Пробежав глазами следующий абзац, Пол решил его не зачитывать.
«Дорогой Пол, – говорилось в пропущенном абзаце, – я все еще влюблена в это место и все еще влюблена в тебя. Не могу поверить, что прошло уже целых четыре года… Совершенно бескорыстно я желала бы видеть тебя здесь, так как нам очень нужны такие люди, как ты… Хотя иногда, признаюсь, мне ужасно не хватает тебя, твоей силы. Вокруг снова так много зла. Полагаю, мы видим лишь начало…»
– Она пишет, что мы видим начало тяжелых времен. О, вот это интересно: «У меня тут есть знакомые, которые по долгу службы знают многое из того, что никогда не попадает в газеты. Люди не желают этому верить, но международный терроризм действительно существует; он охватил уже весь мир, от Японии до Кубы. Деньги поступают из Европы, от нескольких богатых людей, но их практически невозможно обнаружить. И за бунтом студентов в Париже, и за отправкой огромной партии оружия в Бейрут, которую израильтянам удалось перехватить, стоят, как оказывается, одни и те же лица. Это они посылают из всех уголков Европы тысячи студентов на Кубу обучаться там вместе с палестинцами методам ведения партизанской войны. И самое ужасное заключается в том, что большинство этих ребят обычные идеалисты, подобные тем, кто выступает у вас против войны во Вьетнаме. Они не понимают, что их просто используют, манипулируя ими сверху. Лучше бы они ехали сюда, в Израиль, или в любое другое место, и работали, принося тем самым хоть какую-нибудь пользу. Прости, что не удержалась и дала волю своему гневу. Но сейчас, когда я пишу эти строки, у меня такое чувство, будто я снова в своей квартирке после рабочего дня и рассказываю тебе все, что на душе, а ты терпеливо меня слушаешь…»
Он не дочитал: «… со своей всегдашней удивительно мудрой улыбкой – о, когда, когда же ты приедешь ко мне?!»
– Все это так похоже на Ильзу, ты не находишь? – произнес он вслух.
– Ты не собираешься к ней поехать? Думаю, тебе давно пора это сделать.
– Я жду, когда она сама ко мне приедет.
– Она не приедет. Уж если Ильза что-нибудь решила, никому не удастся ее переубедить.
– Не могу я снова проходить через все это, – сказал Пол, произнеся слово «это» таким образом, что его можно было понять двояко: и что он не хотел переживать еще одно расставание с Ильзой, и что он не собирался говорить об этом сейчас.
Пол сложил письмо, заплатил по счету и убрал карточку «Америкэн Экспресс» снова в бумажник.
– Ну ладно. – Он поднялся. – Я, пожалуй, пойду. Слава Богу, что сейчас в машинах есть кондиционеры. Я еду в Гринвич, к своей старой клиентке. Ей уже за девяносто, и хотя ум у нее еще совершенно ясный, я не мог просить ее приехать в город в такую жару.
Лия не пошевелилась, и Пол, бросив на нее быстрый взгляд, снова сел.
– Ты хочешь мне что-то сказать? Я не ошибаюсь?
– Нет, не ошибаешься. Весь ланч я сидела здесь, мысленно дискутируя сама с собой, сказать тебе об этом или нет.
– Лучше скажи. Ты, случаем, не заболела?
– Нет, со мной все в порядке. Помнишь человека по имени Джордан? Он был еще у Мег на Рождество пару лет назад? Красивый такой, смуглый мужчина и, судя по всему, невероятно богатый. Ты еще какое-то время разговаривал о чем-то с ним тогда.
– Виктор Джордан, – моментально произнес Пол. – Мы так и не поняли в тот вечер, что у него может быть общего с Тимоти Пауэрсом.
– Ах, да, ты ведь никогда не забываешь имен.
Иногда, что было только естественно, он их не помнил, но фамилия Джордан застряла у него в голове из-за поразившей его тогда дружбы этого человека с Тимоти Пауэрсом.
– И что же ты хочешь мне о нем рассказать? Помнится, он был одним из твоих лучших покупателей. Ты что-то говорила мне тогда о его женщинах. Похоже их у него целый гарем.
Лия, выглядевшая явно расстроенной, опустила глаза.
– Был клиентом. Вряд ли он теперь когда-нибудь вернется. Мы с ним поругались.
– В самом деле? Из-за чего?
– Из-за… из-за Айрис.
– Не понимаю.
– Это трудно объяснить, но…
Сердце Пола застучало вдруг гулко, как паровой молот.
– Попытайся все же, – нетерпеливо сказал он.
– Ну, в общем, Айрис ему приглянулась. Они встретились у меня совершенно случайно, и она вышла вместе с ним. На следующий день он появился у меня снова, чтобы купить ей подарок, и мне не понравилось то, что он сказал. Говоря по правде, я ему заявила совершенно прямо, что Айрис неискушенная молодая женщина, и лучше оставить ее в покое. Он лишь рассмеялся в ответ.
В том месте, где до этого стучал молот, появилось чувство жжения.
– Я не понимаю, – повторил Пол. – Зачем ему нужна Айрис?
И про себя подумал: тихая, незаметная, кажущаяся хорошенькой лишь определенному типу людей, понимающих в этом толк.
Лия пожала плечами.
– Игра. Что-то новенькое, отличающееся от тех шлюх, с которыми он обычно якшается. Порядочная мать семейства, к тому же еврейка, что придает всему делу особую пикантность. И в тот момент, должна сказать, она выглядела необычайно хорошенькой.
– И как ты все это понимаешь? Ты ведь умная женщина. Что, брак распался?
– Не думаю. Она как раз покупала у меня платье, чтобы отметить назначение мужа главным хирургом.
С усилием Пол придал своему лицу, которое исказила гримаса боли, нормальное выражение.
– Ты уверена во всем этом, Лия?
– Конечно.
– Прости. Это был глупый вопрос.
Неискушенная женщина, назвала Айрис Лия. Может, она не была такой уж неискушенной? Что, по существу, ему было о ней известно? И, однако, то, как говорил о ней се муж… Он запомнил каждое слово Тео: «Хорошая жена. Несколько старомодная. Тихая, спокойная».
– Прости, что рассказала тебе об этом, – проговорила Лия. – Вероятно, буду ругать себя на чем свет стоит всю дорогу домой.
– Все в порядке, не переживай. Совершенно естественно, что ты мне об этом сказала.
– Может быть, но и жестоко тоже, так как ты все равно никак не сможешь повлиять на эту историю.
Пол заставил себя успокоиться. С чего это он вдруг вздумал тревожиться о взрослой женщине, с которой у него не было и никогда не будет никаких отношений. Потому только, что она его дочь? Но это просто бессмысленно. Во всей этой истории вообще не было никакого смысла.
Совершенно отчетливо он увидел перед собой этого человека, этого Джордана, с его цинично поднятыми бровями и легкой нагловатостью во всем облике, которую не могла скрыть внешняя вежливость. Все это никак не вязалось с тем, что Пол знал об Айрис.
Он протянул руку и коснулся плеча Лии.
– Спасибо тебе за беспокойство, Лия. Ты хорошая женщина. А теперь выкинь все это из головы.
– Надеюсь, ты тоже постараешься об этом не думать. И все же я чувствую себя просто негодяйкой, что рассказала тебе.
