединой волосами и длинными баками в темно-синей военной форме со знакомой наградной эмблемой и мечом в руках. Вся его фигура чем-то напоминала недвижимую и мощную скалу, а сила, которой от него веяло, оставляла неизгладимое впечатление. Но на самом деле при его виде сердце замирало не от видимой мощи, а от несокрушимой силы воли, проглядывавшей во всем, от выражения лица старого воина до прожигавшего насквозь пристального взгляда. Любой хоть в чем-то провинившийся попросту не вынес бы такого взгляда, и отвернулся бы, преисполнившись раскаяния.
Другой – совсем еще мальчишка, вооруженный деревянным мечом, на вид ничем не выдающийся, каких сотни. Присмотревшись, впрочем, можно было и в его взгляде увидеть что-то мимолетное, заставлявшее обернуться ему вслед.
Тем мальчиком был… Брэндель.
Точнее – маленький Брэндель.
Следом пришло шокирующее осознание, кто этот старик: это же его дед, ветеран
