- Что-то беспокоит вас, - сказал аль-Азир.
- Да что вы, все замечательно… - начал Грубер и заткнулся, поняв, что алхимик уже перешел к делам.
- Что-то пропало, - мягко и напевно продолжал аль-Азир. - Что-то драгоценное. Вот именно! Дорогое и ценное.
- Вы знаете об этом, господин?
- Звезды говорят мне, Сердце Льва. В правящем доме Ксеркса боль, а Тиамут и Дариос, Сыны Утра, направили друг на друга кривые клинки. Да! Это видно, и это написано на воде.
- Ваша ученость поражает меня, как всегда, господин. Небеса изменяются, и вы читаете их знаки. Расскажите мне, что вы знаете.
- Я ничего не знаю и знаю все, - ответил аль-Азир, опустив голову и медленно потягивая напиток.
"Так говори короче, - мысленно ругнулся Грубер. - Хватит уже всей этой звездной мишуры!"
- Что было взято, Сердце Льва? - мягко спросил аль-Азир, и Левенхерц уже готов был сказать ему, когда встрял Грубер.
- А почему… - тут он увидел, как гневно вскинулся Левенхерц, и поднял руку, успокаивая его. - Простите мне мою прямоту, господин аль-Азир, но это очень щепетильное дело. Мы были бы признательны, если бы вы рассказали нам, что вы знаете, прежде чем мы полностью раскроем свои тайны.
Он посмотрел на Левенхерца и удостоился сдержанного кивка в знак одобрения.
- За эту помощь, - продолжил Грубер, - мой Владыка Ульрик наверняка ниспошлет вам свое благоволение. Я уверен, где-то на вашем небосводе сияет и его свет.
- Я тоже уверен в этом, - ответил аль-Азир с белоснежной улыбкой. - Где-то сияет.
- Мой друг совершенно серьезен, господин аль-Азир, - сказал Левенхерц. - Можете вы сказать нам, что вам известно?
Аль-Азир поставил чашку на стол и сложил руки так, что они исчезли в рукавах халата. Он воззрился на вычурный рисунок на крышке стола.
- Челюсти Волка, как говорят звезды.
Грубер почувствовал, как против воли сжимаются зубы. Он наклонился вперед, стараясь не упустить ни единого слова из того, что говорил старик.
- Челюсти Волка, драгоценные челюсти из сияющей кости. Они обладают огромной ценностью и были похищены.
- Кем? Для чего? - спросил Левенхерц.
- Тьмой, Сердце Льва. Коварной тьмой. И их не вернуть. О! Я вижу горе, грозящее этому Городу-на-Горе! Боль! Мор! О! Я вижу печаль, и скорбь, и плач!
- Не вернуть? - голос Левенхерца внезапно показался необычайно ломким. - Почему? Господин, о какой тьме вы говорите?
- О ночи. Но не о той ночи звезд, которая позволяет читать и узнавать мир. Я говорю о беззвездной ночи. Она придет, и тогда Челюсти Волка выгрызут из Города-на-Горе, что зовется Мидденхеймом, его сердце.
Грубер взглянул на Левенхерца - тот, казалось, собрался уходить, будто уже услышал все, что хотел. - Что нам делать? - прямо спросил Грубер.
- Хватит, - сказал Левенхерц, - господин аль-Азир сказал свое слово. Нам надо идти.
- Никуда я не пойду! - огрызнулся Грубер, стряхивая руку Левенхерца с плеча. - Господин аль-Азир, если вы узнали то, что рассказали нам, вы должны знать больше! Умоляю вас, не останавливайтесь! Что мы можем сделать?
- Грубер, достаточно!
- Нет! Сядь, Левенхерц! Немедленно!
Аль-Азир глазами показал Левенхерцу на подушки, и тот уселся снова.
- Все именно так, как я и сказал. Челюсти не вернуть. Они потеряны для вас навсегда.
Грубер перегнулся через столик к лицу аль-Азира.
