Дворяне Дашковы — тоже выходцы из Орды. И Сабуровы, Мансуровы, Тарбеевы, Годуновы (от мурзы Чета, выехавшего из Орды в 1330 году), Глинские (от Мамая), Колокольцевы, Талызины (от мурзы Кучука Тагалдызина)… О каждом роде желателен отдельный разговор — много, очень много сделали они для России. Об адмирале Ушакове слышал каждый российский патриот, а о том, что он тюрк, знают лишь единицы. От ордынского хана Редега идет этот род.
Князья Черкасские происходят от ханского рода Инала. «В знак подданства, — записано в их родословной, — отправил к государю сына своего Салтмана и дщерь княжну Марию, которая потом была в супружестве за царем Иоанном Васильевичем, а Салтман по крещению назван Михаилом и пожалован в бояре».
Юшковы, Суворовы, Апраксины (от Салахмира), Давыдовы, Юсуповы, Аракчеевы, Голенищевы-Кутузовы, Бибиковы, Чириковы… Чириковы, например, вышли из рода хана Берке, брата Батыя. Поливановы, Кочубеи, Козаковы…
Копыловы, Аксаковы («аксак» значит «хромой»), Мусины-Пушкины, Старковы (первым из Золотой Орды пришел в 1397 году Лев Огар, «мужчина роста великого и воин храбрый»). Барановы… В их родословной записано так: «Предок рода Барановых мурза Ждан, по прозвищу Баран, а по крещению названный Даниилом, приехал в 1430 году из Крыма».
Карауловы, Огаревы, Ахматовы, Бакаевы, Гоголь, Бердяевы, Тургеневы… «Предок рода Тургеневых мурза Лев Турген, а по крещению названный Иоанном, выехал к Великому князю Василию Иоанновичу из Золотой Орды…» Этот род относился к аристократическому ордынскому тухуму, так же как и род Огаревых (их российский родоначальник — «мурза честным именем Кутламамет, по прозвищу Огарь»).
Карамзины (от Кара-мурзы, крымца), Алмазовы (от Алмазы, по крещению названного Ерифеем, приехал он из Орды в 1638 году), Урусовы, Тухачевские (их родоначальником в России был Индрис, выходец из Золотой Орды), Кожевниковы (идут от мурзы Кожая, с 1509 года на Руси), Быковы, Иевлевы, Кобяковы, Шубины, Танеевы, Шуклины, Тимирязевы (был такой Ибрагим Тимирязев, приехавший на Русь в 1408 году из Золотой Орды).
Чаадаевы, Таракановы… а продолжать придется долго. Десяткам так называемых русских родов начало положили тюрки.
Знаменитый «половец из Саркела» (Белая Вежа). Реконструкция М. Герасимова. Типичный портрет кипчака. Такие лица и сегодня во множестве можно встретить в Южной России и на Украине
Надо ли удивляться, что носителями более трехсот простых русских фамилий тоже стали тюрки… Головокружительные перепады! Но это и есть история России, где все непредсказуемо.
Очень выразительны на сей счет наблюдения Юрия Тынянова в его «Ганнибалах», где он рассказывает о потомках хана Радши, известных на Руси под фамилией Пушкины. Оказывается, не только татары становились «славянами», но и западноевропейцы. Например, немец Гундрет-Маркт стал Марковым, Пагенкампф — Поганковым, чех Гаррах — Гороховым, итальянец Баско — Басковым, датчанин Кос фон Дален — русским Козодавлевым. «Туманное великорусское дворянское государство принимало и изгоняло людей, — пишет Тынянов, — рылось в бумагах, шелестело грамотами, верными и поддельными, блюло местничество, шарило в постелях. Потому что нужна была родословная, а в родословной самое легкое — первые страницы, потом идет труднее». Первые страницы — те, что бесспорные, — читались по-тюркски. Удачливым удавалось подделывать «родословные», обычно из прусских или иных далеких архивов, проверить которые было невозможно.
Адмирал Ф. Ф. Ушаков будто прямой потомок «половца из Саркела» — один тип лица. Реконструкция М. Герасимова
Кто есть кто на Руси, сказать трудно. А понять что-нибудь вообще невозможно. О чем говорить, если даже родословная русских царей Романовых начинается все-таки от тюрка. Широкие царские лица, скуластость, цвет глаз, пропорции тела убеждают в их тюркском происхождении не хуже любых документов. Собственно, внешность и есть лучший из «документов» человека. А главное, что заставляет поверить в бесспорно тюркское прошлое Романовых, — ненависть, с которой они относились ко всему тюркскому… Она самое надежное доказательство.
