в поместье кареты. В груди бешено стучало сердце, а ноги путались, отчего я пару раз споткнулась и чудом не наставила себе синяков.
Виера Джалиет, заходившая ко мне пару раз, предлагала выпить успокаивающего настоя, но я отрицательно качала головой: те, что послабее, мне просто не помогут, а сильные… Мне не хотелось, чтобы травами от меня пахло на несколько шагов вокруг. Перебивать же запах еще более сильными духами… Я не могла поступить так жестоко.
– Все будет хорошо, – прошептала я, сжимая кулаки и медленно, с усилием выдыхая. Увы, трюк был слишком прост, а я – недоверчива ко всякого рода прогнозам, не подкрепленным ничем более весомым, нежели желание.
Еще раз метнулась к окну, услышав знакомый голос с незнакомыми, воркующими интонациями. Вьера Малиста АльДиер, в расшитом драгоценными камнями платье с непозволительно высоким разрезом на юбке, в сопровождении отца поднималась по ступенькам крыльца. Она взглянула наверх, словно почувствовав мой взгляд, и одними губами произнесла:
– Беги.
Наверное, будь я немного впечатлительнее, отшатнулась бы и стукнулась спиной о стену, но вместо страха меня обуяла злость. Спасительная злость, отогнавшая и волнение, и смущение, и неуверенность в себе. Неожиданно пришло осознание, что именно я хозяйка этого дома, а она всего лишь гостья, ожидающая на пороге. И если бы я хотела, вьера бы даже на первую ступеньку не ступила.
– Ларин? – Эрияр как-то незаметно оказался рядом. Обнял меня за талию, положил подбородок мне на плечо и тихо спросил: – Все хорошо?
– Уже да, – хмыкнула я, с удовлетворением отмечая, что вьера своим поступком добилась прямо противоположного.
– Моя помощь не требуется? – уточнил муж, нежно касаясь губами щеки.
– Если ты продолжишь, то мы можем опоздать к гостям, – напомнила я, чувствуя, как по телу разливается тепло, а от предвкушения начинает тянуть внизу живота.
– Одним опозданием дело не ограничится, – хрипло отозвался Эрияр, прижимая меня к своей груди и, не щадя прически, зарываясь в волосы.
«Придется переделывать», – поняла я, не делая тем не менее попыток отстраниться или оттолкнуть мужа. Его близость дарила спокойствие и уверенность, и если ценой тому будет еще с десяток выдернутых волосков – то так тому и быть.
– Мне нужно спуститься, – скорее для себя, чем для меня, сказал он, с ощутимым усилием разжимая руки и отстраняясь.
Я кивнула и попросила:
– Отправьте ко мне Шарлин.
Эрияр кивнул и поспешно (как мне показалось) вышел, оставляя меня наедине с полумраком, ожиданием и непонятной тревогой, причин которой я не могла установить. Это был не прежний страх, имевший понятную природу и связанный с конкретными опасениями. Нет, сейчас я не могла разобраться в источниках своего беспокойства.
– Это нормально, – проговорила я, оглаживая золотую, как звезды на небе, юбку. Я хотела выбрать что-нибудь другое, но Эрияр настоял именно на золоте, сам отдав предпочтение (а может, дань) традициям: черному, как ночное небо, цвету.
Тихий стук в дверь заставил меня отвлечься от размышлений.
– Виера АльКеран? – В комнату просунулась голова Шарлин – горничной, что трудилась над моими волосами.
– Мне нужна твоя помощь. – Я виновато развела руками, припомнив, как девушка просила быть осторожнее, чтобы не разрушить ее часовой труд.
– Вам нужен свет? – быстро уточнила горничная, а я медленно, чтобы не добавлять лишних хлопот Шарлин, покачала головой.
После того как наш брак с Эрияром оказался… кхм… полностью подтвержден и его огонь разлился по моим венам, я более не нуждалась ни в ярком свете, ни в громкой речи. При желании (и согласии на головную боль) могла различить даже голоса слуг на кухне. А если повезет – то и разобрать сквозь звон посуды и треск огня отдельные слова.
– В таком случае – присядьте, – поторопила меня Шарлин, кивая на стул у рояля и опуская на его крышку чемоданчик с инструментами. Осветительный шар под потолком она все же зажгла. – Сейчас все исправим.
И ей это удалось. Не более четверти часа горничная колдовала над моими волосами, а потом, довольная своими трудами, протянула мне зеркало.
– Ты волшебница, – благодарно улыбнулась я.
– Просто хорошо делаю свою работу, – отмахнулась девушка, но я видела, как ей приятно получить похвалу. Напряжение, с каким она ждала вердикта, сменилось расслабленностью, но глаза – глаза сияли искренней радостью. Видимо, желая скрыть их блеск, Шарлин отодвинула занавеску и взглянула вниз.
– Почти все прибыли, – заметила она. – Чета АльЭраль – последние. Я могу идти?
– Иди, – позволила я и глубоко вдохнула. Стоило Шарлин покинуть гостиную, откуда я подсматривала за прибывающими гостями, как начала возвращаться тревога. А потому я вышла вслед за горничной и медленно (ноги все же подгибались) направилась вниз, в бальный зал, откуда уже начали доноситься отзвуки мелодий.
Понимая, что у парадных дверей привлеку чересчур много внимания, и желая хоть немного отсрочить неизбежное, я выбрала для своего появления один из боковых входов. Увы, кроме явного преимущества – выхода недалеко от музыкантов, за одной из колонн, поддерживающих потолок, он имел и недостаток: чтобы им воспользоваться, необходимо было обойти дом. Впрочем, пять минут прогулки на свежем воздухе я посчитала ничтожной платой за возможность освежить голову и немного собраться. Сомнения в том, что после объявления Эрияра меня начнут ненавидеть, отсутствовали.
– Вы довольны тем, как сложилась ваша судьба? – окликнул меня смутно знакомый голос.
Я вздрогнула, испытывая острое чувство дежавю. Ночь, россыпи звезд на небосклоне, легкий ветер, мягко касающийся листьев деревьев… Не хватало только забора, чтобы вернуть меня в первую ночь в Марголине.
– Виер Картиан. – Я обернулась, встречаясь взглядом с нагнавшим меня блондином.
В отличие от своего родственника, виер АльКинет предпочел серые тона. Все на нем, кроме белоснежной рубашки, имело металлический оттенок, да и сам виер походил на заточенный клинок. И я порадовалась, что мужчина первым отвел глаза, освобождая меня от власти пронизывающего до глубины души взгляда.
– Вы не ответили на мой вопрос, – усмехнулся он, поравнявшись со мной и не делая попыток продолжить путь.
– Я не думаю, что вы вправе мне его задавать.
– Почувствовали свою власть? – нехорошо усмехнулся собеседник.
– Мы не столь близки, чтобы я могла позволить себе откровенность, – примирительно пояснила я. – Да и не хотелось бы утомлять вас перечислением всех плюсов и минусов, что предполагает мое новое положение. Боюсь, я не смогу составить достойную конкуренцию виере Джалиет или Эрияру.
– Хм, Эрияр бывает крайне убедителен, здесь я должен с вами согласиться, – усмехнулся АльКинет. – Но ответьте мне: если бы я сейчас предложил вам уйти, покинуть навсегда и Эр-Риенту, и Марголин, взамен исполнив любое ваше желание, вы бы согласились?
– Я бы пожелала, чтобы этой беседы не было.
– Вот как?
– Мне бы
