- Не совсем.
- Лампа – это такой сосуд, в который заливают масло и затем поджигают. Она даёт слабый свет. Когда подходящая лампа пустеет, в ней может поселиться джинн. Он обустроит ее изнутри полностью по своему вкусу, расширит пространство, затащит внутрь все свои самые ценные вещи. Каждый джинн дорожит своей лампой невероятно. Вам всего-то нужно украсть лампу Алсана, тогда вы сможете его шантажировать. Скажете, что растопчете лампу туфлей, если он не поможет выбраться вам отсюда. Джинны многое могут, тем более этот. Он непременно откроет переход в ваш мир.
- Как я найду эту лампу?
- Не знаю. Спросите у Джошуа, если он вам доверяет. Дети многое способны увидеть. Или сами обыщите джинна, они довольно часто хранят лампу в складках своих шаровар. У Алсана лампа белого золота, богато украшена самоцветами. Не ошибётесь.
- Спасибо, что помогли. Но только как я брошу здесь мальчика одного?
- Всем не поможешь, увы. Но вы можете попытаться украсть моего сына и забрать вместе с собой. Уверена, у вас все получится.
- Выкрасть? - опешила я.
- Именно.
- Но барон никогда не допустит такого.
- Решайтесь скорее, если вам дорог мой бедный малыш.
- Может быть, вы сами...
- Нет! Только не это! - вскрикнула несчастная женщина, и добавила почти шепотом - Я не могу, поймите. Живу, как драная кошка. Нашла приют в старом поместье, которое мне досталось по случаю. Там всего сотня комнат. И те в ужасающем состоянии. Совсем не то, что у вас здесь. И потом, Людовик обязательно его отберет обратно. Что я могу против барона? Заберите моего малыша вместе с собой, здесь он будет очень несчастен.
- Но как?
- Завтра помолвка у сына Темнейшей Марцеллы и дочери Эмиля. Людовик непременно отправится на праздник. Скорее всего, уже сегодня после обеда он полетит на рудники, чтобы выбрать достойные камни в подарок. И не вернётся до завтрашнего вечера. Можете мне поверить, - улыбнулась женщина.
- Я подумаю.
- Мне нужно идти. Я верю в вас, дорогая. Удачи вам.
- Благодарю.
Женщина быстро ушла, словно ее и не было в моей спальне. Я же осталась наедине с десятком служанок и жуткими мыслями. Украсть чужого ребенка – невероятная глупость. Меня просто посадят в тюрьму, какими бы чистыми ни были мои намерения. Джошуа, безусловно, жалко. Но если здесь не будет меня, то и барон не станет отыгрываться на сыне? Не могу же я, и вправду, выкрасть мальчишку?! Нет, разумеется, не могу.
Хорошо было бы посоветоваться с Марцеллой, она тоже привязалась к ребенку, пусть и не так сильно, как я. Но все же, она тоже женщина, у нее у самой четверо. Это, конечно, слабо укладывается в моей голове. Нет, ну как у такой девушки может быть сын-амбал под два метра ростом? Впрочем, это не важно. Главное то, что Людовик ее очень уважает и мне кажется, даже немного боится. Может, и Эрлик вступиться за Джошуа. Вот только где найти черную ведьму? У меня была визитка с номером ее телефона. Только в этом чертовом мире совершенно не ловит мобильная связь! Подозреваю, тут и электричество ещё не провели.
Значит, нужно улизнуть обратно на Землю, позвонить Марцелле, все рассказать. Она наверняка мне поможет. Точнее, не мне, а ребенку. И этой женщине, его матери, тоже. Да, так будет правильно. Может быть, если мне совсем повезет, я ещё увижу парнишку. Хотя бы издалека. Нельзя настолько привязываться к чужим детям, от этого только больнее будущее расставание.
В столовую к завтраку я не вышла, служанки принесли немыслимое количество блюд сюда. Выбирай, что хочешь, на любой вкус. Посередине стола на высокой подставке сиротливо лежит очередной подарок барона. На сей раз ожерелье из крупного жемчуга.
Глупая, почему же мне так нравится этот мужчина? Что со мной не в порядке, что так сильно тянет к Людовику?
Новое лёгкое платье, очаровательные заколки в форме цветов прекрасного эдельвейса. Служанки ни на секунду не оставляют одну, стараются всячески мне угодить. Вернусь в родной город, обрету свободу, сразу же сведу татуировку с запястья и обо всем постараюсь забыть.
