ветру", думаю, это тот термин, который мне подходит. Мы наиболее уязвимы, мы те, кто пытался убить Кэйлеба, и мы те, у кого нет ни единой надежды по эту сторону Ада, что кто-нибудь приплывет к нам на помощь.
- И, в-третьих... В-третьих, Травис, каждое слово, сказанное Стейнейром и Кэйлебом о храмовой четверке, великом викарии и самой Церкви, - правда. Ты думаешь, что только потому, что я признаю развращенность таких людей, как Клинтан и Тринейр, и их подхалимов в совете викариев, я не верю в Бога? - Смех князя был похож на грубый лай. - Конечно, я верю в Него - я просто не верю в ублюдков, которые захватили Его Церковь! На самом деле, думаю, что у Стейнейра и Кэйлеба есть правильная идея... если они смогут ее реализовать. И именно поэтому Грейсин так обеспокоен, причина, по которой он продолжает так настойчиво подталкивать нас к тому, чтобы найти какой-то способ перейти в наступление, продолжает выяснять, насколько я "предан" Гектору.
- И насколько ты предан, мой князь? - тихо спросил Пайн-Холлоу.
- Гектору? - губы Нармана скривились. - Примерно так же предан, как он нам, то есть я настолько предан, насколько это потребуется, чтобы дотянуться до его горла хорошим острым ножом. Или ты имеешь в виду Церковь?
Пайн-Холлоу промолчал. Ему и не нужно было этого делать, потому что выражение его лица говорило само за себя.
- Моя преданность Церкви простирается ровно до пределов досягаемости инквизиции, - категорично заявил Нарман. - Пришло время перестать путать Церковь с Богом, Травис. Или ты думаешь, что Бог позволил бы Чарису полностью уничтожить объединенные флоты альянса, которые превосходили его флот численностью в пять раз, если бы Хааралд действительно бросал вызов Его воле?
Пайн-Холлоу с трудом сглотнул, и под ложечкой у него образовалась пустая, поющая пустота. Где-то глубоко внутри него школьник отчаянным бормотанием повторял катехизис, в то же время сгорбившись и заткнув уши пальцами.
- Нарман, - сказал он очень, очень тихо, - ты не можешь думать о том, о чем я подозреваю, твои мысли.
- Нет? - Нарман склонил голову набок. - Почему нет?
- Потому что, в конце концов, Чарис проиграет. По-другому и быть не может. Не тогда, когда Церковь полностью контролирует все великие королевства. Не тогда, когда ее кошелек так богат, а большая часть населения мира живет на Хэйвене и Ховарде.
- Не будь в этом слишком уверен. - Нарман откинулся назад, его глаза были полны решимости. - О, я знаю, что "храмовая четверка" видит это именно так. С другой стороны, мы только что получили довольно наглядный урок ошибочности их суждений, не так ли? Подозреваю, что они вот-вот обнаружат, что мир менее монолитен, чем они предполагали, и это станет для них еще более неприятным потрясением. Все, что Кэйлебу действительно нужно сделать, это продержаться достаточно долго, чтобы его пример распространился, Травис. Вот почему так напуган Грейсин. Я не единственный правитель или дворянин, который понимает, что сейчас происходит в совете викариев. Если Чарис сможет бросить вызов Церкви, у других возникнет искушение последовать примеру Кэйлеба. И если это произойдет, Церковь окажется слишком занятой тушением местных лесных пожаров, чтобы собрать такой флот, который потребовался бы, чтобы прорваться через королевский чарисийский флот. И это предполагает, что Чарис попытается держаться подальше от Церкви сам по себе.
- Но...
- Подумай об этом, Травис, - приказал Нарман, пресекая попытку Пайн-Холлоу возразить. - Пройдет совсем немного времени, прежде чем Шарлиэн станет, по крайней мере, фактическим союзником Чариса. Насколько я знаю, она может сделать это официально и присоединиться к нему в открытом противостоянии Клинтану и его дружкам. Когда это произойдет, Гектор окажется в окружении врагов, отрезанный от всего, что Церковь могла бы сделать, чтобы помочь ему. И когда Шарлиэн и Кэйлеб разделят Корисанду и Зибедию между собой, и когда Кэйлеб добавит нас к собственно Чарису, он и Шарлиэн вместе будут контролировать более трети всей поверхности Сэйфхолда. Конечно, у них не будет и близко такой большой доли населения мира, но у них будет большая часть мировой военно-морской мощи, много возможностей для расширения и все ресурсы, которые им понадобятся для их экономики... или их военной мощи. Как ты думаешь, насколько легко Церкви будет раздавить его после этого?
Пайн-Холлоу сидел молча, его глаза были встревожены, и Нарман ждал, пока его двоюродный брат прокладывал себе путь через ту же логическую цепочку. Нарман знал, что граф по натуре осторожен. Более того, младший брат Пайн-Холлоу был верховным священником ордена Паскуале, служил в республике Сиддармарк и вот-вот должен был быть возведен в епископат. Вполне возможно, что откровенность Нармана была больше, чем был готов принять Пайн-Холлоу.
- Нет, - наконец сказал граф. - Нет, Церкви будет нелегко. Нет, если все получится так, как ты предсказываешь.
- И должна ли Церковь считать это легким делом? - тихо спросил Нарман, намеренно подталкивая своего кузена еще дальше.
- Нет, - вздохнул Пайн-Холлоу, и выражение его лица больше не было неуверенным, хотя Нарман сомневался, что отраженная в нем глубокая печаль поразила Пайн-Холлоу как улучшение. - Нет. В этом ты тоже прав, Нарман. Храмовая четверка - это не настоящая проблема, не так ли? Они - симптом.
- Вот именно. - Нарман протянул руку и положил пухлую ладонь на предплечье Пайн-Холлоу. - Я не знаю, возможно ли для Церкви внутренне реформироваться. Я знаю, что прежде, чем храмовая четверка и другие викарии, подобные им, позволят этому случиться, произойдет кровопролитие и резня такого масштаба, какого никто никогда не видел со времен свержения Шан-вей.
- Что ты хочешь с этим делать? - Пайн-Холлоу выдавил слабую улыбку. - Это не похоже на тебя - бросать мне что-то подобное через стол за завтраком, если у тебя уже нет плана, мой князь.
- Нет, не думаю, что это так. - Нарман снова откинулся на спинку стула и потянулся за своей временно оставленной тарелкой. Его взгляд упал на свои руки, когда он тщательно нарезал оставшуюся дыню на небольшие кусочки.
- Мне нужно отправить Кэйлебу собственное сообщение, - сказал он, не отрывая взгляда от своего ножа и вилки. - Мне нужен кто-то, кто сможет убедить его, что я готов сдаться ему. Что ему не нужно продолжать сжигать мои города и убивать моих подданных, чтобы доказать свою точку зрения.
- Он довольно ясно дал понять, что хочет твою голову,
