Читаем без скачивания Полицейская сага - Стюарт Вудс

— В чем дело? — спросил он.

На мгновение она смутилась, но тотчас же ответила:

— А, пошел слух, что я беременна.

— А мне казалось, что это уже не слух, а факт, поскольку я об этом всем рассказываю.

Воскресный обед состоялся у Фаулеров, а потом Билли, как и Брукс Питерс, поехали к Тому на встречу ветеранов. Дискуссию у Мадтера открыл Билли.

— У меня состоялся продолжительный разговор с Бертом Хиллом относительно большого жюри. Он считает, что есть весомый шанс на предъявление обвинения. Проблем бы вообще не было, если бы Маршалл Паркер принадлежал к числу белых, но в составе большого жюри есть тупые и закоснелые приверженцы давних предрассудков, и потому Берт воздержался от точных прогнозов.

Тут он умолк и осмотрелся.

— Среди нас нет Боба Блэнкеншипа. Кто-нибудь знает, что с ним случилось?

Заговорил Брукс Питерс.

— Происходит что-то странное. Вначале Боб подводит нас, не опубликовав передовицу относительно Маршалла, которая должна была появиться в этот четверг, а сегодня он уезжает в Брунсвик к родственникам жены. Боюсь, что он больше не с нами.

— Не верю, что он переметнулся на противоположную сторону, — проговорил Билли, качая головой. — Скорее всего, кто-то оказал на него достаточно мощное давление. Всю пятницу я не мог связаться с ним по телефону, а когда добрался до редакции, оказалось, что он уже уехал в Брунсвик. Непонятно. У кого еще проблемы?

Хор нестройных голосов заявил, что ни у кого таковых не имеется.

— Удивительно, что мне никто ничего не сказал, — заметил Брукс Питерс. — Думаю, помогло то, что за моей спиной оказалась вся Ассоциация священников, но у людей долгая память. Те, кто против сказанного мною с кафедры, рано или поздно соберутся и дадут мне об этом знать.

Билли стал перелистывать заготовленные заметки.

— О'кей, теперь о наших делах. По моим данным, у нас отличная ситуация относительно мест в городском совете. Джеймс Монтгомери в Гринвилле идет голова к голове со Скитером Уиллисом в состязании за место шерифа.

В разговор вступил Том Мадтер.

— Скитер Уиллис срочно латает дыры и держится тише воды, ниже травы. Он идет на все, чтобы сделать вид, будто правильно ведет себя в связи с инцидентом с Паркером, но при этом во всем поддерживает Санни.

— Точно, — согласился Билли. — Оправдываются все наши ожидания. Скитер не дурак. Ну, а относительно меня мистер Холмс полагает, что имеет место некоторое отставание. Будет хорошо, если мы уравняем шансы.

— Ну, не знаю, Билли, — заявил Брукс Питерс. — По моим сведениям, ваши шансы резко пошли вверх. — Он слегка улыбнулся, то же самое сделали и остальные.

Билли озадаченно озирался вокруг.

— Что вы знаете такого, чего я не знаю?

Брукс сел, самодовольно ухмыльнувшись.

— Ну, я просто передаю, что слышал. Да, завтра вечером вы едете на ярмарку?

Действительно, на следующий день начиналась недельная «Ярмарка трех графств».

— Само собой, мы туда поедем. Думаю, остальные кандидаты тоже будут там. Никто не пропустит возможность пожать столько рук!

— Как прошла встреча? — поинтересовалась Патриция.

Воскресный день был на исходе, и они ехали домой.

— Думаю, нормально. Брукс и кое-кто еще настроены гораздо более оптимистично, чем я. Похоже, до них дошли какие-то слухи, но какие, они не говорят.

Патриция покраснела.

— Ах, Билли…

Он обернулся и поглядел на нее.

— Ну?

— Есть одна вещь… а, черт побери, лучше я расскажу сама, пока тебе не рассказал кто-нибудь другой!

— Расскажешь о чем? — Его охватила какая-то необъяснимая тревога.

— Ну, в четверг вечером, когда ты ездил в Уорм-Спрингс, возле нашего дома побывали гости.

— Гости?

— Из тех, что носят белые простыни.

— Ты говоришь о клане, Патриция? Ты не шутишь?

— Нет, они, действительно, заезжали к нам.

— Ну, и что случилось? Что они сделали?

— Они… кто был в состоянии, бежали.

Он так долго не сводил с нее взгляда, что машина чуть не выскочила за обочину.

— Триш, давай, наконец, выкладывай, что, черт возьми, случилось!

— Ну, в четверг днем был звонок по телефону. Анонимный. Звонила женщина, наверное, чья-то жена. Сказала, что кое-кто собирается все у нас сжечь.

Билли рывком вывел машину на обочину и резко затормозил, да так, что из-под колес полетел песок и гравий.

— Почему ты мне не позвонила?

