Когда Серёжа выдохся и, тяжело дыша, замер посреди гостиной напротив ничуть не уставшего эльфа, дядюшка покачал головой:
- Тренироваться тебе надо, парень… Вот прям сейчас бери ножовку и тренируй мышцы рук. Распилишь звено – мы тебя отпустим. И Басика мне не порань!
Я услужливо подала инструмент Котову и застенчиво улыбнулась. Тот взял, но руки его подрагивали. Злобно зыркнул на меня. Злобно, но мельком, чтобы никто не заметил этот взгляд и не покарал за него.
Да наплевать вообще! Пусть смотрит, как хочет, лишь бы дело делал.
Себастьян не сделал ни шагу в строну парня, так что Серёже пришлось самому подойти ближе.
- Чёртовы ролевики… - продолжал бурчать себе под нос Котов, подходя к Басику.
Парень так и не решился заглянуть в лицо колдуну, но зато принялся разглядывать цепи, его опутывающие.
- Это у вас типа мефрил такой? – полюбопытствовал он, проявив неожиданный интерес к незнакомому металлу.
- Ореливий, - спокойно ответил Себастьян, и это, пожалуй, было первое, что он вообще произнёс при Котове. – Для тебя не должно быть разницы, что это за металл.
Котов неприязненно дернул плечами, но смолчал и, обойдя неподвижно стоящего колдуна, остановился сбоку, начав примериваться к оковам, проходящим в районе плеча Себастьяна.
- Парень, не тормози, - попросил дядюшка. – Если Лилька и Роза сейчас заявятся – мало никому из нас не покажется!
Котов, как ни странно, последовал совету дяди Коли и поднёс ножовку к приглянувшемуся звену, но тут произошло кое-что, чего никто из нас предвидеть просто не мог…
Ножовка едва коснулась цепей, звенья звякнули, Серёжа попытался их пилить, сделал одно движение, но…
- Он маг… - прошептала я, с ужасом глядя на происходящее.
- Он чёртов маг! – вторил мне дядюшка, опасно закатывая рукава любимой толстовки.
- Я не маг! – почти сорвался на крик голос Котов.
Ножовка лежала у его ног, а сам он держался за оковы, не в силах отпустить их. Магия синими всполохами уходила в металл, расползаясь от тонких побелевших пальцев парня. Как вышло, что он дотронулся до металла и почему тот откликнулся столь сильно, мы не знали, но все сразу догадались: Котов действительно маг.
Себастьян застонал от боли – ореливий крепчал, рос, стискивая своего пленника и вынуждая инстинктивно противостоять боли своей магией, которую коварный металл тоже тут же использовал против своей жертвы.
Колдун скрипел зубами и пытался совладать с собой, но выходило скверно, и через миг его стон перерос в отчаянный крик злой боли.
Котов молча белел, таращась округлившимися глазами на свои руки и на синие молнии, что пробегали по звеньям. Было неясно, что испытывал Серёжа в этот момент, но магии в нём оказалось много.
Лицо его начинало менять оттенок, становясь более голубым, а глаза перестали что-либо выражать и начали казаться остекленевшими.
Жуть! Такая, самая настоящая жуть, от которой невозможно оторвать ни взгляда, ни мысли… Казалось, металл вытягивал из Котова не только магию, а саму жизнь...
Дядя Коля первым пришёл в себя. Опомнившись, он со всей силы ударил Котова по голове подвернувшимся под руку табуретом, отчего парень мигом обмяк и рухнул на пол. До последнего пальцы его оставались на звеньях, но всё же под массой обмякшего падающего тела они отцепились от оков.
Мы все дружно шумно выдохнули. Все, кроме Себастьяна, которому было не до таких маленьких побед – он еле стоял и, казалось, вот-вот мог рухнуть. Себастьян и сам это осознавал, и потому с усилием отступил на пару шагов от лежащего у его ног Котова.
Меня начинало потряхивать. Ощущая целиком и полностью свою вину за происходящее, оправдалась, слегка заикаясь:
- Я и п-п-подумать не могла, что он м-м-может ок-к-казаться м-м-магом…
Хотелось броситься к Басику и как-то помочь, но понимала, что ничего не смогу для него сделать. Слёзы навернулись на глаза, и я невольно всхлипнула.
