Еле дождавшись того момента, когда печати и сеть будет разорваны, Анха выпустила вторую энергию, и вот тут уже подключилась уникальная сила мужчины. Девушка видела, что он потрясён происходящим, но пояснить ему ничего не могла. Она лишь дрожащей рукой погладила его по лбу и попробовала изобразить губами слово: «Хорошо!»
Когда волшба затихла, они немного посидели вместе, прежде чем Анха поднялась и пересела напротив мужчины. Посмотрев на него магическим зрением, она увидела, что тёмные пятна в его голове исчезли полностью — и немудрено : такой объем Лунной силы мог заново выстроить мозг по одним только контурам. Теперь оставалось дождаться восстановления его магической системы. Анхе хотелось спросить, кто же он такой, но оставалось только смотреть на него.
— Ты… — прохрипел он, — по-мммо-гла… спа-си-бо, — невнятно продолжил.
Анха согласно кивнула и ещё раз окинула его магическим взглядом. Без уточняющих вопросов сложно было понять, имелось ли у него ранее нарушение речи или это последствия недавнего тяжёлого ранения? А ещё смущал его взгляд. Столько в глазах этого страшноватого звероподобного человека было удивления, волнения, некоторой опасливости и детской наивности, что не заметить этого не смог бы только слепой. Эмоции воина были яркими и удивительно чистыми, однако означать могли слишком многое.
Ну, это уже его проблемы, а у неё своих полно. Ей надо найти Маху, убедиться, что с ней всё в порядке и составить план на ближайшие дни.
Глава 10. Горечь жизни
— Эй, — услышала Анха и подскочила, чтобы посмотреть, кто зашёл в лекарскую.
— Это я, не пугайся, — Маха подбежала и обняла свою подопечную. — Как ты? — она вглядывалась в лицо девушки и не найдя следов слёз, облегчённо выдохнула. — Я пожаловалась господину Леснову… — быстро зашептала женщина и, оправляя тунику, не к месту сообщила: — Очень обстоятельный мужчина.
Анха вопросительно заглянула в глаза подруге, а та вдруг опустила голову и сминая край одежды, отвернулась. Оказалось, что она стеснялась обуревающих её эмоций. Анхе пришлось не один раз дёрнуть её за рукав, чтобы та рассказала, что с ней случилось после того, как убежала.
— Он сказал, что я аккуратная и приятная… — никак не желала Маха говорить по существу. — Ещё он сказал, что я положительная женщина и тем удивительнее, что оказалась здесь.
Анха нетерпеливо вновь дёргала её за рукав, но подруга продолжала рассказывать о том, как высоко её оценил завхоз. Маха упивалась услышанными словами в свой адрес и теряла голову. Похоже, ей никто и никогда не говорил столько незатейливых комплиментов. Но княжне всё же удалось узнать, как Маха столкнулась с Лесновым, как пала ему в ноги и рыдая, поведала о своей любви к нему. Он не устоял.
— А с мерзавцами он разберётся, — шептала женщина, — надо только дождаться следующего прорыва границы и тогда мы их больше не увидим.
Что имел в виду завхоз под словами «мы их больше не увидим», разбираться не хотелось. Что во власти управляющего хозяйством? Но как дождаться следующего прорыва? Как?!
Маха потупилась, понимая, что для подруги опасность осталась.
— А ты? — спросила она. — Твой маг взял тебя под защиту?
Анха растеряно пожала плечами.
— Может, ты не угодила ему? А умеешь ли ты приласкать мужчину?
Маха прикрыла рот рукой, догадавшись о полной беспомощности в постельном плане своей подопечной.
— Что же это я… — расстроилась она, — надо было научить тебя…
Анха сердито посмотрела на неё и решительно отправилась на кухню, показывая, что пора поесть.
— И то верно, — пробубнила Маха.
Они поели сами, потом позаботились о единственном пациенте в лекарской.
— Он выглядит здоровым, — подозрительно щурясь, заметила женщина. — Эй, ты бы шёл к себе! — подбоченясь, велела она.
Анха коснулась пальцем губ Махи, чтобы та не шумела.
