— Какого парня?! — прокричала Марта Олеговна, занося руку для удара. — Там сейчас в здании находится Вера Лисицына, и если с ней, Руслан, случится что-то плохое, я заставлю тебя съесть ермолку Самуила!
— Лисицына? — Двенадцатый потер свою налившуюся нездоровым апоплексическим румянцем шею. — Верочка? Знаю-знаю… Петр намекал, что способности у нее есть. Но ведь на вчера все было назначено…
— Способности там, конечно, присутствуют, — проговорил Герман, довольный, что может вклиниться в диалог. — Девочка явно видящая, но ее не готовил никто. И, кстати, она сегодня беса у меня стащила. Одного из токкэби.
— Богато живешь, Змей, — хмыкнул Двенадцатый. — В Корее поставщика нашел? В которой из двух?
— Вера — дочь Павла. — Марта говорила, словно борясь со слезами. — Мальчики, если мы не убережем ее…
Мальчики, один абсолютно лысый, а второй седой как лунь, испуганно переглянулись. Двенадцатый быстро натянул наушники и защелкал клавиатурой.
— Сотникова! Ты меня слышишь? — Стебелек микрофона змейкой подрагивал у его губ. — Прием!
ГЛАВА 13
Оказалось, что для настоящих видящих поправить макияж — дело плевое. Анна Сотникова оказалась настоящей. Уже минут через пять Вера перестала походить на грустную панду, избавившись от темных кругов размазанной туши под глазами. Очки плотно сели на переносицу, и девушка чувствовала себя почти уверенной, впервые за этот полный событиями вечер. Самочувствие слегка портила покалывающая боль в груди, но Вера решила, что с этим-то она может разобраться и позже.
— Значит, так, — уверенно говорила Анна, ополаскивая ладони под струей холодной воды. — Ни во что до полуночи не лезь, ты вообще не подготовлена. И бойца своего придержи. По виду он маг не из последних, но его помощь нам не понадобится.
— Ты сказала — до полуночи? Это с каким-то природным явлением связано?
— Угу, с явлением, лунное затмение называется. Знаешь легенду про Лунного Зайца? Ну, этого, который сидит на поверхности нашего естественного спутника и толчет в нефритовой ступке эликсир бессмертия?
Вера радостно кивнула.
— Так забудь, — рассмеялась Сотникова. — Чушью у тебя всякой голова забита, прям как у нашего старичья. Просто во время лунных и солнечных затмений повышается всякая нехорошая магическая активность.
— А ваше старичье — это кто?
— Ну, руководство. — Анна двумя взмахами щеточки пригладила брови и теперь придирчиво рассматривала себя в зеркало, медленно поворачивая лицо из стороны в сторону. — Русланчик наш, дедуля древний. Знаешь его?
Щеточка нырнула в косметичку, та, в свою очередь, в недра дамской сумочки.
Вера кивнула. С приятелем деда Ивлевым она общалась неоднократно.
— Вот он все про осторожность да равновесие твердит, а дело-то плевое, на одну операцию. Разнести халабуду ко всем чертям. Согласна?
Вера беспомощно пожала плечами. Недостаточно информации для того, чтобы она самостоятельно могла сделать выводы. Но одно она знала точно: это самое старичье, о котором видящая так невежливо отзывалась, в жизни бы ей, Вере, секретные данные не выложило. Старой школы товарищи, железные профи.
— А вместо этого мы каждую пару месяцев глобальную облаву на нечисть устраиваем — непростительный перерасход ресурсов, не находишь?
Вера снова промолчала.
— Ну ладно, Лисицына, — развернулась на каблуках Анна. — Заболталась я с тобой. Пора и делом заняться.
Девушка толкнула дверь, та не поддалась. Видящая навалилась всем телом, пытаясь продавить.
— Она вообще-то внутрь открывается, — осторожно сказала Вера и оттеснила Анну в сторону.
Пак Мин Джуну клуб «Каннам» не нравился. Еще во время концерта он что-то такое чувствовал, какие-то нездоровые эманации, которые мешали ему полностью отдаться песне. Ну да ладно. Особой опасности это не представляет. Во-первых, надо побыстрее разыскать тот самый альбом, который бандит Степаныч утащил из квартиры командира, а во-вторых, по возможности кого-нибудь допросить. Кого-нибудь из мелких сошек. Что нужно бандитам от Петра Григорьевича и не они ли виноваты в исчезновении Вериного деда?
Неприметно одетый парень не встретил на своем пути никаких препятствий. Служебный вход, рутинная проверка пропусков, избежать которой удалось, смешавшись с небольшой группой технического персонала. Да, пришлось нагрузиться коробками с аппаратурой и оставить их в ближайшей нише у окна, когда опасность разоблачения миновала. Простецкая операция, как два пальца… Опасность! А это у нас что?
Кабинет директора — если верить табличке, это именно он — был защищен мощными охранными заклинаниями. Пак Мин Джун, визуально магию не наблюдающий, почувствовал под ладонями вибрацию горячего воздуха, когда попытался коснуться дверной ручки.
Щелкнула пряжка ремня. Сталь гибкого меча заговорена не была, он воспользовался длинной металлической полоской как простейшим магоотводом, захватив дверную ручку петлей и потянув вниз. Сработало. Полоска света из коридора рассекла тьму кабинета. Пак Мин Джун вошел, огляделся и вернул свой смертоносный пояс на место.
Выключатель обнаружился слева от двери, примерно на уровне пояса. Парень прикрыл дверь в коридор и включил свет. Обычное офисное помещение. Одна из стен обшита панелями темного дерева, шкаф-купе, письменный стол в тон — по центру. Окна не было, свободные стены украшали восточные акварели. Прекрасное место для допросов. Праздник в клубе в самом разгаре. Начальство вряд ли сегодня захочет заняться рабочими вопросами за письменным столом. Сюда никто не явится. Опять же если на двери кабинета была магическая защита, значит, в нем есть что-нибудь любопытное, для чужих глаз не предназначенное.
Предположения не оправдались с ходу. Кто-то сразу же пытался войти внутрь. Из коридора слышался низкий мужской голос, бормочущий заклинания. Так вот как надо было защиту снимать! Кухонной латынью и завываниями, а не железом баловаться!
— Отойди, я сама открою, — перебила камлания невидимая женщина.
Пак Мин Джун быстро выключил свет и скользнул за деревянную панель. Сидение в шкафу, дубль второй. Мелкая оценила бы комизм ситуации.
Он подавил зарождающееся хихиканье и замер. В кабинет вошли двое. Судя по звукам, пожилая женщина (ее тяжелое дыхание и шумная неуверенная походка сомнений не оставляли) и мужчина.
— Зачем ты меня искал, Игоряша? — Женщина, кряхтя, устраивалась в кресле. Скрипнула кожа обивки, съехал с ковра на паркет ролик ножки.
Тем временем ее собеседник запирал дверь на два оборота ключа. Пак Мин Джун подумал, что на месте неведомой женщины он бы встревожился. А вторая мысль парня была вообще неожиданной. Было бы неплохо, если бы сейчас с ним в шкафу оказалась русоволосая Вера Лисицына. Чтобы прислонялась к нему напряженной спиной, по-кроличьи дергала носиком от запаха мужского парфюма, заполнила все пространство каморки своим беспокойством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
