не светились, желая дать сыну время. Однако сдержать улыбку они тоже не смогли. Они были рады уже услышать голос Даниила. — Как у тебя дела?
— Сойдёт, — раздался такой же тихий и слабый голос.
— Даня, включи, пожалуйста, камеру, — попросил молодой человек. — А то это как-то неправильно. Ты меня видишь, а я тебя нет. Включи камеру. Я тоже хочу тебя увидеть.
— Нет, не сегодня, — отрезал Данил, чем сразу удивил брата и родителей. Они ведь были уверены, что он не станет отказывать Вадиму. Парень опять переглянулся с родителями. Их лица стали какими-то растерянными, а с лиц пропали улыбки. Они начали переживать, что план сына не получится осуществить.
— А что так? — с удивлением в голосе спросил Вадим. Просто так сдаваться он не желал. — Ты не хочешь, чтобы я тебя видел? Я вот хотел бы тебя увидеть, — сказав это, в очередной раз бросил взгляд на родителей.
Молодой человек улыбнулся. Отец и мама, не удержавшись, улыбнулись ему в ответ. Они видели уверенность сына, и она передавалась и им. Надежда, которая начинала таять, вновь вернулась. Родители ведь ещё ни разу нормально не видели Даниила по видеосвязи. А если сейчас всё получится и парень включит камеру, они смогут наконец-то его увидеть.
— Нет, Вадя, конечно, я хочу, чтобы ты меня видел во время нашего общения, — Данил тяжело и как-то грустно вздохнул, — но просто не могу сейчас включить камеру. Я обязательно включил бы её, но…. — он запнулся, заставив брата и родителей напрячься. До них наконец-то начало доходить, что с молодым человеком что-то не так. Его голос был каким-то болезненным и непривычно слабым. Они уже давно не слышали, чтобы у Даниила был такой голос. А тот тем временем продолжал говорить: — Мне сейчас слишком плохо, так что я не буду включать камеру. Как-нибудь в другой раз. Я даже не хочу держать телефон в руках, что уж тут говорить про камеру. Так что я тебя тоже, по сути, не вижу. И не смог бы увидеть, ведь пришлось бы брать телефон в руки, а у меня сейчас нет на это сил.
Вадим только открыл рот, желая спросить, что с близнецом и узнать, почему ему плохо, как отец его опередил:
— Что с тобой? — не выдержав, спросил он.
— Данечка, что с тобой случилось? — подала голос мама, не в силах больше молчать. Она пододвинулась поближе к сыну, чтобы её также было видно в камере, хотя понятно, что Данил даже не держит телефон в руках и её не сможет увидеть. — Почему тебе плохо? Что произошло? Ты заболел?
— О! И вы там… — голос парня оставался таким же. Он даже не стал раздражённым, как было обычно при общении с родителями. Да, было заметно, что голос стал немного удивлённым, но в основном оставался точно таким же.
— Что у тебя произошло, Данил? — вновь спросил глава семейства, подойдя поближе к телефону, чтобы его было лучше слышно.
— Да просто… — по голосу молодого человека стало понятно, что он поморщился. — Проснулся с утра, а голова так раскалывается, словно по ней всю ночь били кувалдой. И меня словно поезд переехал. Всё тело ломит! Знобит, слабость…. Говорю же…. Ненавижу деревню! Мне плохо, а у них даже лекарств нет.
— Если тебе так плохо, Стёпа и Зина должны врача вызвать. Они вызвали врача?
— Не знал, что в деревне есть врач. Я думал, что тут от болезней сразу умирают и в тот же день закапывают в землю, — попытался пошутить Даниил. У него вырвался смешок. Вадим от его слов лишь усмехнулся, но комментировать не стал. — К счастью, тут рядом лес и с этим всё просто. Тут же можно организовать похороны!
— Данил, это не шутки! — голос мужчины стал строгим. Он сложил руки на груди и окинул взглядом жену и сына, которые внимательно наблюдали за ним. — Ты кому-нибудь сказал, что тебе плохо? Тебе уже позвали врача? Вообще…. Ты можешь дать телефон Стёпе или Зине? Я хотел бы с ними поговорить.
— Я не буду вставать, — заявил парень. — И тем более их искать. И да! Я сказал, что мне плохо. И давно это сказал. Ещё утром, когда только проснулся. Вроде врач должен приехать через пару часов. А пока остаётся только умирать….
— Сынок, перестань, — нахмурился Дмитрий Валерьевич. — Если тебе настолько плохо, лучше скажи об этом Стёпе или Зине. Они могут помочь. Что-нибудь придумают, пока врач в пути. Или поторопят его. Мучиться точно не дело.
— Вот-вот, Даня! — поддержал отца Вадим. — Лучше сказать.
— Да, да, разберусь, — им даже не надо было видеть Данилу, чтобы понять, что тот закатил глаза. — Всё. Пока!
— Нет, Даня. Подожди! Не бросай, пожалуйста, трубку, — поспешил сказать брат.
— Что ещё? — молодой человек вздохнул.
— Ты хотя бы в кровати? — уточнила мама. — Тебе лучше сейчас не вставать лишний раз, пока не станет лучше. Когда болеешь, нужно придерживаться постельного режима. Вставать только в крайнем случае. Тем более если тебе настолько сильно плохо, лучше как можно меньше вставать с кровати.
— Конечно же, я в кровати. Где ещё мне быть?! — в голосе Даниила были слышны нотки раздражения.
— Данил, можно же ответить спокойно, — недовольно поморщился глава семейства. — Мы же ведь просто переживаем. Мы волнуемся за тебя и не хотим, чтобы тебе было плохо. Тем более не хотим, чтобы ты страдал.
— От вашего волнения мне ни холодно, ни жарко. Так что не имеет никакого смысла это всё говорить.
— Конечно, сынок, мы понимаем, что тебе от этого лучше не станет, но всё равно не можем оставаться в стороне. Ведь тебе плохо и мы должны хоть что-то сделать, чтобы помочь. Хотя бы что-нибудь посоветовать. У тебя температуры нет?
— Может быть, есть…. — неуверенно проговорил парень.
— Ты не мерил температуру? — заметно удивилась Диана Сергеевна. — Надо же обязательно померить. Симптомы такие, как при температуре. Надо обязательно померить её.
— Нет, я не мерил температуру, — отрезал сын.
— Почему? — теперь удивился отец. — Мама права. Температуру нужно померить. У них нет градусника?
— Этого я не знаю. Но мне его никто не приносил. Мне надо лазить по всему дому и искать градусник?
— Нет, конечно, но… — мужчина запнулся. — Ладно. Ты хотя бы отдыхай. Это уже будет хорошо. Лежи и постарайся не вставать, пока не придёт врач. Кто знает, какие у них там способы лечения.
— Я и не собирался вставать, — фыркнул молодой человек. — Это ты пытаешься меня поднять. «Ты можешь дать телефон Стёпе или Зине?» — повторил он за отцом. — Нет!
— Да, правильно. Просто лежи. Если
