Командир телохранителей усмехнулся и тряхнул головой, будто прогоняя наваждение:
– Всех позже в Совет пришел председатель Тоолис, сто восемьдесят лет назад, остальные советники около трехсот лет занимают кресла в Совете и заменить их невозможно.
Я села на стул и достала из сумки сигареты, мужественно игнорируя удивленные взгляды присутствующих. А, пусть идут куда подальше, мне нужно нервы успокоить, я вот сейчас еще и коньяка напьюсь, чтоб забыть о завтрашнем издевательстве.
– Исиан, в вашем возрасте вы должны бы уже знать,– заговорила я спокойным и равнодушным голосом,– что не заменимых людей или эльфов не бывает и бессмертны в нашем мире только боги.
– Я не понимаю вас… И понимать не хочу!– чересчур поспешно ответил тот и отвернулся от меня.
Я окинула беглым взглядом остальных потупившихся телохранителей и вернулась к их командиру, нервно мнущему дверную ручку.
– Не сумели?– высказала я предположение. Эльф повернулся ко мне вполоборота и сквозь зубы заученно процедил:
– Не понимаю о чем вы!
Да, не сумели… Поодиночке убирать Совет нет смысла, а всех разом – очень сложно.
– У вас появился такой случай,– недоуменно пожала я плечами,– члены Совета замешаны в заговоре против короля. Действуйте!
– У нас нет доказательств.
– Ну, так сделайте их!– взорвалась я.– Они подтасовывают факты и события и обходят вас как младенцев, а вы сидите и сопли на кулак наматываете!
– С возвращением, госпожа Лацская! А я все думал, когда вы очнетесь?– шутливо поаплодировал мне Исиан и совершенно другим, очень серьезным, тоном добавил:– Если вы сможете сместить Совет или хотя бы очернить его, я первый преклоню перед вами колено…– Вдруг он умолк и, указав рукой на своих подчиненных, исправился:– Мы все преклоним.
Глядя в спины уходящих эльфов, я чувствовала, как помимо воли начинаю улыбаться от предвкушений:
– Вас никто за язык не тянул!
Сказать было легче, чем сделать. У моих противников были очень убедительные доводы, а у меня лишь собственные показание, которые, конечно же, суд пропустит мимо ушей. Ну не любят эльфы людей!
Все документы, добытые мною: дневник целительницы, отчет гнома-шпиона, записи из лаборатории находились у короля. Нет, я, конечно, доверяла ему, но сейчас у него на руках висит гирей доченька, и у меня нет и тени сомнения, что если потребуется ее выгородить, все бумаги исчезнут.
А вот за меня некому вступиться, ведь тех, кто мог бы свидетельствовать в мою пользу на суде не будет. Лиссу просто старшие не пустят, они и так достаточно засветились. Впрочем, если подумать, сколько всего лишнего она может рассказать, то пускай лучше действительно сидит дома.
Ирис тоже не приедет, пока Фрэй не получит официальных извинений, о сотрудничестве и речи быть не может. А извинений не будет, иначе придется признать, что орден совершил преступление, а так все можно свалить на одиночку, а за изгоев страна ответственности не несет.
Ну, об Эребе лучше совсем не упоминать, иначе в мой «послужной список» еще добавят и соучастие в попытке убийства Владыки.
Малик вообще ничем не может мне помочь, разве что подтвердит, что я действительно находилась в кавусе. Вот и все мои свидетели. Да-а-а, мрачный расклад получается…
За себя я не переживала, что-то подсказывало, что никаких жестких репрессий не последует, так попугают для порядка, ну опозорюсь в очередной раз перед семьей (мне не привыкать), но чтоб меня осудили на ссылку!.. Король не позволит так унизить свою спасительницу. Этот эльф старой закалки и слово «честь» для него не пустой звук. Так что можно успокоиться: эльфы слегка подчистят свои ряды; alfilants в очередной раз убедятся, что хоть им и нужны «младшие», но лучше дружить на расстоянии; мне вручат перечень моих проступков и глупостей, потребуют с Академии административного наказания и возможно, лишат права на въезд в Бэл'Лион.
Обидно… Очень обидно! Можно было бы махнуть на все рукой и пусть живут дальше как хотят, но это все равно, что утереться после плевка, да еще и поблагодарить за оказанную честь. Не-э-эт, господа хорошие, меня не так воспитали!
Перед глазами вновь встали строки из дневника целительницы, а память, как бы глумясь, подкинула еще и одно из высказываний Владыки: «Всех мелких сошек почти переловили, а организаторы уйдут и лягут на дно… чтобы вернуться лет так через пять». И он был прав, раз однажды орден начал успешно действовать, то все может повториться.
«Да пусть действует!»,– скажете вы.– «Их же предупреждали, а ты что могла, сделала!».
Ваша правда, и я бы наплевала на эльфийские проблемы… раньше. До того как узнала госпожу Зельфиль, Кариль… Оссолоэта. А теперь не могу… Не знаю почему… Не могу и все! В дальнейшем эльфы пусть обходятся без меня, но ордену я все-таки хвост прижму… Даже если для этого потребуется спровоцировать их на очередное убийство себя любимой! Но эти гады у меня еще попляшут!
Такие разносторонние мысли преследовали меня остаток дня. Злость и жажда мщения чередовались с отчаяньем и апатией. Еще сильнее меня удручило поведение правителей. Шеолмин вообще ко мне ни разу не заглянул, прислав узнать о моем здоровье слугу. Вирдирион так же больше не объявился, от него приходил Зоррвиэль, забрал принесенную его правителем ранее папку и, узнав, что ничего нового по имеющимся фактам я сообщить не могу, сразу же исчез. Похоже, все уже забыли, что только вчера я умирала. Или же грядет что-то судьбоносное, по сравнению с которым, моя персона просто ничтожна.
Заснула я разобиженная на весь мир и на эльфов в частности. Возможно, такое поведение было ребячеством, но доброе слово и кошке приятно, я, как мне кажется, заслужила не только слова. К тому же меня сильно нервировало предстоящее судебное разбирательство и простое ободряющее: «Все будет хорошо!»,– было бы очень кстати. Но сейчас я не слышала даже банального: «Не суйся, куда не просят!»,– и как ни странно, это раздражало.
Все-таки там, в лесах, все было проще: вот они «мы», а вон там «злодеи». Защищай своих, мочи чужих… А сейчас я не знаю где свои, а самое главное, не знаю как защищаться от чужих. Ведь не могу же я разнести зал суда заклинаниями!.. Впрочем, почему не могу?.. Но Магический Конвент такое радикальное действо не одобрит.
Наверное, все эти размышления и способствовали моему беспокойному и чуткому сну, иначе никогда бы не уловила спросонья малейшие смещения межпространственных пластов. Я открыла глаза, но не двинулась с места и даже не пошевелилась, перепроверяя мелькнувшую догадку. Так и есть, след идет из субпространства!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
