Екатерина II писала по этому поводу: «Хотя я и была подготовлена к этому ужасному событию, но не скрою… оно глубоко опечалило меня… я ужасно страдаю».
«Так проходит мирская слава», – говорили древние. Был неслыханный взлет Орлова, было и невиданное падение. На его смерть в столь молодом возрасте повлияла не только кончина жены, но и переживания, связанные с романом императрицы и внезапным разрывом с ней.
А что же Васильчиков? Читатель может подумать, что мы о нем забыли? Нет, не забыли! С Васильчиковым приключилась следующая история.
Прежде чем перейти к описанию «случая» Васильчикова, нам следует узнать, какие в этом направлении перемены сделала императрица. Она решила поставить производство любовников-фаворитов на поток. Во дворце у нее раньше была комната, перегороженная зеркалами так, чтобы фавориты в ней находились незаметно для окружающих и всегда были под рукой, так сказать. В ней поочередно, а то и вместе находились Понятовский, Нарышкин и тот же Орлов. Со времен Александра Васильчикова последовали нововведения и усовершенствования. Механизм поиска любовников был прекрасно отлажен и отрегулирован. Например, Екатерина II обращала внимание на какого-нибудь стройного красавца поручика. На следующий день она присваивала ему чин флигель-адъютанта и вызывала во дворец. Здесь обомлевшего поручика осматривал лейб-медик императрицы венеролог доктор Роджерсон. Если молодой человек оказывался здоров, то он попадал в спальню фрейлины Брюс или Протасовой, которую все называли Анькой-прелюбодейкой. В функции этой, искушенной в плотских утехах дамы, которой Екатерина II полностью доверяла, входила проверка молодца на выносливость в сексе. Его ждало совсем не простое «трехнощное испытание». Только после успешной сдачи этого «экзамена» и подробного инструктажа, как нужно вести себя с императрицей, он встречался с любвеобильной Екатериной II. Он поселялся в покоях, соседних с императорскими. Апартаменты уже были готовы к принятию очередного фаворита. Толпы слуг и лакеев должны были выполнять все малейшие прихоти и пожелания очередного екатерининского куртизана. Однако он был лишен одного – права общаться с кем-либо, кроме узкого круга доверенных лиц императрицы. Таким образом, молодой человек оказывался в «золотой клетке». Он не должен был никого посещать и принимать приглашений.
Однажды один из фаворитов Дмитриев-Мамонов (о нем позже) получил приглашение поехать на обед к графу Сегюру. Выйдя из-за стола, граф увидел, что под его окном стоит карета… императрицы! Екатерина боялась даже на минуту расстаться с возлюбленным. Похожий случай произошел и с другим ее фаворитом – Корсаковым. Однажды его пригласила к себе вторая жена Павла, великая княгиня Мария Федоровна. Екатерина сильно рассердилась и послала сказать ей, чтобы она никогда так больше не делала. Царица посчитала, что Корсаков понравился великой княгине и та хочет отбить его у нее. У Марии Федоровны и в мыслях такого не было, так как у нее было строгое пуританское воспитание. Это показывает, что екатерининские фавориты находились на положении одалисок в гареме турецкого султана.
Екатерина II часто расставалась со своими любовниками. Покидала она их по разным причинам (по причине смерти, недостойного поведения), но ни один из них не был подвергнут опале, даже если государыня уличала его в измене. Всех их она щедро одаривала чинами, титулами и деньгами. Они в первый же день получали звание флигель-адъютанта, мундир с бриллиантовым аграфом и сто тысяч рублей (!) денег на первое время. Если же очередной любовник задерживался надолго, то есть устраивал императрицу по всем статьям, то за этими милостями следовали многочисленные подарки, множество крепостных и даже спецблагословение митрополита.
Немного о сексуальности Екатерины II, а вернее, ее гиперсексуальности, или нимфомании (рассмотрим эти термины ниже). Ее всю жизнь одолевали плотские страсти. Потому что Екатерина II – все-таки феномен в «этом» деле. Дело не только в дурной наследственности (мать Екатерины изменяла мужу направо и налево, мы уже об этом писали). Дело было в ней самой. Екатерина не была привлекательна от природы. Для привлечения мужчин она использовала свое «служебное» положение, возвышая своих любовников. Она признавала только красивых мужчин, предъявляя к ним геркулесовы требования. Став императрицей, она проводила строгое разграничение между «любовниками», которым, как ни странно, оставалась морально верна долгие годы, и «игроками на один сезон», которым отводилась роль искусственного полового органа в мужском обличии. Современники отмечали ее женскую привлекательность и сладострастие.
Так вот, гиперсексуальность – это патологическое половое влечение; причины его возникновения различны. Одна из них – нарушение функций головного мозга, имеющее непосредственное отношение к половой функции. В этом случае половое влечение носит приступообразный характер. Его могут провоцировать объекты, имеющие даже весьма отдаленное отношение к половой жизни. Половое возбуждение у такой женщины вызывают не только присутствие мужчины и разговоры на эротические темы, но даже вид маленьких мальчиков. Поскольку Екатерина II в увлечении маленькими мальчиками замечена не была, то есть все основания предположить, что она была нимфоманкой.
Нимфомания – это пониженная способность к переживанию оргазма. Оргазм при этом синдроме принимает затяжной волнообразный характер, не давая чувства полного удовлетворения и приносящий лишь кратковременное ослабление полового влечения. Нимфоманка по-настоящему не может полюбить ни одного мужчину, поэтому она и меняет их как перчатки – ищет того, кто удовлетворил бы ее полностью. Она часто меняла партнеров – от польского короля до простого истопника, и все без толку. Ходила байка, что Екатерина II умерла из-за контакта с жеребцом – так хотелось ей удовлетворения. Но это все враки – вы видели когда-нибудь половой член жеребца? Вот то-то и оно…
К сожалению, достичь полного удовлетворения при нимфомании невозможно – это неизлечимая болезнь, пусть и безобидная. Известно, например, что иногда она по шесть часов занималась сексом с мужчинами и не могла полностью достичь оргазма! Когда же ей изредка удавалось наконец это, то она называла секс лучшим снотворным. Так что, зная интимную жизнь Екатерины Великой, можно сказать, что она – стопроцентная нимфоманка. Психически это, наверное, очень тяжело. И морально, надо полагать, тоже. Хорошо, что у царицы была возможность менять партнеров, ища удовлетворения; а если бы она была простой крестьянкой? Тогда и до самоубийства недалеко!
Екатерина II страдала от этой болезни и, чтобы оправдаться перед окружающими, которые полагали, что царица просто развратом занимается, говорила, что фавориты услаждают ей досуг, «давая силу для новых трудов». Или: «Я оказываю услуги государству, воспитывая молодых даровитых людей». Отчасти это было так. Занятие сексом было для нее естественным отправлением организма, наделенного необыкновенной силой, пылким темпераментом и удивительной длительностью оргазма. Однако основную черту характера Екатерины II составляла все же не патологическая потребность в удовлетворении основного инстинкта, а любовь к славе, власти и желание остаться в истории в ряду великих правителей. Но наша книга не об этом. Екатерина II хотела любить и быть любимой. Иностранцы называли ее русской Мессалиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