- Извините меня, господин, но я - Белый Волк из Белого Отряда, избранник Ульрика. Я знаю, когда битва проиграна, а когда выиграна, но за свое дело я всегда сражаюсь до последнего. Челюсти Ульрика могут быть утрачены нами, они могут никогда не вернуться к Волкам, но я буду бороться… бороться, я сказал! Когда умирает надежда на победу, Волки живут и дерутся до смертного конца! Так скажите мне напоследок: кто тот враг, который победит меня? Как мне узнать его?
Огромный слуга неслышно возник из-за занавеси, встав рядом с хозяином. В его руках был кривой, расширяющийся к концу меч, размером чуть не с Грубера.
Грубер не сдавал позиций. Он положил ладонь на яблоко клинка, заткнутого за пояс, и ни на дюйм не отодвинулся от лица старого крохотного алхимика.
- Скажите мне! Это может и не принести мне добра, как вы можете счесть, но все равно - скажите мне!
Аль-Азир махнул рукой, и слуга с жутким мечом отправился восвояси.
- Волк Грубер, мне жаль тебя. Но я восхищен твоим
символа. Слушай же. Ищи Черную Дверь. Ищи к северу от семи колоколов. Ищи потерянный дым.
Грубер так и рухнул на подушки - это было не совсем то, чего он ожидал. Он чувствовал некоторое оцепенение.
- Ищи…
- Ты слышал его. - сказал Левенхерц, уже стоявший в дверях. Грубер посмотрел в глаза аль-Азира, и их взгляды в первый раз встретились. Старого Волка поразили чистота и задор, которыми светились карие глаза, полускрытые болезненно-желтыми веками. Не раздумывая, Грубер протянул руку и слегка стиснул сухую ладонь старика искренним солдатским рукопожатием.
- Если вы помогли мне, благодарю, - сказал Грубер и вызвал улыбку на губах старого мудреца. Искреннюю улыбку.
- Ты не можешь победить, Грубер. Но постарайся достойно проиграть. И вот еще что: с тобой было интересно поговорить.
Стоя во дворе и натягивая сапоги, Грубер ухмылялся. Левенхерц же, напротив, был хмур и слегка раздосадован.
- Что ты там устроил, а? Ты себя кем вообразил? Есть же обычаи, традиции, ритуалы!
- А, помолчи. Я ему понравился… Сердце Льва.
- Я думал, ты ему кинжал к горлу приставишь, если он не разговорится.
- И я думал, - озорно сказал Грубер, направляясь к воротам. - Но знаешь что? Думается мне, я ему нравлюсь больше, чем ты. Ты так долго крутишься вокруг него со всеми твоими "да, господин - нет, господин", а тут я, простой, невежественный Волк, прихожу к нему, и он говорит мне, что к чему.
- Может, и так… но что у нас есть?
- Наводка, Левенхерц. Ты, вообще, слушал или эту гадость пил? Господин аль-Азир дал нам указание, где искать нашего врага.
- Но он же сказал, что мы проиграем в любом…
Блейден был невысоким, худощавым человеком, немногим выше Кледа, но в отличие от него худ, как щепка. Блейден носил безупречно выглядевший шелковый дублет и диковинные перчатки черной кожи. Он уселся на мягком кресле, напоминавшем трон, которое к тому же стояло на каких-то ящиках. Благодаря этой уловке Блейден мог смотреть на посетителей сверху вниз, но Арик подумал, что это только привлекает излишнее внимание к его тщедушному телосложению. Он не мог сдержать улыбку, увидев, что и конторский стол Блейдена также водружен на ящики, чтобы хозяин мог доставать до него с высокого кресла.
Маленький человечек взял кошель с монетами, переданный ему Гансом. Арик видел, как холодны были глаза Комтура, когда он отдавал сумку. "За это он может и прикончить Аншпаха", - подумал Арик. - Блейден ослабил завязки на кошеле и как-то робко заглянул внутрь, словно ребенок, рассматривающий сладости. На его искаженном, сморщенном лице расцвела довольная улыбка. "Ему, пожалуй, восемьдесят, если судить по седым волосам и восковой коже, - подумал Арик, - и выглядит он как последний конюх. И этот человек тот самый Король Дна, который заправляет преступным сообществом восточного Мидденхейма?"
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
