— Меня это не устраивает, — резко ответил Влад.
Непреклонная решимость Трюкача озадачила сыщика.
— Но почему?
— Боб нужен мне живым. Он знает имя убийцы моей девушки. Я поклялся отомстить за нее. Поэтому не позволю вам застрелить Боба.
, Тень недоумения, скользнув по лицу сыщика, готова была превратиться в гримасу гнева. Понимая, что горячность в разговоре с Трюкачом лишь повредит делу, он взял себя в руки.
— Что, если я прикажу обыскать тебя и твоих людей, Трюкач? Наверняка у вас в машине найдется что-нибудь запрещенное, например огнестрельное оружие…
— Сейчас вы, капитан, разговариваете со мной так же, как разговаривал недавно ваш коллега Желудь, — что-то похожее на брезгливость послышалось в голосе каскадера, и капитан понял, что использовал запрещенный прием.
— Извини, Трюкач. — Сравнение с ненавистным подполковником задело самолюбие детектива.
— Вы вовремя дали задний ход, капитан. Давайте попробуем договориться.
— Подумай, Трюкач, удастся ли тебе взять Боба живым? Боюсь, что нет. У вас с ним личные счеты. С тобой он будет драться до конца. А ты уверен, что он не пустит себе пулю в лоб? Такое тоже не исключается. Возможно, его пристрелит тот же Фрэнк, чтобы он не болтал лишнего.
— То, что вы сказали, капитан, всего лишь возможность. Но вы-то его застрелите наверняка.
— Если мы договоримся, я даю тебе слово честного мента, что оставлю его в живых.
«Честный мент» — звучит несколько парадоксально. Впрочем, мудрый Ментор — наставник сына Одиссея, был вполне приличным человеком и никого не обманывал.
Влад задумался. «Если я соглашусь, то у Боба действительно будет больше шансов остаться в живых. Милиции он охотно сдастся, надеясь на свои деньги и связи».
— Предположим, я соглашусь, но скажите, капитан, как я узнаю имена убийц Жанны у человека, находящегося в тюрьме?
— Об этом можешь не беспокоиться, Трюкач. Мы поместим его в одну не очень уютную камеру, где он расскажет нам все.
«Пожалуй, это разумно. Если не капитан, то Иван сумеет вытянуть из Боба больше, чем я».
— Я согласен. Но у меня есть еще одно обязательное условие. Мой друг, частный детектив из Америки, должен будет допросить Фрэнка.
— Нет проблем. С твоим другом мы сумеем найти общий язык.
— Давайте карту, — Трюкач поставил точку на том месте, где находилось убежище Боба. — Здесь.
— Ты свободен, Трюкач, — детектив спрятал карту в планшет.
— Удачной охоты, капитан, — Влад вернулся к друзьям. — Прогулка отменяется, садись за руль, Майк. Теперь ты можешь отыграться на наших нервах.
— Объясни, что произошло?
— Заводи мотор, Майк, я все объясню на обратном пути. Если кто-то хочет своими руками таскать для нас каштаны из огня, то почему я должен лишать его этого удовольствия? — резонно решил каскадер.
По требованию капитана в его распоряжение прибыл отряд омоновцев на грузовом вездеходе. Не дав им даже размяться после дороги, Сыскарь влез в кузов, на ходу объясняя задачу.
В окрестностях избушки Боба отряд спешился. Подъехать ближе означало спугнуть шайку. Наученный предыдущими неудачами, детектив был уверен, что у бизнесмена разработан план побега, и, может, быть, не один. Поэтому, оставив омоновцев на дальних подступах, он приступил к осмотру местности.
Невдалеке от избушки он увидел старую рыбачью лодку. Сыщик прошел мимо, не обратив на нее никакого внимания. Точно так же не обратил внимания на канатную дорогу Боба. Сыщик заставил себя вернуться.
«Будь педантом, капитан», — он подавил в себе желание как можно скорее заняться избушкой. Вернулся к лодке, забрался в нее и, только сев на скамью, покрытую потрескавшейся краской, заметил, что из-под облупившейся шпаклевки выглядывает белый блестящий металл.
