В августе 1840 года в пятистах милях к югу от того места, где бриг «Десмонд» потерял два своих вельбота, русский барк «Сарепта» заметил одинокого кашалота. На воду спустили два вельбота, которые, удачно загарпунив кита, начали буксировать его тушу к берегу. Они находились в трех милях от «Сарепты», когда появился большой серый кашалот. Он на огромной скорости проплыл примерно милю между «Сарептой» и вельботами, буксировавшими убитого кита, потом вынырнул из воды и с оглушительным шумом упал на брюхо. После этого кашалот начал атаку на вельботы. Первый он ударом головы разбил в щепы. Потом стал атаковать второй вельбот. Старшина этого вельбота, поняв намерение кита, успел поставить свое судно за тушу убитого кашалота. Атака не удалась. Гребцы, перерезав гарпунный линь, налегли изо всех сил на весла и бросились искать спасения на «Сарепте», которая медленно кружила вокруг убитого кита. Но серый кашалот не отходил от добычи русских китобоев, он охранял ее. Решив не испытывать судьбу, моряки ушли на юг. Через два дня американский китобоец с острова Нантакет заметил загарпуненного кашалота и приступил к разделке его туши.
В мае 1841 года китобоец «Джон Дэй» из Бристоля промышлял китов в районе Южной Атлантики, между мысом Горн и Фолклендскими островами. В тот момент, когда на судне варили китовый жир только что разделанного кита, в ста метрах от борта из глубины всплыл на поверхность гигантский кашалот серого цвета. Он почти полностью выскочил из воды, постоял несколько секунд на хвосте и с оглушительным шумом упал на волны. У борта «Джона Дэя» стояли три вельбота. Кашалот, отплыв на несколько сот метров, казалось, поджидал их. Первому помощнику китобойца удалось на своем вельботе подойти к кашалоту со стороны хвоста и точно бросить гарпун. Раненый кит устремился на глубину, со свистом из бочки выметывался линь, потом резкий рывок — и вельбот со скоростью почти 40 километров помчался по волнам за китом на буксире. Кашалот тащил вельбот три мили, потом остановился, всплыл на поверхность и, сделав поворот, бросился в атаку на китобоев. Старший помощник, командовавший вельботом, дал команду грести назад. Но было уже поздно: кашалот, хотя и не успел нанести точный удар головой в днище вельбота, опрокинул его вверх килем и двумя-тремя ударами хвоста превратил его в груду плавающих щепок. При этом два китобоя были убиты, остальные плавали среди обломков вельбота. Кашалот отплыл на сотню метров и ждал. Но капитан «Джона Дэя» не намерен был выпускать из рук такой добычи, он послал к месту поединка еще два вельбота. Гребцам первого из них удалось поднять с поверхности воды плававший линь, прикрепленный к рукоятке торчавшего из спины кашалота гарпуна. Почувствовав боль, кит снова устремился под воду. Через несколько секунд он вынырнул точно под днищем третьего вельбота, с которого готовились бросить второй гарпун. Головой кашалот поднял вельбот из воды на пять метров. Каким-то чудом все гребцы остались целы, но сам вельбот упал носом в воду и затонул. Капитан «Джона Дэя» решил больше не рисковать, он приказал командиру второго вельбота перерезать линь и спасать гребцов разбитых вельботов. Когда мокрые, обессиленные, полные ужаса китобои поднялись на борт «Джона Дэя», исполинский серый кит все еще находился на месте схватки.
