Что же я наделала, — корила сама себя наша героиня, и, положив руки на голову, продолжала плакать.
Отныне, она предательница и с этим уже нельзя ничего сделать. И самое обидное, что она сама себя перестала уважать. И как теперь жить с этим? Клеймо на всю жизнь!!! Кристина избежала позорного клейма ведьм, но заработала другой — ужасней и страшней!
Золотые монеты продолжали давить на неё тяжким грузом.
Цирос стоял и поигрывал ножичком. На лице не было живого места, Серентий потрудился на славу, даже будучи раненным, он смог оказать достойное сопротивление. Южанин таких людей уважал и счел за честь сразиться с ним один на один.
Тело Обломова лежало у него ног, а под ним, уже образовалась внушительная лужа крови.
Цирос наступил туфлем на врага, и перевернул лицом к себе. Обломов был еще жив, но это временно, так, как силы его таяли на глазах.
— Бой был поистине великолепен. — Улыбнулся враг окровавленными губами. — Давно я не встречал бойцов, подобно тебе.
Нож в руках остановился и Цирос присел на корточки перед поверженным врагом. Рука опустилась вниз, лезвие прошло по костюму, оставляя на ткани кровавый след.
— Эй, южанин!
Смуглый мужчина обернулся. Позади стояла Кристина и держала в руках денежный мешочек.
— Я думал ты сбежала. — Произнес он и встал на ноги.
— Я тут подумала и послала тебя к лешему. — Усмехнулась она и бросила ему мешочек с деньгами. — И деньги свои забери.
Южанин поймав мешочек развязал его, и выудил одну из монет.
Именно это действие и послужило триггером. Кристина была не такой сильной ведьмой, как её соседка по комнате, но и она на что-то была способна.
Цирос замер, затем захрипел, а со рта его пошла кровь. Он удивленно посмотрел на ведьму.
— На монеты наложено заклинание. — Кристина поправила волосы и гордо вскинула вверх подбородок. — Оно действует на органы и сейчас они медленно превращаются в кашу.
Шпион попытался выбросить монету, но она будто приклеилась к пальцам.
— Теперь монеты действительно прокляты. — Добавила ведьма и прошла к лежащему Обломову.
Монета в руках начала таять, будто снег на солнце и медленно стекать через пальцы на пол. Южанин обернулся к ведьме, которая уже стояла на одном колене и пыталась наложить на куратора заклинание.
— Пр… предательница.
После этих слов он упал.
Кристина положила руку на рану и пыталась наложить заклинание исцеления. Она еще никогда так сильно не хотела исцелить человека, как сейчас. Но, увы, Обломов не открывал глаза.
Сил было недостаточно. Вот, если бы здесь была Анастасия! Она бы уж точно!!! Она бы помогла, — Кристина прижалась щекой к еще теплому телу куратора и плакала, — Анастасия бы смогла…
Кристина первый раз в своей жизни призналась в своей беспомощности. Она, всей душой, хотела воскресить Обломова, но что бы она, ни делала, все бестолку. Оставалось только колотить кулаками о пол и рвать на себе волосы.
Обломов лежал и не шевелился, на его лице застыла добродушная улыбка. Именно таким, впоследствии, Кристина его и запомнит.
***
Комната сейчас пустовала. Никого рядом с Вадимом Ивановичем не было, ведь зачем — и так все предельно ясно, Тормен мертв. Именно поэтому все бы удивились, если бы увидели, как тело Тормена привстало. Он пытался схватить воздух ртом, будто не мог надышаться. Вадим осмотрелся. Ведь он был в коморке и видел, как некий мужчина убивает его брата. И теперь он здесь! Что же случилось??? Где Оливер и где остальные!!!
Двери открылись, и в комнату вошла молоденькая медсестричка. Она была повернута спиной к кровати и несла в руках неизменную миску с компрессами. Обернувшись и увидев сидящего Вадима, девушка закричала и убежала прочь.
Глава Сорок Седьмая: Конец
Граф Неймери не находил себе места. Тормены были мертвы, Обломов так же не выходил на связь, поисковые меры не принесли желаемого результата. Ведьмы так и не было. Она будто сквозь землю провалилась.
