его душу! – Бормочу прощальные слова и оборачиваюсь в другую сторону. Там за мгновения нашей схватки картина тоже сильно изменилась. Тот из солдат, что был ранен в руку, уже неподвижно лежит на песке, а второй еле сдерживает атаки Игрока. Его безжизненно висящая левая рука, вкупе с мертвенной бледностью говорят о том, что в Сумраке бой уже закончен и не в его пользу.
Решаю почти мгновенно: «Лучше напасть на Игрока сейчас и помочь синечубому, чем потом разбираться с грифонами в одиночку. У меня то стража нет, мне плевать на этих страшилок!»
С места набираю ход и захожу Игроку в тыл. Не так азартно, как в недавней атаке на бритого, но и времени не теряя. Помня что на своих ошибках надо учиться, я не лезу наобум, а скорее оттягиваю внимание Игрока на себя, давая припертому к стене Солдату шанс на последнюю атаку.
Поумерив пыл, Игрок зло скалится в мою сторону и отходит, прикрывая тыл. Я не тороплюсь, играя вторым номером. У меня времени много, а вот у чубатого его нет совсем. Кровь хлещет из многочисленных ран, унося с каждым мгновением частицу жизни. Он это понимает и идет в атаку при первой же возможности.
Обманный замах, еще один! Синечубый готовит выпад и, видя это, я тоже поджимаю Игрока, но серьезно не лезу и в Сумрак пока не ухожу. Я помню, кто меня там ждет и пока есть шанс решить все в реальности, лезть туда не стоит.
Вот он момент истины! Чубатый пошел ва-банк, и я тоже усилил нажим. Игрок отступает, парируя удар за ударом и выжидая своего часа.
Может быть, мы бы и дожали его, но у моего ситуативного напарника попросту не хватило сил. Он оступился, и противник тут же этим воспользовался. Тело Солдата с пробитой грудиной рухнуло на колени, увлекая за собой и оружие Игрока.
«Шанс, коим грех не воспользоваться!» – Мелькнуло у меня в голове, а рука уже рванулось в выпаде.
Реакция у Игрока оказалась отменной, а вот мой расчет на его застрявший меч неверным. Поймал он меня или это была случайность, теперь уже не узнать, но все получилось совсем не так, как я ожидал. Удар моего меча пришелся на щит, а его так неожиданно освободившийся клинок рванулся прямо к моему незащищенному животу.
Хвала Хранителям, заклинание, в отличие от меня, ошибок не делает, иначе мой хладный труп с выпущенными кишками уже валялся бы на песке. Сумрак обрушился как серая плотная стена, останавливая отточенное лезвие в полудюйме от вжавшегося пупка. Непередаваемо скверное ощущение, как вкус крови во рту – от такого может избавить только новая напасть. Долго ждать ее не пришлось! Удар огромного клюва сотряс мою защиту! Один, второй! Я еле держу щит, не успевая предпринять ничего другого. Грифоны пытаются взять меня в клещи, и только тут до меня доходит – мое главное преимущество, это способность к маневру. В отличие от хозяина грифонов я могу двигаться в Сумраке, и сейчас в этом мое единственное спасение.
Отскочив в сторону, выхожу из-под удара, и этим выкраиваю себе маленькую передышку.
«Так! – Лихорадочно пытаюсь продумать дальнейшие действия. – Времени у меня в обрез! В Сумраке долго не протянешь, а выходить в реальность нельзя. Слишком уж далеко я ушел от места вхождения, такой пробел не останется незамеченным».
Мгновения бегут, а размышления ни к чему не приводят. Все очевидно, выбор у меня небогатый: чтобы выйти из Сумрака надо вернуться обратно, а чтобы вернуться, надо идти в атаку. К тому же тянуть нельзя, время работает не на меня.
Перед тем как решиться, задаю очень волнующий меня вопрос – что с защитой? Ответ совсем не радует.
Два удара стража второго дана четвертого уровня заклинания Дойс понизили твою пассивную защиту на два уровня. Длительное нахождение в Сумраке препятствует восстановлению потерянной ранее энергии. Поэтому на данном этапе у тебя из пяти осталось всего полтора уровня.
«Значит, – проговариваю для себя еще раз, – я могу позволить себе пропустить только один удар, второй оставит меня в Сумраке навсегда».
Страшно, до дрожи в коленках, но другого пути нет! Выдохнув, иду навстречу судьбе.
Две твари, вытянув шеи, готовы к броску. Тут главное все правильно рассчитать! Чем ближе, тем сильнее удар моего поля, но и у этих тварей радиус не маленький. Сколько до них?! Десять шагов, девять, восемь… Пора! Две растопыренные ладони взбивают из серой взвеси два пыльных облака, и грифоны тут же бросаются вперед. Хоть они и сильнее, и связь у них крепче с хозяином, но их куриные мозги, к счастью, никуда не делись! Гигантские клювы щелкают, глотая пыль, и в следующий миг сфокусированный удар моего сумеречного щита бьет одного из них прямо в глаз. Орлиная голова отлетает на всю длину шеи и безжизненно падает на замершее львиное тело.
«Не знаю кранты ему или нет, – отмечаю с восторгом, – но, кажись, эта курица на какое-то время отыгралась!»
Теперь мне нужно сделать еще пару шагов и выйти в реальность у Игрока за спиной. Это спасение и по сути конец игры, но у меня уже совсем нет сил. Потеря энергии колоссальная, я еле двигаюсь и, явно, не успеваю уйти безнаказанным.
Искрой мелькает в голове: «Может остановиться и хотя бы пугануть грифона встречным ударом!», но чувствую, что на это попросту нет никаких сил. Чертов Сумрак высосал из меня почти все! Бегу в надежде что оставшиеся полтора уровня моего щита выдержат последний удар.
Клюв гигантской твари бьет меня в спину, и воздух перед глазами начинает разбегаться паутиной трещин. Моя защита разваливается, но я уже на месте. Вываливаюсь в реальность под немыслимый грохот и ослепляющие вспышки света. Ничего не вижу, в голове звон и жуткая тяжесть! Из последних сил тыкаю мечом туда, где теоретически должен стоять Игрок, и по тому, как вязнет в теле клинок, чувствую – попал. На этом все, кулем валюсь на песок и зажимаю голову руками.
Тук, тук, тук! Стучат вместе с сердцем мгновения, и каждое из них приносит облегчение. Еще немного, и я открываю глаза. Голова как чугунная чушка,