Отскоблив краску ножом, детектив обнаружил под ней титан. Лодка была сварена из прочнейшего авиационного металла. С хорошим подвесным мотором она могла бы развить скорость локомотива! Продолжив осмотр, капитан пришел к выводу, что лодка и есть «черная лошадка» бизнесмена, на которой он собирался удрать на этот раз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но как он доберется до нее в случае осады? Очевидно, к лодке шла траншея, прикрытая сверху слоем дерна. Сыщик отрезал палку и, заточив ее конец, стал тыкать им в землю. Вскоре он действительно обнаружил траншею.
Капитан вернулся к отряду и, отобрав восьмерых рослых и сильных омоновцев, приказал им замаскироваться у выхода из траншеи. Остальная часть отряда двинулась на штурм избушки.
Сыщик лежал в укрытии, жадно ловя каждый звук, доносившийся со стороны убежища бизнесмена. Он был уверен, что банда не станет отстреливаться. Гораздо логичнее было предположить, что она воспользуется подземным ходом. И все же детектив волновался за вверенных ему людей.
Тишину нарушили крики и глухие удары. «Ребята ломают двери. Значит, скоро покажется шайка». Действительно, крышка, закрывавшая подземелье, поползла в сторону. С нее посыпалась земля. Словно тонкий персидский ковер, отогнулся покрывавший ее дерн. Из люка показалась голова Трансформера.
— Все спокойно, идемте, шеф, — выскочив наружу, десантник помог выбраться гангстерам.
— Стоять! Руки за голову! — Сержант ОМОНа навел автомат на преступников.
— Копы! — Фрэнк выстрелил в него. Омоновец рухнул лицом вниз. — Получайте! — Американец выстрелил еще раз. Раздался крик боли.
Капитан вскинул пистолет и трижды нажал на курок. Фрэнк пошатнулся и головой вниз упал в траншею. «Отправляйся в ад, мерзавец!»
Увидев рядом с собой смерть, Боб и Трансформер бросили оружие.
Не обращая больше на них внимания, капитан кинулся к сержанту. Он был мертв. Второй милиционер, раненный в плечо, без единого стона позволил себя перебинтовать.
С тяжелым сердцем Сыскарь шел к машине. Впереди него на импровизированных носилках, сделанных из бушлатов и жердей, несли убитого. «Сержант честно выполнил приказ — взять бандитов живыми, но это была слишком дорогая цена за их поимку».
Боба и Трансформера не слишком учтиво бросили на пол грузовика.
— Я не против, если вы слегка потопчете мерзавцев, но помните, что их нужно привезти в город живыми, — капитан сел в кабину.
Вездеход тронулся.
Глава 10
РАССТРЕЛ
Подруливая к своему дому, Влад увидел множество потрепанных машин и целую толпу репортеров, толпящихся у парадного.
— Вот он! Вот он! — загалдели собратья по перу, завидев каскадера с друзьями.
Фотовспышки засверкали, словно всполохи электросварки, застрекотали кинокамеры. Телевизионщики отталкивали фотокоров, фотокоры отталкивали телеоператоров.
У многих в руках была статья Влада. Журналисты жаждали подробностей. Его закидали вопросами, на которые Трюкач отвечал одним и тем же — загадочной улыбкой сфинкса.
Прорвавшись сквозь журналистское окружение, друзья, наконец, оказались дома.
— Влад, почему ты не захотел разговаривать с прессой? — Норман смотрел на каскадера как белый на дикаря, скрутившего папиросу из стодолларовой бумажки. — У нас в Америке реклама дорого стоит. Ты мог бы стать знаменитостью, открыть частное сыскное бюро или баллотироваться в Думу.
— Почему бы сразу не в президенты? — с серьезной миной предложил Стас. — В самом деле, Влад, ты становишься снобом. Не желаешь разговаривать с такими же ушлягами газетчиками, как ты сам.
— Извини, Стас, у меня есть причины, — попытался возразить Трюкач.
— Ничего не знаю. Ты обратил внимание на их машины? Среди них не было ни одной новой или дорогой. Значит, эти парни не успели продаться.
— Как ты не понимаешь, Стас, — Трюкачу надоело выслушивать нотации друга. — Каждое мое слово они десять раз переврут, а потом все это медперсонал перескажет Жанне и тоже переврет. Она забеспокоится о брате. Мне дорого ее здоровье. Чем меньше она будет знать, тем быстрее поправится.
— Они вытопчут все газоны под твоим окном, Влад. Беру инициативу на себя, — Стас подошел к окну, распахнул его. — Эй, ребята! — крикнул он притихшим журналистам. — Трюкач даст интервью тому, кто влезет сюда по стенке!
