на символическую гору, на которую необходимо взбираться под руководством Сатаны. Однажды достигнув вершины, они окажутся повешены, тела же их будут сброшены с горы, однако инициаты должны безоговорочно верить обещанию Сатаны, что переживут это испытание. Затем, согласно Нагловской, в самый момент падения их религиозное служение прекратит быть сатанинским и станет божественным; и таким образом, послужив Сатане, они начнут служить Богу и поймут, что обе их службы есть одно и то же.
В процессе восхождения на гору посвящённые должны были выдержать ряд испытаний, каковые, как указывала Нагловская, исходят от Бога, а не от Сатаны. В ходе этих испытаний они также сталкиваются с женским полом, чья задача помочь им одержать победу над самими собой и своими страхами. Женщина способна сделать это, благодаря определенной позиции по отношению к мужчине и посредством особых ритуалов, описанных Нагловской в её книгах.
Лучше всего Мария Нагловская известна благодаря своей публикации книги Паскаля Беверли Рэндольфа Magia Sexualis. Вследствие этого, а также потому, что лишь очень небольшое число людей осведомлено об остальных её книгах, она зачастую рассматривается как ученица Рэндольфа. Однако это определённо не так. Прежде всего, они жили и работали в разных странах. Также совершенно неизвестно, как и благодаря кому Нагловская познакомилась с учением Рэндольфа. Сама она писала лишь, что приобрела его манускрипт в Париже в апреле 1931 года и что Magia Sexualis основывается на собрании его мало читабельных рукописных заметок. Эвола, тем не менее, видимо, был убеждён, что Нагловская переработала исходный материал, добавив свои собственные идеи. Саран Александрин, глубоко изучавший её наследие, считает вероятным, что она «всецело переработала» учение Рэндольфа, «расставив собственные акценты», однако — подчёркивает он — не искажая его магической доктрины. Более того, согласно Александрину, «её перевод определённо превосходит оригинал, который она привела в порядок, дав ему жизнь». Сама же Нагловская заявляла, что «свет, озаривший меня, — это не тот же самый свет, что воссиял на Рэндольфом»: она упрекает его за «индуистское идолопоклонство» и ошибочную космологию. Не менее важно и то, что сексуальные ритуалы Марии Нагловской являлись, в чём мы убедились, частью того, что она рассматривала как сатанинскую религию, каковая не имела к Рэндольфу никакого отношения.
Её первой книгой после Magia Sexualis стал роман, намного лучше характеризующий её более поздние интересы. Он получил название Le rite sacre de Гатоиг magique (Священный ритуал магической любви). Подзаголовок гласил «Aveu» («Исповедь»): не исключено, что произведение содержало какие-то автобиографические элементы. Роман рассказывает историю молодой дамы по имени Ксенофонта, которая живёт в замке в горах Кавказа, дав обет Сатане, упоминаемому как «Хозяин Прошлого». Однажды её изнасиловал жестокий казак Миша, каковой, тем не менее, в конце концов, оказывается спасён благодаря её чистоте. Здесь мы уже сталкиваемся с одной из центральных эзотерических идей Нагловской: подлинно чистая женщина, которая посвятила себя высшей Силе (Сатане) и не желающая ничего для себя, способна спасти даже самого неистового мужчину и превратить его в мудреца. И сделать это она может, удовлетворяя его плотские желания. Фактически, не на Мише, но на Ксенофонте лежит вина за изнасилование: она соблазняет его своей застенчивостью, и единственный способ для неё спасти Мишу — это полностью открыться ему. Нагловская также пересказывает историю об Адаме, вкусившем яблока — сексуальная метафора, — кое принесло погибель человечеству: «И чтобы более не подчиняться голосу женской пещеры [т. е., её сексуальной притягательности] он [Адам] наложил на неё печать в виде первого одеяния [т. е., фиговый листок]. Он сказал Еве: «Сокрой себя от меня, ибо ты есть искушение». Роман содержит приложение, посвящённое доктрине Нагловской о трёх эпохах человечества: эпоха отца (представленная иудаизмом), эпоха сына (воплощением коей был Христос) и грядущая эпоха Матери, эпоха спасения посредством женской сексуальности, вестницей каковой, по её убеждению, она выступала.
По существу ее доктрина сводится к смене эонов о которых умоминали многие знаменитые мистики в ряду которых стоят гностики, Иоахим Флорский и Алистер Кроули. По сути она выглядит следующим образом.
Божество троично: Отец, Сын и Мать. Отец есть отправление или падение. Начало плана разделения и умножения. Сын есть воспоминание и Воля универсального всеобщего воздаяния, Он борется с противником единосущном его натуре — Сатаной. Мать есть возвращение к началу после окончательной битвы и примирение в Сыне двух противоположенных натур — христианской и сатанинской. Сын отделен от Отца и разделяется надвое. Он двойственен. Мать происходит от Отца и от Сына и содержит их обеих. Она тройственна. Лишь Отец однороден. Три аспекта Троицы — Отец, Сын и Мать — последовательны во времени, но одновременно в их вечном присутствии в сферах, не затронутых планом разделения и умножения. Отец есть мужской принцип, который воплощает акт отрицания Единого Разума. Это телесная любовь. Сын есть принцип второго отрицания, когда тело отталкивает тело, это любовь к нереальному, любовь неоплодотворенного сердца. Сын не является ни Мужчиной, ни Женщиной. Он находится за пределами их Божественности. Мать — есть восстановление мужского принципа в обратном смысле. Она утверждает Единый Разум и Любовь, отделяясь от тела. Она направлена на духовную реализацию. Она утешает и прославляет Сына, поскольку она воплащает во множественной жизни, его мечту о возвышенной чистоте. Мать останавливает битву между Христом и Сатаной, возвращая эти противоположенности на единый путь вознесения. Мать наследует Отцу и Сыну во времени, потому что отрицание превращается в утверждение посредством второго отрицания. Когда миссия Матери выполнена, начинается миссия Отца, и так три аспекта Божественной Троицы повторяются беспрерывно.
В человеческой истории три Божественные фазы отражаются в трех типах религии: иудаизме, христианстве и Религии Третьей Эпохи Марии Нагловской. Символ иудаизма — жезл, скрытый в ковчеге. Его мораль покровительствует воспроизводству рода. Символами христианства являются одновременно крест и меч. Сутью христианства является презрение к полу и отрицание жизни. Поклонники Сатаны — обожествляют чрево женщины и в тайных оргия поддерживают движение вперед. Белая Месса дополняется Мессой Черной, в коей восстанавливаются энергии тела. Символом Религии Матери является стрела направленная к небу. Она устанавливает Золотую Мессу, прославляющую подлинную Любовь, во имя свободы духа.
Во второй и третьей книгах, посвящённых сексуальности, La lumière du sexe (Свет секса) и Le Mystère de la pendaison (Мистерия повешенного), Нагловская объясняет цель своей религии: она состоит в искуплении Духа Зла, не сражаясь с ним, но очищая и усмиряя его посредством
