и вы не можете остановить меня. Я либо вернусь и принесу с собой средство достойно вознаградить его… - он указал на Мочи, - …либо я вернусь и выведу всех вас отсюда.
Жемчужное-Ухо взглянула Тоши в глаза. – Почему ты не можешь помочь нам бежать сейчас?
- Потому что я не знаю, смогу ли. Надеюсь, до этого не дойдет.
Рико шагнула вперед. – Возьми тогда Мичико. – Ученица не обращала внимания на протесты кицунэ, взирая на Тоши с мольбой в глазах. – Если ты оставишь ее здесь, и Мочи придет в себя, но заберет ее. Если ты оставишь ее здесь, и огр найдет нас, она погибнет. Я предпочла бы, чтобы она была жива и свободна, даже если это значит, что она будет в твоей власти.
Мичико выглядела уязвленной. – Я бы никогда не бросила тебя, Рико. Я бы никогда не бросила никого из вас.
Тоши печально улыбнулся. – Вот это доверие, - сказал он, - но даже я не думал, что вы можете зайти так далеко. Помните пару месяцев назад, когда вы все пытались убить меня за то, что я ее выкрал?
- Тоши, - сказала Жемчужное-Ухо. – Рико, возможно, права. Лучше увести Мичико отсюда сейчас, пока у нас есть такой шанс.
- Я не желаю бросать своих друзей, - сказала Мичико.
Тоши обратился к Жемчужному-Уху. – Я, правда, намерен вернуться за ней, - сказал он, - как я и сказал.
- Что, если ты вообще не вернешься, независимо от твоих благих намерений?
Тоши пожал плечами. – В этом случае ваше положение особо не изменится. Вы и так застряли здесь, с очень злым врагом за стенами. Удачи.
- Погоди, - сказала Мичико. Она шагнула вперед и поклонилась. – Спасибо, за то, что помогаешь мне.
- Ты получаешь то, за что заплатила, - сказал Тоши, чувствуя себя немного некомфортно. Он уставился на принцессу, выискивая ее мотивы, ожидая конца предложения, которое, по его мнению, должно было завершиться вопросом, мольбой, или угрозой.
Когда ничего из этого не последовало, он сказал, - Что ж, меня пока рано благодарить. – Он замолчал. – С другой стороны, не рано. Я официально принимаю твою благодарность, потому что, если я все это вытяну, возможно, ты меня никогда уже не простишь.
- Куда ты направляешься? – сказала Мичико. – Что ты пытаешься сделать?
Тоши помотал головой и сказал, - Просто оставайся здесь. Эта комната максимально удалена от Хидецугу. Как только он разметает стражу и лучников, но станет очень серьезен.
Он взглянул на Жемчужное-Ухо. – Если он доберется сюда, зашвырните Мочи как можно дальше, и бегите в обратном направлении. Есть шанс, что Хидецугу будет так занят им, что даже не заметит вас. Это не большой шанс, но он есть.
Жемчужное-Ухо кивнула. – Ты ответишь на вопрос Мичико-химе?
- Который? Давайте быстрее – я тороплюсь.
- Что ты пытаешься сделать?
Тоши отбросил волосы с лица. – То же, что и всегда. Выжить. Заработать. Узнать что-то новое. – Он выпрямился в полный рост. – Возможно, вырасти, как личность. Я в последнее время стал гораздо духовнее.
Жемчужное-Ухо кивнула. – Я вижу, - сухо сказала она.
- Правда? – отозвался Острое-Ухо. – Покажи, где.
Тоши поднял бровь. – Когда я вернусь, чтобы спасти вас всех, - обратился он к Острому-Уху, - ты будешь последним.
Он развернулся и вошел в тень, которая, казалось, проглотила его целиком.
Глава 24
Генерал Такено стоял на самом высоком балконе башни, монолитной каменной плите, способной выдержать вес пятидесяти человек. Последние пару дней он провел в выстраивании лучников в каждом из окон, проверяя формации наездников на боевых мотыльках, и передвигая крупные отряды солдат внутри башни.
Даймё оставался убежден, что его крепость выдержит нападение великого чудовища духов, но Такено не был в этом уверен. Он наблюдал за тем, как О-Кагачи отмахнулся от Йосея, словно белый дракон был не более чем назойливой мухой, и теперь чудовище стояло у стен Эйгандзё, затмевая их своими необъятными раскрытыми челюстями и бесконечными давящими все вокруг кольцами тела.
Великий Древний Змей также, каким-то образом обрел еще одну голову между битвой с Йосеем и прибытием к вратам башни. Такено пристально следил за О-Кагачи все время его приближения, но это изменение случилось столь быстро, что в нем не было никакого перехода – у змея было три головы, Такено моргнул, у змея уже было четыре.
Генерал уже даже не был уверен, что оригинальные три головы, сражавшиеся с Йосеем, остались на месте – четверка голов, ведших сейчас за собой лавину из чешуи и мускулов, были совершенно не похожи на те, что запомнил Такено. Возможно ли, что этот титан рос, питаясь вселяемым им ужасом? Или же он был попросту столь огромен, что его невозможно было разглядеть полностью, но лишь в постоянно меняющихся пополнениях к телу?
Чем бы ни был О-Кагачи, он неуклонно двигался к башне. Старый солдат смотрел вниз, наблюдая за тем, как змей в первый раз коснулся внешних стен, толкая их одним из своих громадных носов, проверяя на прочность.
Такено почувствовал прилив необузданной гордости. Здесь великое чудовище будет задержано, если не остановлено вовсе. Вся крепость была выстроена из прочнейших камней и защищена одними из самых мощнейших заклинаний из когда-либо сотворенных. Она была рассчитана и построена для того, чтобы выдержать любое нападение, независимо от того, сколь обширное.
Внизу, О-Кагачи ударил сильнее, добавив вторую голову для толчков и ударов о белую каменную стену. Его усилия пока не сдвинули ни единого блока, не создали ни единой трещины в крепостной стене. И все же, было слишком опасно не следовать плану, который он разработал вместе с Кондой для защиты крепости. У них были солдаты и лошади и огромные мотыльки, ожидавшие приказа о нападении.
Скованными движениями Такено достал свой лук и вложил в тетиву стрелу с обмотанной вокруг наконечника тряпкой, пропитанной маслом. Генерал взглянул вдоль северо-восточного угла стены, сделал поправку на ветер, и выпустил стрелу. Пламя было тусклым и почти незаметным в тумане, но точность и крепость руки старика не подвели его. Пылающая стрела почти долетела до дальней стены, воткнувшись в пыльную землю, оставив часть масленой тряпки догорать.
- Кавалерия. – Командный голос Такено звучал так же громко и четко, как и при его первом в жизни приказе. Полет стрелы, тем не менее,