В XVIII веке правители России скроили нынешнюю этнографическую карту, скроили по-своему, как хотели: целые губернии записали в славянство. Так Россия и стала такой, о которой кипчак из тухума (рода) Турген сказал: «На тысячи верст кругом Россия».
Тогда, в XVIII веке — всего-то двести лет назад! — жители Тамбовской, Тульской, Орловской, Рязанской, Брянской, Воронежской, Саратовской и других областей назывались «татарами»… Это же бывшее население Золотой Орды! Они же — половцы. Они же — кипчаки… Разве не любопытно, что старинные кладбища в Рязани, Орле или Туле поныне называются татарскими [74].
Русские кладбища появились здесь только в XVIII веке вместе с русскими поселениями. А с ними же пришли и «этнические недоразумения».
Киевские женские украшения (XII век). Хранятся в Государственном Историческом музее как образец древнерусского прикладного искусства. Внешне ничем не отличаются от кипчакских, похоже, это — работа одного и того же мастера
Меняли лицо Дешт-и-Кипчака изощренно, не всегда и заметно. Скажем, в XIX веке приступили к повсеместному распахиванию степи [75]. Кипчаков лишили пастбищ, нарушили им уклад жизни, земля из общинной собственности перешла в частную к новым русским, которые обустраивали ее на новый, «земледельческий» манер… Иначе у них имение отбиралось. Кстати, эту ситуацию и изложил в «Мертвых душах» Н. В. Гоголь. На вывод, в Степь, скупал свои «мертвые души» мелкий чиновник Чичиков.
Был в ходу и другой прием. Он виден из истории Башкортостана — там земледельческому переделу предшествовали военные действия. Начинались они весной, велась тактика «выжженной земли» — сжигали деревни. Два века район за районом, село за селом отбирали у вольного степного народа.
Много полководцев отличились в этой тихой «войне»: кипчаков загоняли в рудники, определяли рабами на заводы. До сих пор помнят башкиры Александра Васильевича Суворова… Да воздаст ему Аллах добром, им заслуженным.
Американский профессор А. Доннели выпустил грустную книгу «Завоевание Башкирии Россией 1552–1740 годов», где приведены убийственные факты… Российские же историки писали все больше о добровольном вхождении Башкирии в состав России. А о знаменитых башкирских восстаниях упоминали вскользь…
Распахивая земли Дешт-и-Кипчака, «распахивали» памятники древней степной культуры — курганы, кладбища, каменные статуи, остатки поселений. Не сразу, конечно, не вдруг. Однако настало время, когда их не осталось — исчезли бесследно. И уже ничто не говорит о самобытности степного народа.
В городе Орле, например, на месте старинного кипчакского кладбища, могилы которого сровняли бульдозером, построен завод. Кто докажет теперь, что там было кладбище? Молва пока жива, но молва не доказательство.
5 мая 1997 года Президент России издал Указ, его не афишировали в прессе. Там — на две газетные страницы! — список «памятников истории и культуры, исключаемых из числа памятников истории и культуры федерального (общероссийского) и местного значения». Их государство обрекло практически на уничтожение. Тюркских памятников в списке больше чем достаточно! А чтобы это не бросалось в глаза, их поместили рядом с домами-музеями революционных деятелей.
…Жемчужиной в книге В. Г. Тизенгаузена сияет очерк Ибн Баттуты, которого европейцы называли «аравийским Марко Поло». Этот стоглазый араб, искусный наблюдатель жизни, (а если откровенно) талантливый разведчик, совершил в 1335 году путешествие по Орде и оставил потомкам «Подарок наблюдателям по части стран и чудес путешествий». Блестящее произведение путевого жанра! Настоящее досье.
Если Марко Поло в 1298 году познакомил Европу с «Книгой», в которой рассказал о степном Востоке, то Ибн Баттута сделал это для арабских стран. Они — два великих свидетеля Дешт-и-Кипчака. Ни о какой политике, пристрастии и тем более неискренности они не помышляли: записывали то, что видели. Обычаи, обряды, быт.
Ибн Баттута написал так: «Местность эта, в которой мы остановились, принадлежит к степи, известной под именем Дешт-и-Кипчак». Великодушный араб сохранил название страны, которой по русским «историям» не было. Он сохранил имя «исчезнувшего» народа.
Традиционные женские украшения из Великой Степи
«Дешт-и-Кипчак была страна, которая простиралась в длину на восемь месяцев пути, а в ширину на шесть месяцев, — продолжал Ибн Баттута. — Аллаху это лучше известно!» Многое увидел бы путешественник за эти восемь месяцев пути — целый мир. Дунай, Днестр, Днепр, Дон, Итиль, Яик, Иртыш, Обь, Енисей и Лена протекали через страну кипчаков, которая в России неведома.
