кровью обливалось от мыслей о том, сколько опыта я тут теряю. Эх, вот была бы возможность этот опыт закатать в консервы, я бы тут устроил тотальную зачистку местности. Но не судьба. Видимо, у местных слишком большой запас положительной кармы.
И тут моё сознание будто молния пронзила. Карма! Я вспомнил о ней. И вспомнил о том, что получал какие-то уведомления от Системы о положительной и отрицательной карме. Я начал лихорадочно искать записи в своей записной книжке и наткнулся на документ без названия с текстом этих сообщений. А прочитав его вспомнил, что хотел ещё добавить к тексту свои мысли о возможном стирании памяти. Но не успел, потому что эту самую память мне стёрли.
И сейчас я даже не был уверен, является ли эта амнезия действием Системы, или мне просто в очередной раз выполнили желание за счёт очков кармы. Добавив к тексту свои мысли, я назвал документ «Карма» и скопировал его в корневую папку, чтобы не забыть. А если забуду, чтобы вспомнить.
Путь по подземным коридорам был неблизким и нелёгким. Несколько раз меня начинали преследовать грозовые архонты, поливающие молниями. Я же в ответ лишь ускорялся, игнорируя пронзающие меня вспышки боли. Благодаря устойчивости к свету, молнии уже не так сильно доставали меня, и я сохранял контроль над своим телом. А мазохизм и вовсе позволял ощутить, что эти удары и не удары вовсе, а так — лёгкие эротические домогательства. Похоже, крыша у меня таки съехала.
Как правило, архонты были территориальными животными, а потому переставали преследовать меня, когда я убегал достаточно далеко от места встречи. А одного особо настырного грозового архонта, который всё никак не хотел отвязаться, поймали и замочили водные архонты, в толпу которых он по дурости влетел. Ну, зато я, наконец, понял, что значит слово «замочить».
Добравшись до окрестностей колодца, ведущего на поверхность, я облегчённо вздохнул. Как оказалось, зря. Прямо на моих глазах парочка ничего не подозревающих огненных архонтов выплыла в большой зал, где их атаковал десяток порождений тени. Расправа была настолько стремительной, что жертвы не успели даже толком начать сопротивляться.
Похоже, без руководства высшего архонта его бестолковые сородичи решили захватить новые территории, не подозревая о грозящей им опасности. И поскольку никто не вернулся, чтобы рассказать о ней, все последующие искатели приключений рвались вперёд, мечтая о небесном рае, из которого никто не хочет возвращаться в их отвратительный подземный ад.
Обдумав ситуацию, я рванул к колодцу со всех тентаклей. Чем больше пройдёт времени, тем больше порождений тени выберется на верхние уровни, чтобы перекусить халявной жрачкой. Так что мне следовало или пробиваться на поверхность сейчас, или ждать тут сотню лет, пока всё успокоится. Можно, конечно, было попробовать найти путь на поверхность, которым пользовались сами архонты, но там мне будет ещё сложнее пройти, особенно с учётом того, что я не должен набирать опыта. То есть не должен никого убивать.
Путь по колодцу наверх оправдал мои наихудшие ожидания. «Червячки» тут кишмя кишели. И каждый из них торопился оторвать от меня кусочек. А я не мог их убивать, потому что за каждого червяка давали по 500 опыта. Вот куда нужно было идти вместо огненной горы. Правда, не факт, что я смог бы тут хоть кого-то убить, не имея ядовитого тумана и поглощения тьмы.
В конце концов, поток фанатов, жаждущих моего тела, так мне надоел, что я начал передвигаться по колодцу прыжками. Это было куда быстрее, чем просто ползти по стенке подобно улитке. А так я прыгал, пронзал стенки колодца тентаклями, подтягивался, отталкивался и опять летел в следующем прыжке.
Параллельно я отбивался от сотен порождений тени, которые хотели меня сожрать. Самых ретивых я скидывал в бездонную пропасть. Хорошо хоть с моим запасом тьмы я мог создать больше пятисот тентаклей. Этого с запасом хватало на то, чтобы отбить все поползновения в мою сторону.
Червяки были на удивление тупыми. Они всегда бежали в мою сторону, не пытаясь действовать на упреждение. Поэтому я и выбрал вариант с прыжками. Увидев, что я «приземлился» на одной стороне колодца, все преследователи направлялись туда, в то время как я прыгал на противоположную сторону — в то место, где оставались только самые тормознутые из этих тварей. Если же предполагаемая точка приземления уже была занята, я телепортировался на полсотни метров вверх с помощью прыжка через тьму.
Благодаря такому необычному способу перемещения, 200 километров вертикально вверх я смог преодолеть всего за час. И под конец своего путешествия я мог видеть, как глубоко внизу подо мной стены колодца в три слоя покрывает толпа порождений тени, желающих сожрать меня. К счастью, они не могли поддерживать высокую скорость перемещения постоянно, так что догнать меня у них не вышло.
Под конец я и вовсе оторвался от преследователей, перейдя на передвижение вдоль одной стенки. Я перебирал тентаклями, которые втыкал в камень на глубину более полуметра. Стена от такого обращения трескалась и крошилась, но мне на это было наплевать. Не думаю, что мне придётся ещё раз проходить по этому маршруту.
Выбравшись на верхние уровни, я побежал по извилистому пути, по которому раньше пробирался отряд жуков. Путь был не самым прямым и местами довольно узким. Но другого я не знал, так что пришлось бежать по нему.
Идея искать новый путь в этом хитросплетении ходов и тупиков была не самой удачной. Ведь по пятам за мной бежали тысячи и миллионы порождений тени. Хорошо хоть мне удалось оторваться от них достаточно, чтобы они потеряли меня из виду. Это заставило преследователей разбежаться во все стороны.
Это с одной стороны улучшило мою ситуацию, а с другой ухудшило. Пару раз я натыкался на группы червяков, которые начинали бросаться на меня с особым остервенением. Но мне удавалось уходить от них телепортацией «за угол». А в одном месте, где нужно было свернуть с широкого прохода в узкий лаз, я с ужасом увидел, как из этого лаза черви прут просто потоком, занимая его целиком и полностью.
Хорошо хоть эта «пробка» оказалась толщиной меньше пятидесяти метров, так что мне удалось преодолеть её с помощью прыжка через тьму. Но после этого за мной увязалось несколько сот преследователей, отвязаться от которых мне так и не удалось до самого конца.
Чем дальше я убегал от колодца, тем более «рассеянными» становились порождения тени. Время от времени они останавливались и «теряли ориентацию в пространстве». Одни начинали кружить на месте, другие ударялись