— Тебе предстояло выступление, да и я полагала, что эту поездку нельзя прерывать.

— Ладно, ладно, так что же произошло?

— Ну, они, действительно, прибыли, выряженные в эти дурацкие простыни, с факелами, и промаршировали к дому. А я поджидала их позади трейлера.

— Ты поджидала их позади трейлера, — механически повторил он. — А потом?

— Потом я, так сказать, их рассеяла.

— Да ну? И как же ты это сделала?

— При помощи ружья.

— Что?

— Всего лишь мелкой дробью, — обиженно проговорила она. — Картечью я не стреляла. Я ее приберегала на тот случай, если они кинутся непосредственно на меня. Но этого не случилось. Они убежали.

— А где ты взяла ружье?

— Купила. У Мак-Киббона.

— Ролф Мак-Киббон продал тебе ружье?

Она резко повернулась и посмотрела ему прямо в лицо.

— А почему бы и нет? Я умею, как сто чертей, стрелять из ружья! Я выросла на отцовской земле с оружием в руках!

— Но, Триш, нельзя стрелять из ружья по людям. Ты в кого-нибудь попала?

— А как же! Ты что, считаешь, что я могу промахнуться с такого расстояния?

— Господи, ты кого-нибудь убила?

— Нет, только ранила чью-то гордость. Сегодня утром я услышала, что какой-то человек, по описанию это был Эмметт Спенс, и с ним еще трое приезжали в больницу в Лагрейндж и что-то там выдумывал насчет неудачного похода за чужими арбузами. Полагаю, что у каждого из жопы выковыряли уйму дроби.

— О, Господи! Даже не верится. — Он покачал головой. — Моя жена встречает с ружьем клан!

— Это было необходимо. А ты бы, конечно, попытался урезонить их словами!

Он стал хохотать, и она присоединилась к нему. Они в истерике катались по переднему сиденью машины, и по щекам текли слезы. Только через несколько минут Билли оказался в состоянии говорить.

— Так вот почему меня весь день подначивали и все мне подмигивали! Вот почему Брукс так веселился! Господи, какая жалость, что меня при этом не было. Да еще не кто-нибудь, а Эмметт Спенс! — И они опять расхохотались.

Глава 22

Фокси разбудила собака, ткнувшись носом ему в ухо. Он дернулся, очнулся на мгновение, внимательно осмотрелся, а затем успокоился и снова лег на траву. Легкий ветерок обдувал задний двор и слегка шевелил верхушки сосен над головою Фокси. Он с удовольствием потянулся, испытывая радостное чувство уверенности. Был уже понедельник, и мальчик держался хорошо, даже по временам, казалось, ему все это нравилось. Да, выходные прошли с толком, и парень, похоже, продержится, по меньшей мере, еще день.

Фокси встал, надел форменную фуражку и прошел в дом через кухонную дверь, что-то насвистывая.

Санни проснулся в прекраснейшем настроении и буквально плясал от радости. Он пару раз ухмыльнулся — уже давно он не чувствовал себя до такой степени здорово! Заехал в участок, чтобы убедиться, что Чарли не спит, а находится на дежурстве. На эту неделю ночные дежурства достались Чарли.

— Привет, Санни!

— Ну, и как, молодец, у тебя дела?

— А ты сегодня парень-гвоздь! Поедешь на ярмарку?

— А ты еще сомневался, дружок? Смотри, сегодня будь начеку и рот не разевай! И не смей ни с кем тут трахаться!

— Слушай, Санни, а как насчет завтра: ты думаешь, с большим жюри все будет о'кей?

— Чарли, я же сто раз тебе говорил, нечего бояться. В большом жюри папа Эмметта Спенса и парочка его приятелей. Они никогда ничего не сделают белому «копу» за то, что он убил ниггера. Так что веди себя тихо и смирно все двадцать четыре часа, и мы выйдем из всего этого чистенькими. И нам задует легкий попутный ветер!

— Ну, что ж, надеюсь, Санни, что будет именно так, а то все это дело меня страшно беспокоит.

Санни повернулся на сто восемьдесят градусов.

— Заткнись, зараза чертова! Мне осточертело твое нытье! — Тут Санни взял себя в руки и успокоился. Сейчас нельзя распускаться. Он нервничал не меньше Чарли, но не собирался этого показывать. Лучше он выпустит пар на ярмарке, а завтра будет в чертовски великолепной форме.

По пути он остановился около отеля и заплатил портье десять долларов за очередную пинту «Эрли Таймс». Вот засранец-ниггер, заламывает такую цену! Попозже, когда все уляжется, надо будет что-нибудь придумать в связи с ним и его контрабандным бизнесом!

— Иисус, Мария и святой Иосиф, откуда все это взялось? — спросила Патриция, указывая через ветровое стекло на яркие огни и аттракционы, оживляющие ярмарочную территорию в сентябрьских сумерках. — Это что, собственность клуба «Киваниз»?