Читаем без скачивания Квест - Борис Акунин

— Смотри, это колокольня! — воскликнула Зоя.

Над укутанной в темноту землей сиял ало-золотой крест. Это несомненно и был Спас-Преображенский храм.

В Загорье еще спали, что было кстати. Странная троица вызвала бы у деревенских любопытство, а то и настороженность. У околицы, правда, встретился пастух, выгонявший в луга десяток костистых коров. Он почтительно посмотрел на людей в кожаных доспехах.

— Вы, извиняюсь, из района будете? Уполномоченные?

— Иди куда шел, — грозно сказала Зоя.

— Иду-иду.

Мужичок снял кепку, поклонился и погнал свое маленькое стадо от греха подальше.

Дальнее мерцание креста и предвкушение открытия взволновали Гальтона, он был заранее готов восхититься чудесным храмом, но вблизи церковь выглядела неказисто. Размерами не впечатляла, стены были грязно-белые, синие купола облезли, а на первом этаже висела большая жестяная вывеска «Колхозная столовая». Норд почувствовал разочарование.

Но княжна рассматривала храм с восхищением.

— Какой чистый образец допетровского зодчества![104] — сказала она. — Какие строгие, изящные линии! Каноническое пятиглавие, шатровая колокольня! А как живописен лестничный всход!

Каменная лестница,[105] ведущая во второй ярус церкви, действительно, была самым парадным элементом постройки. Вероятно, в прежние времена по этим широким ступеням поднимались пышные свадьбы, а в престольные праздники златоризные попы торжественно начинали отсюда крестный ход, но теперь церковные врата были наглухо закрыты и покрыты ржавчиной, а из щелей меж камнями лезла трава.

— К черту ваши архитектурные восторги. — Айзенкопф разглядывал компас. — Обращаю ваше внимание на то, что не только церковь состоит из трех «ступенек», но колокольня тоже трехъярусная, причем грани ее шатра точно ориентированы по сторонам света. Может быть, это имеет значение?

По пути Гальтон рассказал немцу всё, что узнал от Громова, и биохимик тоже преисполнился энтузиазма.

— Давайте пошевеливаться, пока деревня не проснулась!

Он моментально сковырнул с двери замок, и члены экспедиции вошли в так называемый «верхний храм», который, очевидно, давно уже был заброшен. С пыльного иконостаса печально смотрели бородатые святые, которые в новой жизни были никому не нужны. С «Царских врат» кто-то соскреб всю позолоту. От люстры остался крюк на потолке. Ни окладов, ни светильников, ни утвари. Грязь, надругательство, запустение.

Айзенкопф деловито огляделся.

— Предлагаю разделиться. Я осмотрю третий ярус церкви. В «конструкторе» у меня есть превосходный пустотоискатель, проверю полы и стены. А вы идите вон в ту дверь и поднимайтесь на колокольню, поищите там. Учтите, Норд, что под «третьей ступенью» может подразумеваться и третья сторона света, то есть запад. В христианской традиции начинают считать с востока.

Честолюбивый немец рассчитывал найти тайник сам, поэтому и отправил остальных на поиски в бесперспективное место. Что искать там нечего, стало понятно, как только доктор с княжной поднялись по лесенке на самый верх. Тайнику здесь укрыться было негде. Сверху — сужающаяся кровля, колокола сняты, в стенах со всех сторон сторон зияют пустые проемы.

— Встань мне на плечи и погляди, что под куполом, — для очистки совести велел Гальтон.

Сняв башмаки, княжна вскарабкалась на него и долго всматривалась в сумрак. Норд тоже задрал голову, но обнаружил, что с его позиции подкуполье совсем не видно, зато открывается зрелище гораздо более волнующее.

— Ничего там нет. Перекладина, и на ней ворона спит, — сообщила наконец Зоя и строго прибавила. — Перестань глазеть мне под юбку. Сейчас не место и не время! Нет, лучше уж воспользуюсь приставной лесенкой.

Она спрыгнула на пол и взяла прислоненную к стене стремянку.

— Иди отсюда, поищи где-нибудь еще. Ты меня только отвлекаешь!

— Хорошо…

Вздохнув, Гальтон спустился и сел внизу парадной лестницы. Оживление пропало. Он уже чувствовал, что никакого тайника они здесь не найдут. Громов с ОГПУ наверняка обшарили и третий ярус храма, и всю колокольню. Неужели импульсивная высадка на станции была ошибкой? А как же судьба?

Он рассеянно смотрел, как луч восходящего солнца медленно ползет по каменным плитам: подобрался к лестнице, вызолотил нижнюю ступень, потом вторую, перебрался на третью, посверкал пылью на носке сапога…

Что это вырезано на камне?!

Доктор дернулся и наклонился.

Ничего.

Показалось?

