У проблемы Макса Легостаева было конкретное имя – Лора Лайт. Нет, теперь уже Лора Светлова, со сменой амплуа произошла и смена фамилии.
Он, наивный московский хлопец, полагал, что вылечился от этой напасти, избавился раз и навсегда. Может, он так и жил бы с этим спасительным заблуждением, если бы в одни прекрасный момент не столкнулся с Лорой.
Лора материализовалась на пороге его холостяцкой квартиры: стильная, самоуверенная, ослепительно красивая. Макс уже успел позабыть, какая она красивая. Он принципиально не смотрел ее новое шоу, чтобы не бередить раны. А сейчас вот увидел Лору Лайт-Светлову, теледиву и небожительницу, во всей красе – и остолбенел, даже поздороваться забыл.
Лора понимающе улыбнулась, повела плечом, сбрасывая на руки ошалевшему Максу норковую шубку. Сапожки снимать не стала, прошла в гостиную, оставляя на паркете мокрые следы. А он, не выпуская из рук пахнущее новомодными духами манто, словно зомби, побрел следом за ней.
– Соскучился, Легостаев? – сказала Лора, усаживаясь в кресло и небрежно забрасывая ногу за ногу.
Ее ноги были апофеозом красоты, изящества и длины, Макс мог бы любоваться ими целую вечность. Странно, что он так быстро забыл, как они хороши.
– А я тоже соскучилась, – Лора, казалось, не ждала от него ответа. Да и не нуждалась она ни в каких заверениях. По его счастливо ухмыляющейся морде и так все ясно.
Что она сказала? Что соскучилась?! Вот дела! Ведь сама совсем недавно дала ему от ворот поворот.
Чтобы не стоять дурак дураком, Макс небрежно швырнул манто на диван, сам уселся в кресло напротив Лоры, откорректировал улыбку – сделал ее чуть менее радостной, чуть более равнодушной. В конце концов, его тоже не на помойке нашли. Он тоже не абы кто, а креативный директор самого популярного в стране мужского журнала! И вообще, у него есть гордость и чувство собственного достоинства. И неземной красотой его, конечно, можно поколебать, но уж точно – не свалить наповал.
– Говорят, ты попал в какую-то жуткую криминальную историю? – спросила Лора. – Макс, расскажи!
Первым его порывом было схватиться за ухо, отбитое скорым на расправу Вовкой, но он вовремя вспомнил, что с ухом уже давно полный порядок. О недавних боевых действиях напоминало только простреленное в двух местах лобовое стекло «мазды». Сплоховал он, не заменил стекло сразу. Теперь в редакции уже вовсю шушукались, поговаривали, что Макс попал в крутой криминальный переплет, что он готовил какую-то убийственную статью про мафию, за что чуть не поплатился. Его заверения, что в лобовое стекло попал камешек – ну ладно, два камешка, – что в обязанности креативного директора гламурного журнала не входит написание статей «на злобу дня», натыкались на понимающие заговорщические улыбки. А после того, как два дня назад его навестил следователь прокуратуры, стало совсем плохо. Коллеги тут же разделились на два лагеря. Первые считали его едва ли не Джеймсом Бондом, а вторые – адвокатом дьявола. К радости Макса, первых было на порядок больше, чем вторых.
– Да не о чем мне рассказывать. Врут люди, – он широко улыбнулся.
– Так уж и врут? – Лора выгнула бровь.
– Врут, врут, не сомневайся. Я чист перед законом и обществом. А ты что, пришла у меня интервью брать? Кстати, – Макс повертел головой, – где твой телохранитель?
Лора с досадой махнула рукой:
– Ну его, этого урода. Не вписывается он в композицию. Мне нужен кто-то поимпозантнее.
Макс, как истинный джентльмен, не стал напоминать даме, что насчет звероподобного телохранителя ее уже предупреждали. Как говорится, кто старое помянет…
– Пригласишь меня на ужин? – неожиданно спросила Лора.
На этот вечер у Макса был запланирован визит в больницу, но ведь ничего страшного не случится, если он перенесет визит на завтра. В конце концов, у него есть право на личную жизнь, а Лизавета там не одна: ее подкармливает Анюта, осматривает Вовка – в общем, скучать его домработнице не дают. Он даже не заметил, что снова стал думать о Лизе как о домработнице.
– Ну как? – поторопила его Лора.
– До пятницы я совершенно свободен, – сказал Макс, прижимая руку к сердцу.
– А где твоя убогая? – Лора брезгливо поморщилась.
– Да так, – он неопределенно пожал плечами.
– Убралась наконец в свой Зажопинск? – Лора не ждала ответа.
Макс и не стал отвечать, решил не будить лихо, пока оно тихо. С Лизаветой он как-нибудь потом разберется.
Грандиозный и феерический вечер перешел в еще более феерическую ночь. Оголодавший без женской ласки Макс отличился, доказал теледиве и небожительнице Лоре Лайт-Светловой, что старый конь борозды не портит. Лора осталась довольна, лежала в расслабленной позе, мечтательно смотрела в потолок. А вот Максу расслабиться до конца так и не удалось. Что-то ему мешало, какое-то бессознательное чувство. Были подозрения, что это чувство вины, но углубляться в самоанализ он не стал. Тем более что Лора активизировалась, перекатилась со спины на живот, игриво куснула его за плечо…
Вот и наступил долгожданный день выписки, но ожидаемой радости он Лизе не принес. Легостаев не приехал, командировал вместо себя курьера на стареньком «жигуленке». Курьер, вертлявый, невысокий парень в затертой косухе, бросил на сиротливо стоящую на больничном крыльце Лизу удивленный взгляд, спросил, растягивая слова:
– Ты, что ли, Тихомирова? – наверное, решил не церемониться, а может, получил соответствующие указания. А что с ней церемониться? Она же прислуга.
Лиза молча кивнула – после более чем годичного безмолвия она не раз ловила себя на том, что стала очень немногословной.
– Ну, тогда пошли, – парень с нежностью посмотрел на свою колымагу. – Шеф велел тебя забрать.
– А сам? – отважилась спросить Лиза.
– Что сам? – удивился курьер.
– Где твой шеф?
– Дела у него неотложные, – курьер уселся за руль, открыть дверцу Лизе не потрудился.
Она с непонятной злостью дернула на себя ручку, плюхнулась на пассажирское сиденье.
– Шеф у нас счастливчик, – парень не обратил внимания на ее душевный порыв, сказал мечтательно: – Какая женщина! Богиня, а не женщина! Ну почему одним все, а другим ничего?
– Ты о ком? – спросила Лиза, внутренне холодея.
– О Лоре, Лоре Лайт, – он окинул брезгливым взглядом ее скромные одежки, спросил снисходительно: – Ты хоть знаешь, кто она такая?
– Понятия не имею, – Лиза отвернулась к окну.
– Неудивительно, – подытожил курьер и завел мотор.
До самого легостаевского дома ехали молча, наверное, парень решил, что с деревенщиной, не знающей, кто такая Лора Лайт, не о чем больше разговаривать. Да и Лиза к общению не стремилась, обдумывала полученную информацию.