Всё из-за меня! Не надо было отправляться спасать Себастьяна, тогда бы Абаль не сумел отыскать его… Не надо было лезть на остров… Не надо было приводить всех к Котову…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Возможно, бабуля и мама даже были правы, считая, что магический мир – не для меня. В своём я, конечно, тоже порой косячила, но это не приводило к вот таким последствиям…
Алмариан оказался рядом и приобнял меня за плечи, притягивая к своей груди:
- Не переживай, принцесса. У тебя, если что, всегда есть я – без парня не останешься!
Ох уж этот эльф со своими шутками!
Как ни странно, помогло. Тёплые объятья больше походили на дружеские, что бы там изгнанник ни говорил. От его одежды пахло какими-то травами, и я неуместно подумала о том, что он всё же часто пользуется мудростью своего народа. Этот аромат успокаивал и навевал позитивные мысли, так что я перестала дрожать и взяла себя в руки.
Поглядела на оглушённого ударом Серёжу. Он лежал у наших ног и совсем не походил на мага. Жалкий и вызывающий во мне лишь отвращение и брезгливость, он не смог быть полезным даже в таком просто деле, как снятие оков с колдуна. Всего-то надо было не быть магом! Но бывший парень и тут подвёл!
Эх…
Пока дядя Коля чесал затылок, а Алмариан задумчиво глядел на цепи, скрипнула дверь…
56
Роза оглядела всех нас, приподняла подкрашенную бровь. Морщинистое старческое лицо искривилось от нескрываемой саркастичной улыбки. Бабуля вошла и толкнула ногой дверь, чтобы та закрылась.
Задержав неприязненный взгляд сперва на беспамятном Серёже, потом на закованном часто дышащем Себастьяне, бабуля посмотрела на меня и сверкнула глазами как-то даже радостно и победоносно:
- Вот видишь, Вороника! Об этом я тебе всю жизнь и говорила: мужчины слабее женщин, и потому они не нужны нам!
Чёртова феминистка! Всегда было в ней что-то такое, но стоило признать, Роза оказалась умна и при своём отношении к мужчинам умело использовала тех, кто был выше по социальной лестнице. Такая хитрая феминистичная интриганка.
Я даже не нашлась, что ответить. Вообще-то раньше я представляла свою встречу с Розой иначе. Ужасно хотелось наорать на неё и высказать всё по поводу произошедшего: и про Северный Замок, и про стёртые воспоминания… Но сейчас я резко осознала, что это всё будет пустым сотрясанием воздуха. Бабуле совершенно нет дела до того, как считает её неразумная молодая внучка, которая ещё не постигла женской мудрости и хитрости.
Да и к чему сейчас ругаться?
Проблема с цепями оставалась не решённой, а кем заменить Котова, я не представляла. Да и где гарантия, что тот, другой, не окажется латентным магом, как Серёжа?
Тогда я ещё плохо понимала масштабы проблемы, и мне по наивности всё ещё казалось, что наша основная трудность – оковы колдуна.
Но я глубоко заблуждалась.
Раздался рык. Такой нечеловеческий, что кровь в жилах стала стынуть от этого звука. Нет, человек просто не смог бы воспроизвести такое рычание.
Нервно сглотнув, перевела взгляд с Розы на Себастьяна. Его лицо начинало темнеть и серебриться, становясь похожим по рисунку на змеиную кожу. Зловещий угрожающий рык издавал именно колдун, и потому все уставились на него настороженно.
На коже стали проявляться чешуйки, и я с ужасом подумала о том, что может произойти. Он говорил про тьму внутри него… Что, если именно сейчас она вырвется на свободу? Себастьян говорил, тьма сильна… И если она окажется сильнее ореливия, то дракон может в пылу гнева спалить нас всех к чертям!
Почувствовала, что начинаю дрожать. Это заметили бы все, но на меня смотрела только Роза.
- О, не бойся, Вороника, цепи крепки. Перевоплощение возможно начать без магии, но вот закончить – нет. Так что он безопасен. И мы должны избавиться от него, пока он такой.
Я нервно сглотнула от того, с каким однозначным смыслом было произнесено слово «избавиться». Бабуля не намеревалась решать его проблемы, она считала его самого большой проблемой, которую следовало решить раз и навсегда весьма простым способом…
