– А я тебе помогу, – сказала Маша.
Она соединила ладони горстью, прикрыла глаза, и на руках у нее как мыльный пузырь стала раздуваться прозрачная невесомая сфера, внутри которой дергалось и билось о стенки нечто серебристое. Маша присела и просто катнула с руки этот пузырь к самым ногам старшего ас-Мирена, где он беззвучно остановился, продолжая разрастаться. Я присмотрелся. То, что металось в сфере, больше всего напоминало сколопендру. Ту самую, что недавно чуть не убила меня. Та сколопендра, что укусила меня, была цвета прелой листвы. Эта же словно отлита из нержавеющей стали, по сегментам ее тела бежали блики от скудного света, отбрасываемого лампой под потолком.
Загнанная в тесную сферу, она, словно сошедшая с ума пружина, билась о стены, причудливо и пугающе быстро изгибаясь. Иногда замирала, поводя из стороны в сторону маленькой головой с огромными клещами жвал, влажных от ядовитой слизи, после чего опять начинала свой сумасшедший танец.
– Это мертвая стальная сколопендра, – сказала Маша. – Я призвала ее оттуда, куда ты обещал отправить нас. Сейчас я выпущу ее и натравлю на тебя. Ее яд не только парализует тебя: ты начнешь гнить заживо и сможешь смотреть, как куски твоей зловонной плоти отваливаются от костей…
Ac-Мирен смотрел на бьющуюся в сфере тварь расширенными от ужаса глазами. Лоб покрылся испариной, руки дрожали. Сколопендра действительно тварь кошмарная, но я не думаю, что он испугался бы настолько, если бы все та же Маша не протянула тоненькую, почти незаметную даже для меня ниточку Силы к нему. Я не чувствую разницы в заклинаниях, но могу поклясться, что она незаметно для допрашиваемого перекачивала на него заклятие «Покрывало ужаса». И без того напуганный взбешенной тварью, дергающейся за тончайшей преградой у его ног, он не заметил, что еще и сам страх в нем усиливается искусственно.
Думаю, его младший брат сумел бы это заметить, если бы не «Внутренний щит», да и не слышал он ничего: Маша и об этом сообразила позаботиться. Голова его свесилась на плечо, и слышался негромкий храп. Всего-навсего заклятие сна. Но крепкого сна, не разбудишь.
Гибкая сфера пугающе продавливалась упругим полутораметровым телом хищной тысяченожки, казалось, что тварь вырвется оттуда в любую секунду, что прозрачная пелена удерживает ее из последних сил. Когда сколопендра пыталась проколоть сферу жвалами, это выглядело так, словно гвоздем натягивают изнутри воздушный шарик. Еще миллиметр – и он лопнет.
– Я все скажу! – закричал старший брат, дергаясь и пытаясь поджать ноги, чтобы они оказались подальше от сферы. – Все что хотите!
– Так говори, – пожал я плечами. – Как потопаешь, так и полопаешь. Подтвердит колдунья, что ты правду говоришь, – и уберем.
Маша все же немного отодвинула прозрачный шар, отчего пленный судорожно, но с облегчением вздохнул.
– Ты в храм Кали вхож? Бывал там? – спросил я.
– Бывал, не раз… – осторожно ответил он. – А что знать хотите?
– Да, в общем, немногое. Нам схемка нужна храма Кали с подворьем. Надо нарисовать, где алтарь. Рассказать, как алтарь выглядит. И есть ли к алтарю ход снизу, из подвала?
– Зачем вам? – спросил пленный.
В голосе у него явственно чувствовалось удивление. Такого он точно от нас не ожидал. Он думал о конкурирующих группировках и бандитских войнах, а вовсе не о храме. Похоже, что он даже испытал некое душевное облегчение.
– Надо.
– Вам туда не войти, – сказал он. – Никто не сможет войти: Сила алтаря убьет любого, кто пройдет ограду. Да и одной охраны там четыре десятка человек.
– У вас охрана та же, что и у храма? – уточнил я.
– Не совсем. Тоже туги, верно, но живут на нашем подворье. И так просто на храмовое подворье они войти не смогут.
– Когда приносят жертвы? – спросила Маша.
– Каждое утро. Время каждый день рассчитывается заново.
– Где? На алтаре?
– Нет, – мотнул он головой. – Алтаря никто не видел, он в крипте под храмом. А в храме лишь каменная плита, жертвенник. Первосвященник зажигает курильницы, затем четверо служек режут жертву, а кровь стекает по желобам куда-то под жертвенник.
– Кого приносят в жертву? – уточнил я.
– Кого угодно. Рабов. Пленных. Лишь бы принадлежал к разумной расе. Черной богине все равно – ей нужна смерть разумного, обладающего душой.
– Пусть ты не видел… но что-нибудь слышал про то, как выглядит алтарь? – спросила Лари, подходя ближе.
– Нет. Даже служки храма не знают. Только первосвященник знает.
– А как насчет хода вниз? Откуда он идет?
– Есть дверка в стене, прямо за жертвенником. Но она всегда закрыта, даже первосвященник не может входить в нее.
Я вопросительно посмотрел на Машу. Она подумала и кивнула: мол, все верно, все как и должно быть. И «клиент» не врет.
– Подземный ход под храмом. Ты там был? – спросил я.
– Не был, – помотал он головой. – Никогда не был.
Я опять посмотрел на колдунью, и она опять кивнула. «Заклятие ключа» подтверждало, что он говорит правду или верит в то, что говорит.
– А что слышал про ход?
– Слышал, что есть ход под храмом, ведет к какому-то порталу, через который можно пройти к кому-то, кто говорит от имени Кали. И что может туда войти только первосвященник, а все остальные обратятся смертным прахом, едва приблизившись. Все знают про этот ход.
А что? Хорошо. И скрывать ничего не надо. Будешь скрывать – любопытные все равно дознаются, силу любопытства лучше не преуменьшать. А если рассказать все и всем самому, но правильно скорректировав истину, то никто и докапываться до правды не полезет. А заодно будет обходить запретное место десятой дорогой, что и требуется, собственно говоря.
– Теперь с твоим братом поговорим, – сказал я. – Скажи сам, подтвердит ли он твои слова? Не заставляй распускать вас на веревки из жил и нервов.
– Подтвердит! – закивал он уверенно.
– Вот и хорошо, – сказала Маша, после чего, взмахнув рукой, скомандовала: – Спать!
И старший из ас-Миренов отключился в тот же миг.
ГЛАВА 16,
в которой случается так много всего, что описать все события в этом кратком анонсе не представляется возможным
Второй брат подтвердил все, что сказал первый. Вызванная Машей материальная иллюзия – да-да, иллюзия! – сколопендры вместе с тихо подсунутым заклинанием «Покрывало ужаса» дала обильные плоды. Как словесные, так и предметные – оба пленных так навалили в штаны, что конец допроса вышел вынужденно скомканным: всем хотелось на воздух из зловонного трюма.
Обязанность «подчистки хвостов» я взял на себя. По отношению к последователям Кали сделать это совсем не трудно, скорее даже испытываешь некое моральное удовлетворение, удаляя с тела этого мира вредного паразита. Разве что милость им оказал, покончив с ними двумя выстрелами из «кольта». Если бы мы отдали их в руки властей любого из государств, им досталось бы куда хуже. Тела сбросили за борт с грузом. Найти их под водой сложнее всего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