В октябре 1842 года близ восточного побережья Японии была атакована большим серым кашалотом шхуна прибрежного плавания. С грузом леса во время шторма ее вынесло в океан. Когда она возвращалась к берегу, в двух милях появился кит. Он нырнул на глубину, всплыл через тринадцать минут на поверхность и устремился ей вслед со стороны кормы. Удар головой оказался столь сильным, что шхуна фактически лишилась кормы. Взяв в пасть несколько досок обшивки, кашалот медленно поплыл влево. Судно стало наполняться водой. Команда шхуны успела соорудить из бревен, которыми были наполнены трюмы, плот. Благодаря грузу леса судно осталось на плаву, хотя сидело в воде по верхнюю палубу. В это время к шхуне подошли три китобойных судна: шотландский «Чифф», английский «Дадли» и «Янки» из порта Нью-Бэдфорд. Их капитаны решили покончить с китом-разбойником, навсегда избавиться от Моча Дика. Китобои приняли решение разойтись в разные стороны и держаться в пределах видимости, пока кашалот не вынырнет на поверхность. Ждать им не пришлось: кит появился тут же. Он вынырнул из воды в миле с наветренной стороны и несколько секунд стоял вертикально на хвосте. Потом он со страшным шумом и всплеском упал плашмя на воду и снова нырнул. Тут же к этому месту устремилось шесть вельботов, по два с каждого китобойца. Через двадцать минут кашалот вынырнул снова. Он рассчитывал головой разбить вельбот, ударив его из-под воды. Но опытные гарпунеры, заметив в воде тень кашалота, отошли назад. Кит промахнулся и через минуту получил в спину гарпун. В течение пяти следующих минут он не подавал никаких признаков жизни, уйдя под воду на два десятка метров. К вельботу с китобойца «Янки» подошли другие вельботы, их гарпунеры держали наготове свои смертельные копья. Внезапно кашалот снова появился на поверхности воды, ударом хвоста он разбил в щепки вельбот шотландцев и, сделав мгновенный поворот, бросился на английский вельбот. Но его командир успел дать гребцам команду «табань»: вельбот пошел назад, и кашалот промчался мимо, не задев никого. За ним на лине пролетел вельбот с «Янки». Опять сделав резкий рывок в сторону, кит перевернулся на бок и, к ужасу всех, кто находился рядом, взял в свою пасть вельбот англичан. Подняв из воды голову, кашалот стал мотать ею из стороны в сторону, словно кот, держащий во рту мышь. Из-под огромной нижней челюсти кита в воду посыпались обломки дерева и изуродованные останки двух моряков, которые не успели вовремя прыгнуть в воду. Потом кит, взяв разбег, головой ударил в борт полузатопленной, покинутой людьми шхуны. Над океаном раздался треск ломающихся досок обшивки и бревен, уложенных в трюме судна. После этого кит скрылся в волнах.
На борту шотландского китобойца оказывали помощь пострадавшим, когда кашалот снова появился на поверхности океана. Он пытался головой нанести удар в днище китобойца «Чифф», но промахнулся. Выныривая из воды, он своей спиной содрал медную оковку с форштевня и снес бушприт вместе с утлегарем. После этого кашалот отплыл несколько сот метров на ветер, остановился и стал наблюдать, как три китобойца, подняв паруса, ушли в океан подобру-поздорову.
Американский китобоец «Покахонтас» из Виньярд-Хавен следовал к мысу Горн, чтобы начать охоту на кашалотов в Тихом океане. Судно находилось у берегов Аргентины, когда на рассвете заметили большое стадо китов. Через час два вельбота начали охоту. Один гарпун попал в цель-линь за раненым китом ушел под воду. Кашалот вскоре всплыл и застыл на поверхности океана. Помощник капитана подвел вельбот почти вплотную к киту и приготовился метнуть второй гарпун. В это время кит внезапно перевернулся на бок, широко открыл свою пасть, схватил вельбот и перекусил его надвое. Люди пытались увернуться от смертоносных челюстей и плавников кашалота. Двое из них были сильно ранены. Второй вельбот устремился на помощь. Но кит не уходил, он кружил близ обломков разбитого суденышка. Второй вельбот доставил пострадавших на китобоец. Это заняло почти два часа. В течение этого времени кашалот продолжал кружить на том же месте, время от времени хватая своей пастью весла, мачту и большие обломки досок. Остальные киты сгрудились в круг и наблюдали за своим собратом. «Покахонтасом» командовал Джозеф Диас, 28-летний моряк по кличке «мальчик-капитан». Несмотря на мольбы раненых и уговоры старых китобоев, он не захотел оставить в покое кита-агрессора и решил атаковать его не вельботом, а судном. «Покахонтас», сделав маневр парусами, направился к киту. На баке судна с гарпунами и острогами сгрудились матросы в ожидании встречи с китом. Перед самым форштевнем «Покахонтаса» кит увильнул в сторону, правда, один из гарпунов вонзился ему в спину. Капитан Диас лег на другой галс и снова повел свое судно на лежавшего на воде кашалота. Китобоец имел при легком бризе ход в два узла. Когда расстояние между судном и китом сократилось до ста метров, кит сам бросился в атаку. Скорость его была в два раза выше. Удар пришелся в правую скулу корабля, послышался треск ломающихся досок обшивки, ниже ватерлинии образовалась пробоина. Команда начала откачивать воду помпой. Однако, несмотря на непрерывную работу матросов, трюм наполнялся водой. Дело начало принимать крутой оборот: до ближайшего порта (Рио-де-Жанейро) было 750 миль.