Надсмотрщик-джинн прогуливается под дверьми моей спальни, и я не пойму, как к нему подступиться. Ни он не знает моего языка, ни я не владею местным наречием. Вряд ли мужчина оценит, если я полезу без спроса к нему в шаровары.
День лениво катиться к обеду. Скучно и страшно. Времени остаётся так мало. Но как узнать, когда барон покинет свой замок? И как позвать Джошуа, чтоб попрощаться? Хотя бы обнять, притиснуть к груди, напоследок зарыться пальцами в его детские кудри. Как же я буду скучать. Надо скорее на что-то решаться. Улетит Людовик, полезу джинну в штаны. И пусть думает, что хочет. Мне позарез нужна его лампа.
Чтобы чуточку успокоиться, вышла в цветущий сад. Здесь меня встретила крохотная лошадка, запряжённая в небольшую карету всего на одного седока. Неужели барон для меня постарался? Принял шутку за правду или решил так посмеяться? Уж слишком повозка напоминает тыкву по форме. Только зелёную, недоспелую.
- Госпожа Надежда! – я развернулась на радостный крик. Со всех ног ко мне несётся малыш. И чем он ближе, тем острее я понимаю, что ни на секунду не оставлю Джошуа наедине с его отцом. Рубашка порвана, мальчик с ног до головы уляпан грязью, рассечена губа, на скуле сияют царапины, будто парнишку волочили по земле. Жалко его невыносимо. Как же я зла! Стоп. Может, он сам упал? Играл и скатился откуда-нибудь? С детьми же это бывает, верно? Я в детстве с целыми коленями ходить не умела, вся была в синяках и грязи.
Нужно просто взять себя в руки и тихонько спросить, а потом что-то решать.
- Золотце! - сажусь я на корточки и целую малыша в щеку, - Ты где пропадал? Я скучала.
- Отец приказал мне прокатиться верхом на единороге! Дал того, который ещё никогда не ходил под седлом. И отпустил нас одних в горы.
- Наверное, это опасно?
- Очень. Но мы не стали уходить из долины. Там было так здорово. Пока я не упал.
- Ясно. Щека сильно болит?
- Нет, лекарь сказал, что заживёт быстро.
- И что, папа тебя совсем одного отпустил?
- Да.
- Он так всегда делает?
- Нет, конечно. Просто я его разочаровал. У вас же с папой родятся новые дети. Удачные. Вряд ли вы принесёте малыша с недостатком, как это сделала моя ужасная мать. Значит, будет другой наследник. А меня отец теперь готовит к сражениям. Пошлет к границам, чтоб я обучался воинскому делу, стану рыцарем или стражем. Поэтому и учит держаться в седле. Ему здесь такой наследник, как я, ни к чему, - голос ребенка дрожит. Но этот сильный мальчишка не плачет.
- Что ты такое говоришь. Ну, сам подумай, откуда у папы возьмутся другие дети? - обняла кареглазое чудо.
- От вас. Брак с моей матерью он расторг этим утром, жрецы всё подтвердили. Мы были с ним в храме, папа долго молился и сыпал проклятиями.
- И где же барон сейчас?
- Отправился на рудники, он не скоро вернётся. Завтра помолвка к дочери господина Эмиля, но нас с вами туда не пригласят. Господин Эмиль ждёт гостей из Темного леса, а они злые. Могут нам навредить.
- Я поняла. Раз папы долго не будет, давай, и мы с тобой прогуляемся.
- Вам запрещено покидать наш надел. Папа так сказал.
- Вот как? Но он же меня не накажет, верно?
- Думаю, нет.
- Значит, прогуляемся. Ты поможешь мне поймать джинна? Не знаешь, он боится щекотки?
Глава 32
Надя
Как говорится, нет ничего не возможного. По крайней мере, надо стараться в это поверить. И вообще, меня дома ждёт моя домовиха, значит, пора возвращаться. Джошуа помог найти мою сумочку. Оказывается, служанки убрали ее в один из ларцов как величайшую драгоценность. Сама, без помощи мальчика, никогда бы не нашла. Благо он смог расспросить девушек. Умничка! Жаль я местного языка не знаю. Впрочем, скоро он мне и не пригодится.
- Говорят, в горах самое красивое – это закат.
- И рассвет, когда облака сплетаются с солнечными лучами. Так Клаус говорит.
