Читаем без скачивания Охота на Горностая (сборник) - Вадим Панов

– Да, дела… – вздохнул Авид. – Что ж, пойдём другим путём. – Он сложил руки на груди и напустил на себя самый суровый вид: – Уйбуй Фура!

– Я, – пискнул тот.

– Ты похитил сокровище Великого Дома Навь, и вернуть его меня делегировал сам Сантьяга! Ваша королева, в знак дружбы и налаженных торговых связей, выделила мне помощника, – Авид указал на Рослава, – из числа своих личных стражников. Понимаешь ли ты, вредитель, чем это грозит Южному Форту?

Услышав про «стражника», Рослав сжал кулаки и медленно сосчитал до десяти. А Фура, уже мысленно распрощавшись с жизнью, принялся выворачивать карманы. На землю посыпались пробки, погнутые ржавые железки (вероятно, отмычки), складной нож, несколько удостоверений в разноцветных обложках и… чернильница «Форель».

– Есть! – Авид поднял «сокровище», подул на него и щёлкнул по морде знакомую пучеглазую рыбу.

– Повесите? – жалостливо промямлил Фура.

Рослав не знал обычаев Тайного Города и, тем более, не хотел лезть со своим уставом в чужой бардак, но вешать – это всё-таки варварство, какими бы злобными ни были эти маленькие дикари. Поэтому, пока Авид с кем-то увлечённо беседовал по телефону, Рослав отпустил Фуру на все четыре стороны. Тот, не веря своему счастью, вприпрыжку понёсся к своим.

– …Я тебе говорю, у них всё пойло превратилось в шампанское! Вези им вискарь, Кувалда ещё и приплатит, ну, не мне тебя учить. – Закончив разговор, Авид выглядел совершенно счастливым.

– Урбек? – догадался Рослав.

– Не день, а прирост валютного индекса! – Авид хлопнул Рослава по плечу. – Думал, всё, до скончания времён на Службу утилизации буду батрачить – Урбек же на меня счета повесил. А благодаря этому «Дом Периньону» хоть частично, но сочтёмся!

Рослав ответил хмурым взглядом исподлобья.

– Значит, в помощники свои меня записал, да?

– Сердишься? – Авид искренне удивился. – Я ведь должен был что-то ему наплести…

– Чернильницу отдай, – Рослав был непреклонен.

– Эй, ну ты чего…

– Быстро! – Рослав протянул руку ладонью вверх.

– Послушай, ты же не понимаешь, как эта штуковина работает, а пойдёшь с ней к зелёным – отнимут! Ты не знаешь ничего, тебя обмануть, как челу ипотеку впарить!.. – и осёкся, понимая, что вот сейчас был перебор.

За их спинами продолжали голосить Красные Шапки. Фура забрался на какой-то ящик и вещал оттуда, точно поэт в Гайд-парке, остальные встали в полукруг и внимали, скребя головы под банданами.

– Зря ты его отпустил, – меланхолично прокомментировал Авид. – Теперь Фура станет заливать, что у него с нами дела. Тебе всё равно, а мне, между прочим, в этом городе бизнес делать.

– Иди к чёрту, – буркнул Рослав и направился к воротам.

– Подожди! – Авид подстроился под его шаг. – Обещаю, больше не потащу тебя ни к Урбеку, ни к кому другому. Мне ведь тоже интересно, что это за артефакт!

– По-моему, всё очевидно.

– Да ничего очевидного! – горячо возразил Авид. – Я ещё у Генбека хотел тебе сказать…

– Что? – Рослав остановился – взгляд у него был очень нехороший.

– Что у этой чернильницы может быть множество свойств, – после секундной паузы объяснил Авид.

Рослав пожал плечами, давая понять, что это его не интересует, а потом спросил:

– Где здесь ближайший книжный магазин?

– В супермаркете Торговой Гильдии, разумеется.

– Нет!

– Понял-понял, и ни к чему так нервничать… – Авид направился к оставленному у фюрерской башни мотоциклу. – Домчимся за пятнадцать минут, до закрытия успеем!

Кофейня «Шоколадница»

Москва, ул. Профсоюзная, 1

08 сентября, суббота, 22.01

В книжном Рослав купил бумагу, упаковку конвертов, два перьевых «Паркера» и флакон чернил. Теперь, расположившись за дальним столиком кофейни, он производил хитрые манипуляции по откручиванию и закручиванию конвертера и переливанию чернил из одной ёмкости в другую. Авид сидел напротив, меланхолично жевал сандвич, подливал в кофе коньяк и давал бесполезные советы.

– Ты великий волшебник, Гарри, – хмыкнул он, когда Рослав, перепачкав руки и изведя кипу салфеток, всё-таки справился с задачей.

Рослав даже поперхнулся печеньем.

– Я думал, вы не смотрите фильмы и не читаете книг, – покачал он головой. – В смысле, не интересуетесь человской культурой.

– Не смотрим, – подтвердил Авид, – и не читаем. Но я одно время встречался с человской девушкой, так что пару раз даже побывал в театре.

