ее стиле, наверное, губы трубочкой складывать и изображать сильнейшую обиду. А мне такое не свойственно.
— А посещение пар в твои планы сегодня не входит? — уточняю я, старательно отговаривая себя выклянчивать поздравления. В конце концов, мы сегодня увидимся, скорее всего тогда и поздравит.
— Нет, — приходит короткий ответ, и сразу следом, — после третьей пары жду тебя на парковке. Сбеги на десять минут раньше, если не хочешь, чтобы нас увидели.
По честности, если признаться самой себе, то мне уже давно без разницы увидят нас или нет. Проблема немного в другом состоит, и эту проблему я себе, кажется, сама создала.
Вторая пара и обед длятся невыносимо долго. По ощущениям каждая секунда растянулась на десять. Мою нервозность замечает даже Ирка, но ей я честно признаюсь, что у меня планы после пар, и уж больно хочется побыстрее к ним приступить. На всякий случай, правда, уточняю, что с празднованием дня рождения они не связаны, а то подруга как-то сразу поникла. Может решила, что я ее не пригласила?
Зная, что придется уйти пораньше, перед третьей парой заглядываю в гардероб и оставляю там свою сумку, чтобы без подозрений покинуть аудиторию в нужный момент. Последней парой семинар, но сегодня большую часть времени занимают докладчики, кому рефераты поручили еще на прошлой неделе, поэтому для меня эта пара превращается в пытку. Но, когда наконец остается двадцать минут до конца, я отпрашиваюсь выйти, и, хотя преподаватель уточняет не подожду ли я до перерыва, получив отрицательный ответ, все же отпускает.
Сначала захожу к Лене в лаборантскую и забираю свой букет, потом бегу в гардероб, накидываю пуховик и без шапки, нараспашку выбегаю на улицу. На парковке много машин, я даже не сразу нахожу автомобиль Марка. Прихожу немного раньше оговоренного времени. Подхожу со стороны водителя и стучу по стеклу. Марк что-то смотрит в телефоне, но отвлекается, видит меня и улыбается. Он выходит из машины и сразу же заключает меня в объятия. Отстраняется, но тут же тянется к моим губам, а я уже чувствую вкус его поцелуя. Кажется, я ждала этой встречи гораздо сильнее, чем предполагала.
— С днем рождения, Вера! — произносит он, отстраняясь, при этом ладони все еще удерживают мое лицо, а пальцы скользят по щекам, — у меня для тебя сюрприз. На сегодня и завтра ты полностью ангажирована.
— Но завтра учебный день, — напоминаю я.
— И он не последний в нашей жизни, — парирует Марк, делает шаг назад и тянет меня за руку к пассажирской двери, — букет от наших? — спрашивает он, заметив, наконец, цветы в моей руке.
— Нет, это от Димы, — выдаю я прежде, чем успеваю прикусить язык.
Глава 27
Марк в лице изменился — в одно мгновение перевоплотился из ангела в дьявола. Мне кажется, что я слышу, как часто и тяжело он дышит, и буквально ощущаю сгущающиеся над Марком тучи.
— Значит, Фирсов, — констатирует он.
Я не решаюсь сказать что-либо потому что не могу просчитать ситуацию наперед. Марк разозлился, но этого и следовало ожидать. Его отношение к Димке обусловлено моими стараниями. Ну вот кто меня за язык тянул? Вроде всю жизнь была осмотрительной, и вот так нелепо попасть в просак. Но, собственно, когда-то это должно было случиться, это было всего лишь вопросом времени. И, возможно, что момент настал — пора сказать правду Марку о наших с Димкой отношениях.
— Марк, послушай, — начинаю я, пытаясь подобрать правильные слова, но он нещадно обрывает мой едва начавшийся монолог:
— Ты больше не будешь с ним встречаться! — заявляет он, и я в тот же момент забываю о своих намерениях рассказать ему правду.
— Прости, что?
— Хватит! Я долго терпел, Вера, но пора положить этому конец! Мы сейчас же пойдем к Фирсову, и ты скажешь, что расстаешься с ним, либо это сделаю я!
Если где-то в моей голове есть кнопка, отвечающая за взрыв, то Марк только что ее нажал.
— А ты, собственно, с чего решил, что можешь диктовать мне условия? — в момент взъерепениваюсь я, — сколько в моей жизни присутствует Дима и сколько ты?
Потрясающая наглость! Нет, понятно, что он так говорит, потому что про Димку не в курсе, но бесит сам тон его разговора! Сколько мы спим вместе? Месяца полтора? А как давно между нами появились отношения, похожие на те, что обычно возникают между парами? И если он уже сейчас пытается диктовать мне свою волю, то что же будет дальше?
— Вера, не выводи меня из себя! — рявкает Марк, и его кулак с глухим стуком опускается на стойку автомобиля.
— Я думала, что мы уже давно все выяснили! — чеканю я. Марк пытается перебить, но я не позволяю — не только у него есть способность разговаривать железным голосом, — я уже говорила тебе: свои условия я озвучила с самого начала, и ты на них согласился! Если что-то не устраивает — путь открыт!
Да заткнись ты! — вопит мой внутренний голос, и я резко замолкаю. Боже мой, что я только что наговорила? И главное зачем? Нет у меня никакого Димы, и условие это было придумано лишь из мести за прошлые обиды. Но сейчас ситуация совсем другая, и что вообще на меня нашло? Попытка Марка мной управлять — вот что.
— Значит, я для тебя просто развлечение? — спрашивает Марк, и его тон не сулит ничего хорошего.
— Нет, совсем нет, — ну и куда делись мои напор и уверенность? Блею, как барашка, — Марк, я совсем не то…
— Знаешь, что я тебе скажу? — в который раз перебивает он, — мне надоели твои игры! Надоело чувствовать себя идиотом! Я полагал, что, соглашаясь на этот абсурдный договор, даю тебе время привыкнуть ко мне. Что спустя неделю или месяц ты поймешь, что любишь, и мне казалось, что у меня получилось!
— Марк, послушай…
— Нет, Вера, хватит! Я чувствую себя актером погорелого театра! Я, — он делает такой акцент, будто ставит себя в одну линию не меньше, чем с королем Англии, и этим поджигает во мне очередной уголек, стремительно разгорающийся с каждым последующим словом, — никому и никогда не позволял обращаться с собой подобным образом! И лишь ты смогла заставить меня согласиться делить свою девушку с другим! А отчего же только с Фирсовым? Не узковат ли круг? Давай пригласим в нашу славную компанию еще парочку парней, ведь это же так весело?
— Ах вот как ты заговорил! — настала моя очередь вспылить, — значит вот кем ты меня считаешь на самом деле! Может
