недостаточной изобретательности и талантливости, использовав готовое решение.
Глубоко и подробно разбираться нужно именно с внутренним страхом. С внешней критикой всё понятно, мы уже обсудили её в предыдущей главе.
С внутренним критиком сложнее. С одной стороны, каждый должен поступать в соответствии с собственными моральными принципами и понятием о порядочности. Но так как принципы у всех разные, важно понимать и юридическую сторону вопроса, чтобы случайно или намеренно не зайти слишком далеко. Лучше иметь чёткое представление о том, какая степень подражания технике исполнения чужих работ допустима. При этом важно понимать, где проходит граница между плагиатом и продуктивным творческим заимствованием, когда идёт речь об обучении новым изобразительным навыкам и обогащении своей изобразительной техники, а не о простом подражании. С другой стороны, никто больше не сокрушается, что работа определёнными материалами требует соответствующей последовательности шагов. А чтобы передать глубину рисунка, поколения мастеров развивали приёмы изображения перспективы на плоскости, которыми сейчас пользуются все, не терзаясь муками совести по поводу плагиата.
Не так давно я открыла для себя потрясающего иллюстратора Джереда Муралта (Jared Muralt)[143]. Когда я впервые увидела его работы, то сразу же узнала в них стиль знаменитого французского художника-иллюстратора Мёбиуса, которого упоминала выше.
Со временем Мёбиус стал настоящей иконой стиля для комиксов нашего времени. Не то чтобы он сам полностью придумал типичную вариацию и ритм линий — всё-таки техника гравюры, в том числе и японской ксилографии, широко известна. Однако его манеру изображения героев узнаёшь сразу.
И как теперь быть? Как относиться к работам Джереда? Ведь явно же отличный, способный иллюстратор. Но что это? Копирование, плагиат или всё-таки допустимая норма использования мирового художественного достояния?
Чтобы ответить на все эти вопросы, нужно присмотреться к пути становления успешных иллюстраторов. Сам Мёбиус в начале своей карьеры рисовал в стиле знаменитого бельгийского рисовальщика Jijé — Жозе Жильяна (Joseph Gillain, 1914–1980). Причём работал он в этой технике почти всю жизнь и лишь постепенно добавлял индивидуальное видение. То есть сначала Мёбиус научился этим приёмам, а потом пошёл дальше. Подчёркиваю: он не обводил чьи-то картинки, чтобы напечатать их затем на своих ремнях и майках, а учился стилю и технике изображения через тщательное изучение типичных для жанра работ в процессе своей деятельности.
Лизбет Цвергер тоже достаточно долго вдохновлялась творчеством таких художников-иллюстраторов, как Карл Ларссон (Carl Larsson, 1853–1919) и Артур Рэкхем (Arthur Rackham, 1867–1939). И здесь обратите внимание на то, что она не копировала их сюжеты и идеи — у неё было достаточно своих, — но рисовала в весьма похожей манере. Тем не менее Лизбет выросла в самобытного иллюстратора с ярко выраженным индивидуальным стилем, которому не стыдно признаться, куда уходят корни её вдохновения. Сейчас она так говорит о вдохновлённости другими иллюстраторами: «У меня обычно нет задачи рисовать так, как никто другой до меня. Но я люблю прочитывать старые истории по-новому, так, как будто я их вижу впервые. Это не так просто, зато работать становится в разы увлекательнее.
Конечно же, я рассматриваю работы моих предшественников. Кстати, в начале карьеры я так не делала. Я слишком боялась, что начну подражать и ориентироваться на чужой стиль. Мне очень нравился английский иллюстратор Артур Рэкхем, но в то же время я панически боялась приблизиться к его стилю. Сейчас мне это больше не мешает. Всегда можно всё переиграть и нарисовать заново. Мы все свободные люди».
Важно понимать, что в процессе профессионального становления копирование — осознанное или нет — неизбежно. Если мы вдохновляемся кем-то настолько, что готовы повторять в своих работах его стиль — это весьма хороший индикатор: значит, мы хотим выйти на новый уровень мастерства. Исключение — так называемые me-too[144] продукты, когда производители экономят на собственных исследованиях и запускают в производство проверенную линейку товаров, которая пользуется популярностью у конкурента. Но это уже совсем другой случай, и его мы здесь не рассматриваем. С творческим ростом и развитием он не имеет ничего общего.
Если бы и Лизбет, и Жан Жиро не прошли через этап копирования техники других мастеров, они бы не стали теми, кем стали. И это нужно понимать и принимать, а не бояться. Потому что все эти «критики», голоса которых мы постоянно слышим у себя в голове и проигрываем эту пластинку снова и снова, мешают нам свободно творить и по-настоящему раскрыться.
Иногда, чтобы понять, как сделана работа, которая нас поражает и вдохновляет, нужно копировать, чтобы научиться делать так же. Но обязательно нужно понимать, что в таком случае речь идёт об учебной копии. В портфолио это включать не нужно!
Выученный приём пойдёт собственным авторским работам только на пользу. Например, я советую своим ученикам копировать иллюстрации из любимых книг, чтобы понять технику и выработать свою манеру исполнения. Несколько раз темой проекта «Рисовальный флешмоб» было именно копирование любимых работ. Например, я копировала иллюстрацию Лизбет Цвергер, чтобы разобраться с иллюстративными акварельными заливками, и работу Гогена, чтобы проникнуться работой с цветом.
Фишка здесь в том, чтобы применить выученное к собственной изобразительной манере, а не пытаться слепо копировать учителя.
В случае с упомянутым выше Джередом нужно признать, что его работы довольно близки к технике Мёбиуса. Но и здесь нужно понимать одну важную вещь. И манера исполнения Jijé, и манера исполнения Мёбиуса стали стилеобразующими и задающими направление, своего рода каноном в мире комиксов. А поскольку Джеред рисует именно комиксы, он по вполне понятным причинам придерживается уже узнаваемой манеры изображения. И это не отменяет того, что Джеред — потрясающий рисовальщик, которым я восхищаюсь. У него интересные, насыщенные работы. Многие хотели бы рисовать так, как Мёбиус, да не умеют. А Джеред умеет, при этом придумывает свои оригинальные истории. Не удивлюсь, если всего через десять лет его стиль всё-таки изменится и его манера рисования, обогащённая опытом, тоже станет стилеобразующей для авторов комиксов последующих поколений.
Иллюстрация Натали Ратковски «Посвящается Кэтрин Хепбёрн», карандаш на бумаге с последующим цифровым колорированием, 2015
Работа художника-иллюстратора Натали Ратковски «Гоген с лимонами», смешанная техника пастели, гуаши, акварели и цветных карандашей, 2018
Речь идёт не о плагиате, а о художественных технологиях и приёмах, которые хорошо бы освоить. А возможность обмениваться опытом с ныне живущими мастерами просто на вес золота, ведь без этого этапа в вашем творчестве никогда не случится ничего нового.
Вообще работать и развиваться интереснее, чем терпеть незаслуженные обиды — что от себя, что от других. Лёгких путей