– Выходит, ты не совсем пропащий со своим бизнесом, – улыбнулся Рослав.

Авид пожал плечами и вернулся к делам насущным:

– Всё равно ничего не выйдет. – Он повертел в руках пустую пластиковую чернильницу.

– Это почему? – нахмурился Рослав.

– Потому что наверняка требуется соблюсти определённый ритуал, а мы ничего об этом не знаем…

– Катаев не был магом и ни о каких ритуалах понятия не имел, однако же всё сработало.

– Он плохо кончил, – напомнил Авид.

– Мы можем до бесконечности кататься по твоим всезнающим родичам, но так ничего и не выяснить. – Рослав отпил остывший кофе. – Ты знаешь, почему я на это согласился. Ты сам меня уговорил, а теперь что? Боишься?

– Я одного в жизни боюсь – падения цен на недвижимость в секторе Тёмного Двора.

– И всё? – Рослав испытующе посмотрел в чёрные глаза шаса.

– И что меня не возьмут в Торговую Гильдию, – Авид откинулся в кресле и каким-то нервным движением ослабил узел галстука.

– Тогда пиши! – Рослав сдвинул посуду на край стола, положил перед Авидом лист бумаги и один из «Паркеров». – И вызови курьера этой вашей… как его… «Кумар-экспресс».

Курьер появился через полчаса, а заведение друзья покинули далеко за полночь. Напиваться в кофейне – дурной тон, но оно как-то само вышло. Отправили письма – выпили за успех безнадёжного дела. Потом за предстоящий аукцион, до которого оставалось всего два дня. Потом за английскую хоккейную лигу, за Комиссионную контору Хамзи, за Тёмный Двор, за Зелёный Дом, за Москву, за Лондон, за Тайный Город…

Ночь их встретила мелкой дождевой моросью. Шипела вода под быстрыми колёсами проносящихся мимо автомобилей, блестели мокрые листья, город казался глянцевым, ужасно красивым.

От коньяка сердце бухало часто-часто, как после хорошей тренировки, координация немного сбоила, но в голове было на удивление ясно. Хотелось веселиться дальше, можно даже заглянуть в «Ящеррицу» – Рослав поймал себя на мысли, что впервые без беспокойства и опасений думает о том, каково это – оказаться среди магов. Среди своих. Он хотел сказать об этом Авиду, но тот его опередил:

– Я должен признаться, – выпалил он на одном дыхании и замер напротив, на расстоянии вытянутой руки.

– Что? – От нехорошего предчувствия на душе Рослава вдруг стало тоскливо.

– Если ударишь, я пойму. – Волосы Авида растрепались, чёлка налипла на лоб и закрывала глаза.

Рослав молчал и ждал.

– Не было никаких конвертов. Вернее, про Катаева и письма – это просто история из Интернета, понятия не имею, правдивая она или нет.

– Понятно… – мрачно проронил Рослав.

Ну а что ещё скажешь?

– Я дважды ставил вопрос о моём принятии в Торговую Гильдию и дважды получал отказ. Мне нужна была большая сделка, понимаешь? Тогда бы меня взяли. А тут ты – ничего не знаешь, кроме этого своего хоккея. Клянусь доходами Спящего, ты даже не поинтересовался, кто та ведьма, что предложила тебе пятнадцать миллионов. А она, между прочим, родная внучка Радослава, я справки навёл – Полина выросла в этом доме, потому и хотела его купить. Пойми, я не желал тебе вреда, ты бы не потерпел никаких убытков – возможно, наоборот, аукцион всегда привлекает внимание.

– А чернильница? – безразличным тоном спросил Рослав. – Ты тоже написал письмо – зачем?

– Не знаю зачем… Чтобы ты не заподозрил, наверное. Вернее, я ещё у Генбека хотел тебе рассказать, но ведь тогда бы всё сорвалось. А сейчас понял – не могу молчать.

– Совесть проснулась? – едко бросил Рослав.

– У шасов нет совести, генетически не заложена, – Авид усмехнулся невесело. – Наверное, дело в коньяке. Или ещё в чем-то, не знаю.

– Вот и я не знаю.

– Ведь я мог не признаваться.

– Мог.

Помолчали.

Рослав думал о том, как посмеются над его письмом в хоккейной лиге. Хорошо, если только посмеются, а могут быть и последствия. Надо же, выискался щенок, возомнивший, что сможет сыграть на Олимпиаде.

Думал о деньгах, которые так или иначе выручит за этот проклятый дом, но никакой радости не чувствовал. Ну, пятнадцать миллионов? Квартиру в Лондоне купит, в Челси, машину новую. И что?

Думал о том, что за эти несколько дней в его жизни произошло больше событий, чем за последние пять лет. И что он почти-почти начал доверять Авиду.

Можно набить шасу морду, и это будет правильно. Перепоручить продажу дома, отнести чернильницу – всё равно кому, хоть даже старому Генбеку. Вернуться домой.