Я насчитал двадцать три ступени, прежде чем послышался стук закрываемой крышки. Невольно оглянулся, но кроме тьмы ничего не видно, только слышно чуть шаркающие шаги наших конвоиров. Всего ступеней оказалось сто сорок одна, на какую же глубину мы спустились? Лишь маленький огненный шарик освещал дорогу и то я каждую секунду боялся, что споткнусь и упаду.
Наконец мы ступили на ровный пол и вслед за шариком двинулись вперед. С боков давил узкий коридор с черными гладкими стенами, сверху даже потолка не было видно, из чего можно заключить: либо он слишком высоко, либо тут слишком темно – что было правдой. Интересно как некроманты тут передвигаются, ведь огонек, что светит чуть ярче свечки, сделали для нас? Значит, они тут ходят без света. Мы точно прошли несколько комнат, причем в которых сидели люди и что-то записывали при тусклом свете. Точно прошли какую-то лабораторию. Ха, даже некроманты не могут обойтись без огня. Посреди большого зала горел очаг, на нем стоял какой-то котел, вокруг неспешно суетились люди. Короче представьте себе, что, как и чем занимаются в подобных местах – не ошибетесь.
Еще минут через… через… трудно сказать сколько, но уперлись в тупик… Так показалось, пока один из стариков-некромантов не ударил ладонью по стене. Она чуть вздрогнула, мне за шиворот попала пыль и каменная крошка, и отошла в сторону. Пред нами предстал круглый зал с черным столбом посередине, по всей окружности зала располагались клетки… или темницы… или казематы… или тюрьмы, ну, или ''обезьянник'' – кому как ближе. Нас подвели к одной из клеток, она с чуть слышным скрипом отварилась и прежде чем нас невесомо-грубо втолкнули в темницу, некроманты сделали то, что другим еще не удавалось – нашли карту. Я удивленно крякнул и меня, не менее удивленно, поддержали друзья.
Старики развернули ее, и под лучами небольшого огненного шарика мне удалось разглядеть, что до замка мага осталось совсем немного, но конкурент еще ближе. Некроманты шептались, оказывается, они умеют разговаривать. В тусклом свете было видно, как еле заметно подрагивают у них губы.
Нас втолкнула за решетку какая-то невидимая сила, клетка захлопнулась, шарик потух – темно.
– Ваша темница находиться под действием заклятия. Любой, кто попытается выбраться – умрет, – начал просвещать голос из темноты. – Вечером Первый решит что с вами делать.
– Ка… Как Первый? – опущенным голосом выдавил Беовульф.
– Хоть свет оставьте, уроды, – чуть не возопила Свея.
– Вы все равно погрузитесь во мрак, так что привыкайте, – раздался удаленный голос, а потом мы услышали, как захлопнулась стена. Тут же откуда-то сверху опустился тусклый свет, создавая вокруг сумерки, но хоть что-то стало видно.
Камера представляла собой широкое помещение, по крайне мере стен не видно. Под потолком висит нечто напоминающее лампочку, что и дает бледное свечение. Прутья решетки толщиной пальца в два, так что погнуть, разогнуть или сделать из них зайчика получиться только при помощи горелки, а у нас такой не имеется, если только у кого в кармане не завалялась.
Беовульф стоит с таким бледным лицом, что яркости от него больше чем от убого светильника у нас над головами. Губы дрожат, руки чуть ли не крестное знаменье выписывают, а ноги мелко подрагивают, что кажется… Ну вот, упал – как и ожидалось. Слаб нынче пошел колдун, не то, что Свея. Эта сразу же, как захлопнулась стена, попробовал решетку, чуть ли не на вкус – видимо оказалась не вкусной. Она держалась надежно, поэтому даже не шелохнулась когда эта бестия начала расшатывать дверь. Сейчас девушка ходит из стороны в сторону, пытаясь что-то доказать себя и при этом яростно споря – опять-таки сама с собой…
Кстати, а я, сейчас, не вслух разговариваю?… Нет? Тогда продолжим.
Так вот, ходит туда-сюда, словно пытается протоптать подземный ход, с помощью которого мы все отсюда… благополучно… может быть и выберемся.
– Слушай, Первый же убит, – сказал Свее, когда она в очередной раз прошла мимо. – Наш так сказал, – кивнул на колдуна.
– Ну да, – остановилась девушка. – Сам говорил, что их всех порубали, а сейчас сидит и чуть не плачет.
– Беня, что это все значит? – повернулись мы синхронно к нашему колдуну и также одновременно уперли руки в бока.
– Нам конец, – только и смог произнести парнишка.
– Ты не мямли, а подробнее объясни, в чем именно нам конец? – с самым серьезным видом потребовала девушка.
– Нас убьют, – сумрачно произнес Беовульф.
– Ну-у, нашел, чем пугать, – усмехнулась наша бестия.
– Нет, ты не понимаешь, – вскочил Вульф набросился на Свею, взяв ее за плечи и пару раз тряхнув. – От некромантов никто не уходит. Никто и никогда не покидал их, а я… – голос его совсем сел, руки ослабли и упали вдоль тела, -…Я убежал, оставив своих братьев умирать.
Вот тут уже девушка схватила паренька и встряхнула ощутимее, чем он. Даже отвесила пощечину, но казалось, что Беовульф это даже не почувствовал.
– Ты никого не бросал, запомни это, – голова колдуна дернулась в такт тряски. – Они сами виноваты, что напоролись на тех воинов. Ты ведь сам не хотел быть некромантом, тебя – заставили.
Парень обреченно кивнул и, даже в тусклом свете было видно, что два ручейка прожили по его лицу дорогу, от глаз и ниже.
– Тебе повезло, что ты сумел убежать от них, а потом тебя нашел… ну, твой этот, – не могла вспомнить девушка.
– Старейшина, – услужливо подсказал я чрез плечо, потому что в это время пытался осмотреть решетку на предмет замка – вдруг-де да открою.
– Да, он самый. Так что благодари Свет, что ты находишься тут с нами рядом, а не по ту сторону решетки.
– Я бы, например, предпочел ту сторону, – снова влез я в разговор, который больше напоминал монолог.
– Хочешь стать некромантом, – с холодом в голосе поинтересовалась Свея и глаза ее блеснули в темноте.
– Нет, просто хочу выбраться отсюда, а то уже чувствую, как сырость забирается под кожу, – пояснил я.
– Первый нас всех убьет, – тихо проговорил Беовульф и обмяк в руках девушки.
– Ничего мы еще поборемся, – ободряюще похлопала его наша неугомонная по плечу.
Замка так и не нашел, все мои потуги оказались излишними, только мозоли натер, да раны потревожил. Поэтому решил вернуться к насущным делам и вопросам. Снова поза руки в бока и строгий взгляд.
– Свея, ответь мне не таясь… Ты где все это время была и почему вновь появилась?
Молчание… слишком глубоко-мыслимое и красноречивое, для того кто должен был находиться отсюда далеко – я на это надеялся.
– Ну я же не могла вас бросить одних, – слишком наигранно-весело прозвучал ее голос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
