спросил он.
И они растаяли, оставив после себя тихую мелодию флейты, последние ноты которой затерялись в ночи.
Над вершиной Акрополя поднялась луна, очерчивая светом Парфенон, символ древних времен, в память о людях и богах, разделивших их судьбу.
Синие и красные отблески убаюкивали его камни и мрамор, его история застыла в недрах горы. Пришедшие люди обнаружили лишь скрытую тишину минувшей угрозы.
И ничего больше.
Эпилог
Алексу и маме нелегко было вернуться к нормальной жизни. Тем более что по их дому, казалось, пронеслось стадо слонов.
Им пришлось выдумать для полиции длинную историю. Половине того, что они придумали, казалось, не поверили. Однако после того как женщина, похищенная якобы крылатым зверем, была найдена, а истерические возгласы жителей жилого комплекса по поводу бродящей вокруг гигантской дикой собаки затихли, офицеры, ведущие дело, предпочли закрыть на это глаза и позволить времени делать свое дело.
В Афинах новость о гибели более пятидесяти человек от токсичного облака, образовавшегося в результате утечки химических компонентов с украинского грузового судна, пришвартованного в порту Пирей, на несколько дней заняла первые полосы местных и международных газет. За этим последовало расследование жестокого акта вандализма, из-за замешательства, вызванным ядовитым облаком, который нанес серьезный ущерб историческим храмам города. В итоге эти две новости исчезли через несколько недель в океане информации.
У Геракла, Хранителя Мифоса, он же профессор Селкаре, хватило достоинства предстать перед своими несостоявшимися учениками в школе, чтобы извиниться и выразить сожаление, что он не сможет провести мастер-классы по классической мифологии, запланированные для дней культуры, из-за внезапной смерти родственника за границей. Ученики, особенно девушки, были очень разочарованы, но смирились с тем, что больше никогда не увидят это живое напоминание о древнем мире.
Натали вернулась в Париж и без труда получила должность профессора в Лионском университете, о которой давно мечтала и где работает до сих пор. Память об отце останется с ней навсегда.
Для матери Алекса, Белинды Льоренс, ее возвращение после испытаний в Акрополе означало возрождение для новой жизни. Она начала встречаться со своим начальником Роберто, как и предсказал Гермес, вестник Зевса.
У Алекса больше не было видений, ему перестали сниться кошмары. Оценки в школе улучшились, но вот попытка перевести дружбу с Анной в ухаживания оказалась неудачной. Да, они встречались некоторое время, но в конце концов решили, что форсирование ситуации ни к чему не приведет, и решили расстаться. И все же это не разрушило связь между Хранителями Геи.
Его неуемный и любопытный друг Ян в свободное время стал выращивать нарциссы, выводя прекрасные сорта. Он даже получал призы на выставках. Его фотография появилась не в одном научном журнале, что принесло ему университетскую стипендию.
Волк и его приспешники были арестованы во время одной из своих ночных охот. Они избили нищего, единственное преступление которого заключалось в том, что он посмотрел им в глаза. Они провели некоторое время в исправительных школах и колонии для несовершеннолетних, даже усилия их родителей не смогли помочь. Отбыв наказание, они затерялись, и больше о них не слышали.
Так или иначе, каждый, кто поучаствовал в этом приключении, был отмечен знаком двух миров, которые пребывали теперь в слабом равновесии под наблюдением тех, кто был избран отвагой своих сердец, храбростью и удачей.
Четыре года спустя
Мама встречалась с Роберто. Они были заняты подготовкой к свадьбе. До знаменательного события оставался месяц, и она выглядела очень счастливой. Тяжелые времена после смерти отца остались позади. В конце концов время окончательно залечило раны, утолило боль и унесло страдания. Алекс тоже был счастлив. Роберто был хорошим парнем и позаботился бы о ней так, как она того заслуживала. Кроме того, с ним он вел себя как друг и не притворялся отцом, которым не был и никогда не будет. Добрый и вежливый, он относился к нему как к равному, и парню это нравилось. Они поладили.
Проведя рукой по лбу, Алекс зачесал назад мокрые от пота волосы. Было жарко. Наступил июнь, и начались экзамены. Он штудировал учебники уже две недели, конец семестра был не за горами. Самое нелюбимое время. Очень жаль, что люди вообще придумали экзамены.
Как дела у Анны? Он ничего не слышал о своей подруге больше двух месяцев. На самом деле, если он верно посчитал, то даже три или четыре. С тех пор, как у нее появился этот парень… как его там? Ах, да, Альберт, ее однокурсник с ветеринарного факультета.
Алекс щелкнул языком. Жаль, что у них ничего не получилось.
С другой стороны, разорвать дружбу, что их объединяла столько лет… Зачем обманывать себя, он любил ее и всегда будет любить, даже если его любовь никогда не будет взаимной. Но почему в сердце так колет каждый раз, когда он видит ее с этим придурком? Просто потому, что он молод. Его молодость не дает верно оценить реальность и обостряет чувства.
Страх разрушил их отношения. Ян постоянно ему об этом напоминал. Он ненавидел его за это. Хотя у Яна не было времени ругать друга. Он был занят учебой и научной работой. Создавал удивительные гибриды нарциссов. Он даже хотел поступать в аспирантуру по генетике. Пройдет немало лет, прежде чем он станет доктором. Алекс был удивлен, что сорвиголова Ян, которого он знал со школы, превратился в книжного червя.
Он, конечно же, решил более или менее следовать по пути, проложенному его отцом и дядей, и стал историком. До исполнения мечты оставался год. Тогда степень магистра и, возможно, стажировка за границей помогут ему в его стремлениях. Но для этого нужно сдать экзамены, а предмет «Методы и техника исторических исследований» мешал.
«Черт, как жарко», – подумал он. Должно быть, опять кондиционер сломался.
Он чувствовал сильную усталость. В ту ночь, впервые за долгое время, он не сомкнул глаз. Его мучили кошмары, в которых по какой-то странной причине тени зловещих, уродливых существ хотели вырвать его внутренности, преследовали его на железных перекрестьях Эйфелевой башни, силуэты которой вырисовывались на фоне кровавого неба, окрашивающего Марсово поле в алый цвет. Очень странно, учитывая, что он никогда не был в Париже. При воспоминании об этом дурном сне у него свело живот.
Он оставил записи поверх книг, сложив их в углу стола.
– Присмотри за ними. Не хочу, чтобы их украли, – сказал он своей старой рыбке-попугаю, которая смотрела на него через стекло аквариума, пуская пузыри и безучастно шевеля жабрами. Он спустился
