Вселенная больше не кажется такой огромной, потому что есть что-то гораздо большее — мои чувства. Любовь, что сидит в сердце с самой первой встречи.
Теперь он меня обнимает, крепко прижимает к себе и, кажется, касается губами шеи. Надеюсь, что это не выдумка…
Я шокирована происходящим и тем, что вот-вот все может закончиться. Наверное, именно поэтому резко поворачиваюсь к Дану лицом. Ловлю его темный взгляд и поджимаю пальчики на босых ногах.
Привстаю на мыски. Теперь наши губы на одном уровне. Пара миллиметров, и они соприкоснутся.
— Нельзя, — бормочу еле слышно, и Кайсаров кивает.
Мой вопрос становится утверждением, до которого нам обоим сейчас нет дела. Нельзя переходить черту? До пошло оно все!
Дан снова кивает, но, вопреки своим же установкам, притискивает меня еще ближе. Некуда уже, между нами и воздух-то с трудом просачивается.
Цепляюсь за его плечи, словно вот-вот рухну на пол, утону в пучине собственных страхов и противоречий, и только он сейчас удерживает нас на плаву.
В какой-то момент Данис обхватывает мои щеки ладонями, и я замечаю проскользнувшую на любимых губах улыбку.
Выдыхаю, прислоняя раскрытую ладонь к его груди в области сердца. Оно спокойное как море. Шумит, но не переходит на бег. Мое же вот-вот вырвется наружу, разворотив ребра.
Когда спина соприкасается с твердым покрытием, а все мое существо вопит от душевной боли, я иду ва-банк.
— Поцелуешь?
Хочу почувствовать его губы по-настоящему. Не мимолетно, не по-детски или дружески. Хочу, чтобы он целовал меня как любимую девушку.
Заглядываю ему в глаза, а там мириады невыраженных эмоций. Скопившееся за годы тепло, трепет и желание. Темное, вот-вот готовое вырваться наружу.
Данис не спешит. Продолжает трогать меня. Гладит спину, шею, зарывается руками в волосы…
Расстегиваю пуговицы на его рубашке дрожащими пальцами, не разрывая визуального контакта. Понятия не имею, зачем это делаю. Просто так чувствую, вот и все.
— Кать, — выдыхает мое имя мне же в губы.
Хмурится, а потом… потом целует. Сначала едва ощутимо, слишком нежно. Но мне этого мало. Я цепляю зубами его нижнюю губу, и Дан тут же сильнее вдавливает меня в стену. То, что он возбужден, чувствуется прекрасно. Твердая плоть упирается мне в живот. Тянусь к ширинке и расстегиваю молнию на темных джинсах.
На мне топик и трусы, а еще непоколебимое желание быть с ним. Отдаться именно сейчас. Здесь. Потому что другого шанса может не быть.
Хочу с ним. Его. Никого больше.
— Мы не друзья. Совсем не друзья, — впервые признаю это вслух.
Так страшно это озвучивать, будто я сознаюсь в чем-то плохом, неправильном… Несмотря на то, что несколько дней назад открыто заявляла ему о своих чувствах. Кричала о любви! А сейчас вот снова испытываю какие-то противоречивые чувства. Что, если он оттолкнет?
Слезы из глаз не заставляют себя долго ждать. Я реву молча, не издавая ни звука. Прижимаюсь к нему крепче, целую в ответ и ужасно боюсь того, что этот день закончится.
Дан приподнимает меня над полом, подхватывая под бедра. Развожу ноги широко в стороны.
— Я тебя хочу, — заявляю прямо в его лицо.
Данис стирает соленую каплю, скользящую по моей щеке. А я умираю. С ним и без него тоже. Дрожь порабощает тело, и лишь его слова придают сил.
— Катенька моя. Холодно, — выдает мне в губы, — так без тебя холодно.
— Я хочу с тобой, — ерзаю в его руках, чуть выгибаясь в спине. — Только с тобой.
Скольжу пальцами по вздыбленному члену и направляю его в себя. Как только головка касается половых губ, Дан тут же берет инициативу в свои руки.
Резкий, глубокий толчок, после которого наш мир переворачивается с ног на голову, а планета слетает с орбиты.
Как прежде не будет уже никогда…
Мне не больно. Я настолько переполнена эмоциями, что почти не чувствую первое проникновение. Это какая-то шутка. Не думала, что мой первый раз случится так. Мы почти два года пытались, пытались быть отстраненными, но ничего не вышло. И я рада, я так этому рада.
— Кто мы друг другу? — бормочу еле связно, начиная чувствовать острую боль.
Данис перемещает нас на кровать, укладывает меня на мягкий плед, наваливаясь сверху.
— Не друзья, — шепчет с усмешкой. Пробегаясь пальцами по внутренней стороне моего бедра.
— Ах, — нервы натягиваются до предела.
Глава 34
Год спустя. Ноябрь
— Ты, блин, серьезно? — отскакиваю от Громовой, потому что эту пьяную моську может вот-вот стошнить прямо в моей гостиной. — Арина!
— Прости, — Аринка прикрывает рот ладонью и, к счастью, уходит в ванную.
Я забрала ее из какого-то бара буквально час назад. После их разлада с моим братом Громова точно слетела с катушек. Тим уехал учиться в другой город, Аринка поступила в свой мед, как и хотела, но только вот прилежной ученицы из нее все никак не получается. Сначала она из дома уходит, с родителями ссорится, по клубам шарится…
Сегодня вот набухалась в баре с каким-то чуваком из универа. Позвонила мне в слезах и попросила забрать. Пришлось ехать. Ну как я ее брошу?
Время восемь. Данис уже сто процентов едет в ресторан, где мы сегодня договорились поужинать.
Взбиваю кудри и поправляю платье. Красивое, алое, с шикарным разрезом по всей ноге от бедра. На улице приличный минус, но это никак не помешает мне надеть туфли и оставить ноги голыми. Ни за что! Зря я, что ли, этот шикарный бронзатор с блестками на себя мазала?
— Ты там живая? — стучу в дверь ванной, за которой прячется подружка.
— Да, да. Все в порядке. Уже выхожу.
Замок щелкает. Аринка с красным носом и поплывшим взглядом теперь стоит прямо передо мной.
— Прости, Кать, — всхлипывает, вытирая рукой выступающие слезы.
— Нормально. Ты же не пьешь, к чему эти пытки над организмом?
— Не знаю. Так просто