Он снова выпрямил спину — и отчетливо увидел процарапанные на третьей ступеньке буквы K S. Если б Гальтон не сидел там, где он сидит, а сбоку плиту не подсвечивал косой солнечный луч, разглядеть литеры было бы совершенно невозможно.

Спокойно, спокойно, сказал себе Гальтон. Мало ли кто и зачем начертил здесь надпись. Может, какой-нибудь мальчишка, от безделья.

Однако ступенька была третья, храм назывался Спас-Преображенским, деревня — Загорьем. А на тайнике в Английском клубе тоже были вырезаны буквы, хоть и другие.

Сев на корточки, доктор принялся ощупывать ступеньку дюйм за дюймом.

Сверху обнаружить что-нибудь примечательное не удалось.

Стал смотреть сбоку.

Слева обычный стык между плитами. Никакого зазора.

Справа… Между стенкой и ступенью зачем-то проложен старый кирпич, словно узкая заплата. А нельзя ли его вынуть?

Щели были плотно забиты слежавшейся пылью и грязью. Гальтон достал складной нож, начал прочищать пазы. Сначала дело шло со скрипом (и препротивным), но чем глубже проникало острие, тем легче оно двигалось. Кирпич то ли вовсе не был прихвачен раствором, то ли раствор давным-давно утратил цепкость. Через минуту-другую вставку уже можно было пошевелить. Норд замычал от нетерпения, заработал ножом с утроенной скоростью.

Поддел лезвием кирпич, подцепил ногтями. Под ступенькой открылась прямоугольная впадина глубиной в полфута.

— Сюда! Сюда-а-а-а!!! — закричал Гальтон. — Нашел!!!

В деревне, словно откликаясь, закукарекал петух. Потом второй, третий.

Сверху по лестнице сбежали Айзенкопф и Зоя.

Дрожащим пальцем доктор указывал в отверстие. От возбуждения он не мог выговорить ни слова. Но всё было понятно и так.

Присыпанные кирпичной крошкой, в тайнике стояли три стеклянных пузырька, а рядом лежала плоская серебряная шкатулка.

Какое-то время члены экспедиции в оцепенении разглядывали находку.

Первым опомнился Айзенкопф. Оглянувшись на просыпающуюся деревню, он сказал:

— Берите всё, что там есть, и уходим! После разберемся.

Так и сделали.

Шкатулку взял Гальтон. Пузырьки, словно бесценное сокровище, прижала к груди княжна.

Быстрой походкой они пошли прочь от церкви.

— К реке! — показал доктор на зеленевшие вдали кусты.

Не утерпев, он и Зоя побежали вперед. Сзади, обливаясь потом, волок свой конструктор Айзенкопф.

Начали со шкатулки. В ней лежали два золотых кольца и старинные часы.

— Венчальные, — сказала княжна, повертев кольца. — У моей бабушки было почти такое же.

Гальтон разглядывал серебряную луковицу с циферблатом.

— Хм, это не часы… Похоже на компас. Стрелка указывает все время в одном и том же направлении…

— Нет, не компас, — сказал биохимик. — Север вон где, а эта стрелка показывает на юго-юго-восток.

— Что же это за прибор?

Зоя осторожно поставила рядом три флакона.

— Может быть, ответ в одном из них?

Бутылочки отличались цветом, и жидкость в них тоже была разная: в склянке обычного стекла — прозрачная, в склянке синего стекла — зеленая, в склянке красного стекла — красная.

— Пробовать буду я, — заявила княжна. — Хватит Гальтону рисковать.

— Нет я! — отрезал доктор.

Оба посмотрели на биохимика. Тот рассудительно молвил:

— До сих пор Норд ни разу не ошибся. Я за него. Два голоса против одного. Вы победили, Гальтон. Поздравляю. Мобилизуйте всю свою интуицию и логику. Обидно будет вас потерять, когда мы настолько приблизились к тайне.

НА ЭТОТ РАЗ НУЖНО ВЫБРАТЬ ОДИН ПУЗЫРЕК НЕ ИЗ ЧЕТЫРЕХ, А ВСЕГО ЛИШЬ ИЗ ТРЕХ.

ЦЕЛЬ СОВСЕМ БЛИЗКА, НЕ ОШИБИТЕСЬ!

ПОСЛЕДСТВИЯ НЕПРАВИЛЬНОГО ВЫБОРА БУДУТ НЕОБРАТИМЫ…

ВОСПОЛЬЗУЙТЕСЬ ПОДСКАЗКОЙ CODE-4 — ЭТО СПАСЕТ ВАМ ЖИЗНЬ. И, МОЖЕТ БЫТЬ, НЕ ТОЛЬКО ВАМ...

КАКУЮ ИЗ БУТЫЛОЧЕК ВЫ ВЫПЬЕТЕ?

Level 5. Заповедник

— какую выбрать?

Гальтон понюхал пробки.