– Зинкина родная сестра живет с Варей на одной лестничной клетке. У них даже квартиры через стенку находятся.
– А Варя – это кто?
– Жена проходимца.
– Мама, подожди, жена проходимца, вернее Артура, это я.
– Значит, ты вторая жена, а она первая. Я сама такого поворота не ожидала. – Мама заметно заволновалась и, чтобы не вылить на себя кофе, от греха подальше поставила чашку на стол. – Люба, ко мне в гости приехала Зина, и я показала ей твои карточки. Но когда она увидела Артура, она даже альбом с фотографиями выронила, сказала, что этот тип хорошо ей знаком. Она его видела, когда к сестре приезжала. А потом как закричит: «Это Варькин муж!» Ну, я сначала не поняла и попыталась объяснить, что это не Варькин муж, а наш муж, но она пообещала мне съездить к сестре, чтобы та сходила к Вари и взяла эту фотографию. Зинка у меня при понятиях. Она, конечно, ничего сестре не рассказала, потому что уж больно они с Варей дружны, а под каким-то предлогом эту фотографию все же выманила. Она поклялась мне язык за зубами держать и молчать по поводу того, что проходимец еще раз женился и теперь с тобой припеваючи живет. Зачем это женщине знать? Она и так одна двоих детей растит.
– Надо же! – Несмотря на то что кофе только что принесли и он был горячим, я выпила его почти залпом. Я не смогла унять нервную дрожь. – Не понимаю, зачем он это от меня скрыл? Я ни разу не замечала, чтобы ему дети на мобильный звонили.
– Так он с детьми уже года три не общается.
– Как не общается?
– Да так. Вычеркнул их из своей жизни, и все.
– А почему они развелись?
– Да кто его знает. У развода не бывает одной причины. Обычно их много. Разводятся по мере их накопления. Варя плохо о нем отзывается. Говорит, он лодырь, неудачник, бабник и домашний тиран.
– Домашний тиран… – задумчиво произнесла я и затаила дыхание. – Это есть немного, но ты же знаешь, что меня тиранить бесполезно.
– Знаю, – мельком улыбнулась моя мама. – Пусть только попробует!
– Меня бесит в нем то, что он лезет куда можно и куда нельзя. Он хочет, чтобы я была у него на ладони.
– Пусть забудет. Ты не из тех женщин, которых можно держать на ладони. Так вот. Варя говорит, что он относится к категории мужчин-неудачников, у которых никогда ничего не получается. За что бы он ни брался, у него ничего не выходит. И собственную несостоятельность он всегда сваливал на Варины плечи, обвиняя ее в том, что это она во всем виновата.
– Может, на него наговаривают? Когда люди разводятся, они редко остаются друзьями. Обычно люди расходятся врагами и говорят друг о друге гадости.
– Я не думаю, что Варвара говорила какие-то гадости. Она сказала то, что было на самом деле. И ты сама прекрасно знаешь, что он лодырь, неудачник, бабник и домашний тиран. Ты сама его идеализируешь. Ты все подсознательно чувствуешь, просто боишься признаться себе, что все так плохо.
– А еще…
– Господи, что еще?
– Еще он занимается криминальными делишками.
– Какими еще криминальными делишками?
– Да бизнес-то у него дутый. Я же тебе сразу сказала, что он не учредитель, а ухренитель. Не среди друзей-бизнесменов он крутится, а среди братвы.
– Господи, какой братвы?
– О которой в газетах пишут и фильмы показывают. Не знаю, к какой именно он у тебя братве относится, но это и есть его так называемый бизнес.
– Но ведь у него же офис есть.
– Сейчас у всех офис есть. Деньги же должны куда-то носить. Вот их прямо в офис и несут.
– А кто несет-то?
– Те, кому твой муженек вместе со своими дружками крышу делает, – с видом знатока объяснила мне мама. – А в молодости он у тебя профессиональным вором был. А потом завязал.
– Это тоже Варя сказала?
– Да.
– А может, все-таки она на него наговаривает?
– Ни черта она не наговаривает! – тут же возразила мама.
– И почему ты в этом так уверена?
– Потому что на свете есть материнская интуиция. Так что бизнес у него дутый и точка, а в молодости он неплохо воровал. Только он ни на воровстве денег нормальных не поднял, ни на своем так называемом бизнесе. Варя сама пашет, и у вас сейчас все тоже на тебе держится. Я же говорю – он неудачник. Друзья у него все при деньгах, а он у тебя какой-то бесперспективный.
– Да уж, хорошенькие перспективы…
– И я про то же. Так что твой проходимец – довольно темная лошадка. Даже одно то, что он бросил жену с двумя детьми на произвол судьбы и не поддерживает с ними отношения, говорит само за себя.
– Мама, и что ты мне предлагаешь?
– Бежать от него куда подальше. Вернее, это пусть он бежит от тебя куда подальше. В конце концов, он не принес ни в твою жизнь, ни в твою квартиру ничего нового.
– Бежать, потому что о нем плохо отзывается его бывшая жена? Это абсурд. Если я буду всех слушать…
– Люба, но ведь этот человек оставил женщину с двумя детьми!
– Сейчас каждая вторая пара разводится. Если не каждая первая. – Я изо всех сил старалась не идти на поводу доводов своей матери.
– Согласна. Но не каждый мужчина забывает про собственных детей и вычеркивает их из своей жизни, будто их никогда не было.
– Мама, даже если все так, как ты говоришь, я верю, что со мной он станет значительно лучше.
– Но ведь это всего лишь наивность! Каждая женщина, сойдясь с мужчиной, надеется на то, что с ней он станет лучше и чище. Это глубокое заблуждение и самая большая и непростительная ошибка многих женщин. Мужчина останется таким, каким он всегда был. Его не переделаешь. Он такой от природы.
Я посмотрела на маму глазами, полными слез, и с болью в голосе произнесла:
– Мама, уже слишком поздно. Да и я не хочу что-то менять. Он старается. Ты даже представить не можешь, как он старается. А еще… я жду от него ребенка.
– Да ну!
– Мама, это серьезно.
– Ты сильно торопишься.
– Я беременна.
– Какой срок?
– Уже три с половиной месяца.
– Проклятая Зинка! – ударила по столику кулаком обеспокоенная мама, чем сразу привлекла к себе внимание официантки, которая подумала, что что-то не так. Она сразу подошла к нашему столику с вопросом, не хотим ли мы еще что-нибудь заказать?
– Принесите мне порцию коньяка, и побыстрее, пожалуйста, – строго произнесла мама и посмотрела вслед официантке.
– При чем тут Зинка? – высказала я свое удивление.
– При том, что мне очень жаль, что она не пришла ко мне в гости раньше и не посмотрела фотографию проходимца. Тогда еще можно было бы спасти тебя от неверного шага.
– Мама, скоро ты будешь бабушкой. – На моих глазах появились слезы.
Выпив порцию коньяка, мама пососала кислую пластинку лимона и как-то обреченно произнесла:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