— Дак мало ли чего лекарь учудит! — намного тише пояснила она и стала в очередной раз наставлять воина, чтобы тот ничего не брал из рук лекаря.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Девушки выскользнули из лекарской под носом у пришедшего Жадковского. Они боялись, что он задержит их, но лекарь лишь обозвал их никчёмными потаскухами и, брезгливо сплюнув, велел больше не появляться у него.
— Я буду помощницей господина Леснова, — гордо сообщила Маха и демонстративно плюнула в ответ, хотя явно не одобряла подобное пачкание полов.
— Вот только Паулина… — тихо добавила она, — ему сначала надо уладить с ней… она из местных…
Анха встревожено посмотрела на женщину: не обманывает ли её завхоз? Подруга ожила после свидания с ним, светится вся, но если он всего лишь посмеётся над ней, то это убьёт её.
— Я верю ему, — твёрдо произнесла Маха, поняв сомнения девушки. Она крепко сжала кулаки и устремила взгляд вдаль. Анха молча кивнула, принимая эту веру.
— Давай-ка наведём порядок у твоего мага, — неожиданно предложила она. — Никогда не думала, что аристократы могут жить в такой грязи.
Анха согласно кивнула. Протекция Леснова не будет распространяться на неё, а значит, ей придётся, как минимум прятаться по ночам в покоях мага, как максимум — жить там. Неприятные мысли о собственном унизительном положении больно сжали сердце, но княжна решительно поднялась и всем своим видом показала, что готова действовать.
Жестами девушка показала, что Махе надо обождать её во дворе. Первым делом Анха собрала вещи мага и отнесла их в прачечную. Там она задержалась, изучая работу прачек и нашла неработающий артефакт вентиляции. Подошла к старшей, показала на него рукой и как могла, объяснила, что он важная вещь в их деле, а не работает.
— Так это ты помогаешь заряжать кухне приборы? — сообразила прачка.
Девушка кивнула и приложила палец к губам.
— И ты понимаешь, что эта штука должна делать?
Княжна изобразила, что работающий артефакт позволит свободно дышать женщинам.
— Ну ладно… сама вытаскивай его оттуда, а то мои что-нибудь не так сделают. Заряжай, а там посмотрим, нужен ли он нам. За вещички не беспокойся. К вечеру всё вернём в лучшем виде, а магу скажи, чтобы не занашивал одежду до черноты и вовремя сдавал в стирку.
К тому времени, как Анха вернулась, Маха уже начала волноваться. Торчать во дворе без дела было чревато, но княжна не могла впустить подругу в жилище мага, не присутствуя там сама.
Вместе они взялись скоблить пол: Маха в туалетной комнате, а Анха в общей.
— Не могу терпеть эту вонь, — пожаловалась женщина, — у меня раньше дома в отхожих местах всегда в первую очередь чистоту наводили. Муж брезговал в других местах присесть и бежал домой, как приспичит.
Анха была полностью солидарна с подругой и не отставала от неё. Раскрасневшиеся, но довольные вычищенным полом, они передохнули и продолжили. Несколько раз Маха уходила и возвращалась с разными нужными предметами. Сначала она притащила стопку полотенец, потом вместе с ней пришёл слуга с досками. Немного поспорив, они совместно устроили ряд полок от пола до потолка в общей комнате, в закутке повесили полки под самым потолком для редко используемых вещей.
В следующий раз Маха убежала, пообещав раздобыть свежие матрасы с подушками, а Анха осталась скоблить деревянный стол от грязи. Всё, что на нём находилось ранее, она перенесла на полки, надеясь, что хозяин комнаты не рассердится за эту вольность и привыкнет к порядку.
Стол уже был почти как новый, когда она почувствовала взгляд. Обернулась и напряженно застыла, не зная, чего ожидать. В чёрных глазах мага полыхала магия, что говорило о его волнении.
Она прижимала к животу нож, которым скоблила стол, и настороженно ждала, что он скажет.
— Здесь стало светлее, — неуверенно произнёс Защитник и с трудом отвёл взгляд от неё.
Магия всё ещё плескалась в глазах мужчины, но он вполне себя контролировал, даже если сильно разозлился на неё. Анха постаралась незаметно выдохнуть и принять более непринуждённый вид.