— Ваше сиятельство, может чайку. — Помощник решил немного разбавит напряжение, терпким напитком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да к черту твой чай, сам его пей.
— Не вспоминайте черта в суе, а то беду накликаете… — Не на шутку всполошился Париций
— Поздно! — Граф и помощник обернулись.
В дверях стояла молоденькая медсестричка в белом халате. И в один миг её лицо исказилось, белый халат поменялся на роскошное платье. Русые волосы — на длинные черные локоны, а голубые глаза — на карие.
— Ах. — Схватился на сердце Париций, не ожидав подобного.
— Так ты и была той самой девкой. — Граф не удивился, признаться, он уже давно ждал чего-то подобного.
— Конечно же нет. Я лишь использовала её личину, сама же девчонка и не догадывается, что во дворце у неё есть двойник.
Ведьма захлопнула дверь и прошла к стулу, но не села, а лишь положила ладонь на спинку.
— Давно не виделись… старший куратор. — Ведьма улыбнулась.
— Анастасия, все же я надеялся, что это не ты. — Граф опустил взгляд и отвел его в сторону.
— Вы все так же курируете специальным подразделением ведьм? — Вспомнив об этом, пальцы девушки, впились в стул.
— Увы, я давно отошел от дел, но связи все еще остались. Хочешь, я поклопочусь, и тебя возьмут обратно.
— Вы же говори, что я неуправляема и опасна.
— Ты сорвалась, признаю. Работенка-то нервная, тебе нужен был хороший отпуск только и всего.
— Вы послали меня убить человека, убедив, что он отъявленны негодяй. А в место этого, вышло так, что вы подчищали за собой хвосты чужими руками. Не находите, что это несколько подло с вашей стороны.
— Признаю…
— Еще там была семья. Жена и двое ребятишек… — Вспомнив об этом, у беглянки побежали слезы. — … никто не выжил.
— Другие ведьмы не стали оспаривать приказ. — Напомнил Чарльз.
— В отличие от меня.
— Да, в отличие от тебя. — Неймери бросил злой взгляд на Анастасию. — Пойми ты, система требует порядка, что с ней будет, если каждая ведьма начнет показывать свой норов??? Система сломается и рухнет.
— К черту вашу систему, вместе с орденом и инквизиторами. Я вас всех ненавижу!!!
Анастасия схватила стул и бросила его о стену.
Париций кинулся к шкафчикам. Выудил оттуда пистолет и направил его на ведьму.
Но Анастасия на это, лишь улыбнулась.
Так же в коридоре послышался шум.
— СТРЕЛЯЙ!!! УБЕЙ ЭТУ НЕЧЕСТИВУЮ!!!
Но выстрел не последовал, Ведьма уркнула к дверям, и немного задержавшись, бросив взгляд на графа, вышла.
— Да что с тобой не так! — Неймери повернулся к помощнику и оторопел, пистолет был направлен в его сторону. — Эй, эй ты чего???
Париций ничего не говорил, лишь стоял и плакал.
Охрана вбежала внутрь и застала подобную картину: помощник, который всегда вился рядом с графом. Держал его на мушке.
— Что происходит??? — Просил кто-то
Выстрел!
Голова графа опрокинулась, а сам он начал заваливаться назад.
— Я не хотел. — Плакал Париций. — Я не хотел…
Ведьма шла и улыбалась. Все прошло гладко. Еще в лазарете, она переобувшись в медсестру, наложила на Париция заклинание и оставалось дождаться, когда в его руках окажется оружие. Игра окончена, и она вышла из нее победителем. Все же она смогла! Вину за смерть графа повесят на бедолагу, а сама ведьма окажется не причем. Гибель Неймери, ведьме, не принесла удовольствия, но некоторое облегчение все же наступило. Этот… граф, повинен в смерти сотен её сестер, да и не только — он руками секретного подразделения расчищал себе дорогу наверх. Именно благодаря ведьмочкам, он и вскарабкался так высоко, и полагаю, это символично, что с мощью одной из них, граф и лишился жизни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Анастасия вышла к запертым дверям. Которые вели на задний двор, а далее, за пределы дворца.
Дойдя до заветной двери, она остановилась.
— Все же ты пришел за мной. — Голос дрогнул, но лишь на мгновенье. Она очень надеялась, что он не видел этой слабины.
