Читаем без скачивания Вторжение - Р. Артемьев

— Кого вы хотите назначить вместо Бородина? — кажется, пришло время поговорить о Васе, благо повод подходящий.

— Еще не знаю, хочу посоветоваться с Чижовым. Сначала хотел кого-то из вас перевести, но, во-первых, своя рубашка все-таки ближе к телу, лучших бойцов я приберегу для этой страны. А во-вторых, на этой должности нужен дипломат. Значит, вы двое отпадаете. Ты не забыл, Аскет, чтобы никаких интервью!

Александр Васильевич намекал на инцидент, имевший место в начале моего командования. Я прибыл в Иркутск и случайно напоролся на местную журналистку, начавшую задавать мне какие-то глупые вопросы. Недавно в Москве произошло преступление, участие в котором принял псион, и она хотела знать мое мнение.

— Секунду — я остановил щебетание девушки. — Банда из четырех подонков изнасиловала и убила девушку. Ее брат в отместку пошел и убил одного из них. Я правильно излагаю события. Да или нет?

— Да, все так и было, но…

— Достаточно. Отвечая на ваш вопрос: нет, он не прав. Он убил одного, в то время как оставшиеся трое все еще живы.

Журналистка сглотнула.

— Но он же убил человека, хладнокровно пошел и убил. Неужели это правильно?

— Могила врага должна быть осквернена — самый искренний ответ, который я когда-либо давал.

Ровно через сорок две минуты мне позвонил Сергачев, наорал, что в прямом эфире надо быть осторожнее, и запретил давать интервью или просто общаться с журналистами.

— Да, я помню — маленький инцидент, а сколько шума — Я хочу предложить кандидатуру Пака. Полагаю, Чижов ее одобрит.

По уму, сначала надо было поговорить с Павлом, согласовать с ним мое предложение. Чижов по-прежнему курировал все вопросы, непосредственно связанные с чистильщиками, и назначение новых командиров в том числе. Впрочем, однажды я уже заводил с ним разговор на эту тему, и он высоко отозвался о качествах Пака.

— Ты считаешь, Жоров не справится?

— Может быть, да, может быть, нет. Вася справится точно. Тем более, что он часто ездил в командировки, когда Бородину требовалось подкрепление, и знаком с большинством бойцов. Думаю, он достаточно авторитетен, чтобы избежать проблем с подчинением.

Со Злобным я распрощался на аэродроме, он улетал к себе в Салехард, я под Иркутск. Работы было много, снова возникли какие-то дурацкие проблемы со староверами, приходилось их срочно решать. Неожиданно вспомнилось, как перед отбытием на Таймыр я устанавливал защиту молоденькой бухгалтерше. Вряд ли она ей теперь понадобится, Мурашов погиб на десятом ярусе, во время отражения одного из прорывов.

Ранение еще давало о себе знать, поэтому в полете я надеялся отдохнуть. Не вышло, не давал покоя разговор с Сергачевым. Когда Вторжение только произошло, казалось, что человечество забудет разногласия и объединится перед лицом общей угрозы. Но едва появились первые признаки стабильности, как сразу выплыли старые счеты, начался новый дележ нефтяного пирога. Люди не хотят договариваться. Надо подкинуть эту мысль Плетке, пусть обдумает, раз он теперь такой философ.

А ведь мы по-прежнему ничего не знали о чужаках. Разумны ли они? Откуда приходят? Как долго еще будет расти скорость появления Гнезд, можно ли избавиться от них окончательно? И нужно ли избавляться, может быть, правильнее создать одну-две резервации и наблюдать, как иногда предлагает Коробок? Раньше, в самом начале, подобные попытки предпринимались, но тогда мы практически ничего не знали о чужаках, исследователи погибли. Возможно, стоит повторить?

Одни вопросы без ответов.

ЧАСТЬ III

— Можно? — в приоткрытую дверь просунулась знакомая головенка.

— Входи, Света — кивнул я — мне звонили из школы, что у тебя произошло?

— Пашка Зябликов налепил мне на спину жевачку и я его стукнула — девочка уселась на стул в моем кабинете — Наталья Пална сказала передать тебе записку.

В записке было сказано, что Света плохо вела себя на уроке литературы, отвлекала преподавателя и подралась с соседом. Хорошо, что на этот раз ничего не разбила.

— Что значит, «плохо вела себя на уроке и отвлекала преподавателя»?

— А что я могу поделать, если он щиплется? — девочка независимо пожала плечами.

— Я могу попросить Наталью Павловну пересадить тебя за другую парту.

— Не, не надо. Пашка сказал, он больше так не будет.

Я удочерил Свету пять лет назад. Никто не ожидал от меня такого поступка, и меньше всего — я сам. Выбора не было. Оставить пятилетнего ребенка-псиона без опеки мне не позволила совесть, другого способа позаботиться о ней в тот момент я не нашел. Пришлось взвалить на себя еще и эту обузу. Впрочем, я привязался к девочке и не сожалел о своем поступке.

Сочинение

Ученицы 3 А класса

Коробовой Светланы

Моя семья

Сейчас у меня есть только папа, больше никого. Моя мама и первый папа умерли, когда мне было пять лет. Тогда мы жили в Туркмении, первый папа работал нефтяником. Поселок был маленький и детей было двое, я и еще один мальчик. Было очень скучно. Однажды ночью пришли чужаки и убили моих родителей. И еще много людей.

На следующий день к нам приехали туркменские разведчики, поездили вокруг поселка и сказали, что нашли трехъярусник. Они вызвали чистильщиков, но в это время из свободных были только командировочные из России, местных не было. Папа тоже был там. Он взял с собой один взвод и поехал зачищать Гнездо. Так мы познакомились.

Сначала он не понял, что я тоже псион, потому что таких маленьких псионов не бывает. А когда понял, то сообщил об этом своему другу, дяде Призраку, чтобы тот тоже приехал и посмотрел. Вместо дяди Призрака (на самом деле его зовут Константин Валентинович, но он разрешает звать его Призраком) приехали какие-то люди в штатском и с толстым черным дядькой. Я тогда еще не знала, что это негр, и сильно испугалась.

Папы не было, в это время он зачищал Гнездо. Приезжие хотели забрать меня с собой, но в это время вернулся папа и прогнал их. Они ушли, но сказали, что скоро я сама захочу поехать с ними.

Той же самой ночью папа сказал никому не выходить из большой палатки, а сам вышел и что-то делал. На улице сильно грохотало и громко кричало, было очень страшно, потом папа вернулся и сказал, что ничего принципиально нового не увидел.

Потом мы поехали в Ашхабад, где папа спросил, поеду я с ним или с веселым дядькой по имени Коробок. Я подумала и сказала, что поеду с ним. Теперь я живу вместе с папой на Иркутской Базе. У меня много друзей, они учат меня всяким интересным вещам.