— Послушай, Алекс, если ты расстроилась из-за того, что сказал Ричард, то не волнуйся. У него кишка тонка. Никогда в жизни он не посмеет сделать и десятой доли…
Саймон пытался внести в ситуацию хоть толику здравого смысла. Оторвав лицо от груди Ника, Алекс покачала головой и, задыхаясь, пролепетала:
— Да я не об этом.
— Хорошо, тогда о чем?
Ник ощутил растущее чувство тревоги. Не могла же она в самом деле любить этого болвана? О Господи, только не это! Его внутренний голос говорил, что это ерунда и все его опасения напрасны, но все же оставалась вероятность, что интуиция его обманывает. В конце концов, он уже не раз ошибался насчет Алекс.
Немного успокоившись, она несколько раз глубоко вздохнула и жалобно заговорила:
— Что, черт побери, мне теперь делать? Я уже сказала своей квартирной хозяйке, что выхожу замуж и переезжаю. И на работе все знают. Мне преподнесли свадебный подарок, а теперь придется говорить, что все отменяется, и возвращать эту вазу, и вообще… Все же будут смеяться надо мной! А родители? Мама уже обговорила с викарием дату венчания… О Боже, я этого не перенесу! Просто не перенесу!
И она снова уткнулась в грудь Нику, будто надеясь найти там спасение от своих бед.
Саймон почувствовал, что должен вмешаться, и заговорил — как всегда, тоном благоразумною старшего брата:
— Ради Бога, Алекс, возьми себя в руки. Никто не будет над тобой смеяться. Я уверен, все будут удивляться, как это ты выдержала с этим чудовищем столько времени. Думаю, твои родители обрадуются больше всех. Вряд ли они были в восторге от Ричарда. А что касается квартиры, ты знаешь: я всегда рад приютить тебя. Уверен, Ник потеснится и уступит тебе полкровати, если ты его хорошенько попросишь.
Алекс снова икнула, на сей раз от изумления. Но тут ей пришла в голову новая мысль, и она опять поникла.
— Спасибо. Но вряд ли тебя устроит, чтобы мы болтались в твоей квартире бесконечно — по крайней мере я…
Она замолчала, боясь сказать лишнее. Впрочем, ее опасения были напрасны.
— В самом деле, Саймон, это очень любезно с твоей стороны, но, думаю, мы подыщем себе что-нибудь, как только… э-э… как только позволят средства. — Ник едва смог закончить фразу, так невыносимо ему было говорить о своем финансовом положении. В этот момент он ненавидел себя.
— О, если дело только за этим, мне не о чем беспокоиться! — улыбнулся Саймон. — У Сержа есть знакомые, которые собираются выпускать иллюстрированный журнал. В основном путешествия, экзотика и все такое. Серж показал им твои работы — помнишь, он выпросил у тебя несколько снимков, сделанных в Бали? Потом я дал ему на время твой альбом, чтобы усилить впечатление, в общем, те ребята сказали, это очень и очень интересно. Особенно здорово то, что ты уже много поездил по свету, так что в любой момент можешь дать им подборку фотографий про ту или иную страну. Серж уже договорился о собеседовании, но он уверен, это пустая формальность. Вот прекрасный шанс, как раз то, что тебе нужно! У тебя появится возможность делать то, что тебе нравится, а когда ты не будешь колесить по далям и весям с очередным хорошо оплачиваемым заданием, сможешь подрабатывать у меня. Ну, что ты об этом думаешь?
Саймон походил на фокусника, демонстрирующего публике кролика, которого он только что вытащил из шляпы. Да, а кролик-то был что надо…
— Я… я даже не знаю, что сказать. Это невероятно! — растерялся Ник.
Ничто не могло доставить Саймону такого удовольствия, как бурная признательность людей, о которых он заботился. Лицо Ника расплылось в благодарной улыбке. Саймон молча наслаждался своим великодушием. Правда, был один маленький нюанс: он знал об этом предложении уже несколько недель и специально выжидал подходящего момента, чтобы сообщить эту новость. Саймон был не дурак. Несчастные влюбленные могли воображать, что их чувства — тайна за семью печатями, но он-то прекрасно видел, как они смущались и отскакивали друг от друга при каждой встрече. Эти двое чуть не свели его с ума своими охами и вздохами.
Кроме того, Саймон с Сержем подошли к той стадии, когда мечталось о длинных вечерах вдвоем, с изысканным ужином, задушевными беседами и сплетнями. Само собой, это соображение он держал при себе, предпочитая, как всегда, оперировать необходимым минимумом информации.
Ровный голос Алекс прервал его идиллические фантазии:
— Что ж, это действительно потрясающе. Я очень рада за тебя, Ник.
Как ни взывала она к своим лучшим чувствам, великодушие покинуло ее, и тон получился фальшивым. Не успела она получить мужчину своей мечты, как его вырвали из ее объятий, послали за тридевять земель, чтобы он стал богатым, знаменитым фотографом и, вне всякого сомнения, встретил уйму прекрасных смуглянок по дороге. Она с удовольствием задушила бы Саймона.
Только теперь Ник сообразил все это и беспомощно посмотрел на Саймона, не зная, что сказать. С одной стороны — работа, о которой можно только мечтать, с другой — женщина, которую он любил. Наверняка это можно как-то уладить, но события развивались слишком быстро, и он не успевал ничего сообразить. На его лице отразилось смятение, и Саймон быстро поднял руку, пока он не ляпнул какую-нибудь глупость.
— Спокойно, Алекс. Неужели ты думаешь, что я бросил тебя на произвол судьбы? Думаю, ты можешь писать свои статьи из любой точки земного шара. Твоей колонке это будет только на пользу; кроме того, как только твое имя появится в газете, тебя завалят предложениями. Кто знает, может, ты кончишь советником посла в Пекине. Так что кончай дуться и беги собирать чемоданы.
Что ж, приходилось признать его выигрыш. Едва смея верить, что в этой сказке ей отвели главную роль, Алекс обняла Саймона и улыбнулась, глядя в его родное лицо. Он готов был заплакать от сознания своего великодушия.
— Спасибо. Спасибо тебе за все.
— Да ради Бога. Кстати, чуть не забыл. Серж кое-что передал тебе в дорогу.
Открыв шкаф, Саймон вытащил оттуда крохотное яркое бикини. У Ника глаза на лоб полезли, настолько сексуально оно выглядело. Саймон вручил его Алекс с напускной торжественностью, словно ценный приз и не в тон добавил:
— Он стибрил это на одних съемках. Сразу понял, что эта вещь просто создана для тебя.
Алекс с некоторым подозрением посмотрела на миниатюрное изделие.
— Очень мило с его стороны.
— Правда?
Но Алекс было не так-то просто одурачить.
— К тому же очень умно. Своего рода бесплатная рекламная кампания за границей.
— Верно!
Саймон благодушно улыбнулся. Он был чрезвычайно доволен собой.
— Ладно, пойду сообщу ему хорошие новости. Уверен, он с удовольствием поторопит их с собеседованием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
