подземного огня.
А потом пришел Туфар, мальчишка из тёмных эльфов. Он хотел вернуть эту женщину, которая была его наставницей. Он был ранен, он умирал и сжимал в руках темный кристалл, растрескавшийся по всей поверхности. Он впал в безумие и умолял его, богов, саму землю, чтобы Лафи жила.
Такая преданность тронула демона, и он сам того не ожидая от себя, вдруг пообещал, что постарается помочь. А потом мальчишка умер, кристалл рассыпался, и он сам увидел этого монаха. Его речи были такими правильными, словно внутренний голос, которой нашептывал ему о сокровенном, и который знал путь. Монах спросил, что ты хочешь? И он ответил, что хочет только одно — спасти свой народ.
И способ нашелся, но он был очень не простым. Фирану пришлось заключить сделку, которая связала их троих в одно. На время конечно, пока желание Туфара и его не исполниться.
С тех пор он и принял облик тёмного эльфа, а монах стал его тенью, которая нашептывала как, или даже просто управляла его действиями. Он тоже зашел в дверь. Та эльфийка была еще жива. Алиат, чувствуя страх своих детей, их неминуемую гибель, вцепилась в неё мертвой хваткой, но её сил не хватило, чтобы женщина её услышала.
Фиран только потом понял, что монаху нужно было попасть внутрь, чтобы завершить и сделку с огненной ведьмой. Он воспользовался его силой и его телом, чтобы соединить женщин, и дать им возможность поговорить. Демон не знал, о чём они договорились, но эльфийка вдруг очнулась и заявила, что остается. Что ОН обязательно придёт сюда, и что Он останется с ней.
А сам Фиран почувствовал, что и Алиат вернулась тоже, богиня коснулась его затылка, своим жарким дыханием и прошептала, что спасет своих детей и найдет демонам новый дом, но он должен ей помочь. Именно так он отправился к тёмным эльфам и помог поймать первых магов. Нашел в библиотеке нужную книгу, и смог подняться на поверхность, установив маяки по всей длине дороги, которой предстояло пройти его народу. Фиран верил, что только так демоны смогут выжить. А потом, потом….
Потом он увидел, что творят дриферы и сколько людей и эльфов должны погибнуть, ради их переселения в новый дом. И вроде ему должно быть всё равно, но Фиран был стар, был мудр и ценил жизнь. А мир, там наверху был таким живым, таким удивительным. Он пытался достучаться до Алиат, но она пряталась за эльфийской, и ничего не хотела слышать.
А когда он решил попробовать всё исправить, или просто не помогать, то обнаружил, что не может. Тот монах просто брал вверх, пользуясь силой договора, и тащил его по пути к исполнению желания, не спрашивая, согласен ли он с такой ценой.
И когда Лари его поймал, когда эльфы забрали у него возможность действовать, Фиран даже был рад. Но он опоздал рассказать. Теперь уже Алиат вернулась. Желание Туфара и Лафадии были исполнены. Пусть и абсолютно извращенным способом.
Огненная ведьма была жива, физически, хоть и её шкурку уже занимала другая личность. И любимый Лафи тоже вернулся, но не разделил её чувств. Эльфийка увидела правду и не смогла справиться, сожаления поглотили её, и она сама отдала себя богине, решив сдаться и уйти. Теперь была очередь Фирана и Алиат. И он был в ужасе, от того, как именно воплощаются их желания в жизнь. И это не было уловкой, или пустыми словами. Этот страх Риз сам видел в глазах демона. Фиран просил его, их с Диртом, всё остановить, найти другой способ. Только вот как?
А еще, в голову к герцогу закралась неприятная мысль, что и смерть Ру была вызвана этим безумным желанием Лафадии. И возможно, отчасти, они с женой сами были тому виной. Ведь Лафи не знала, что Руфиса никогда и не было, и что он не умер, а просто стал обратно Ру.
Дверь сзади тихонько скрипнула, заставляя Риза вынырнуть из собственных мыслей. Он обернулся и чуть не подавился от только что сделанного глотка Коэхаля. Там стоял Дирт, в таком невообразимом наряде, что герцог даже не знал к чему его отнести.
— Красивое платье, — откашлявшись, захихикал Дивейн, — удобно?
Дирт, сначала, печально осмотрел свой наряд, обильно украшенный золотой вышивкой и камнями, и мерцающий не хуже огней под куполом пещеры, а потом укоризненно на отца.
— Смешно, да? — поморщился парень, а Риз довольно закивал, — Нет неудобно, но я не смог их отговорить. И это еще мелочи, — брови герцога тут же взметнулись вверх, — У меня теперь и кровать такая, и комната и трон, и…, — Дирт замялся, — не уверен, что это буквально, но вроде ездовой дракон.
Герцог заржал в голос, а парень попытался найти на себе что-то напоминающее пуговицы или крючки, чтобы, наконец, избавиться от наряда.
— Да просто порви, — посоветовал Риз, и наткнулся снова на укор во взгляде сына.
— Пап, ты представляешь, как долго они это создавали? Лучше помоги.
— Начни с шапки, — снова посоветовал герцог, ткнув в невообразимый головной убор, одновременно напоминающий и корону, и кокошник какой-нибудь царевны, украшенный всё теми же драконами.
— Это Аэрлон, — вздохнул парень, стаскивая с себя это нечто и с удовольствием разминая шею, — Символ законной власти правителя. Чёрт, — почти застонал он от облегчения, — как же без него хорошо. Азамай, прямо злой шутник, раз такой тяжелый символ себе выбрал.
— А помощниц тебе не выдали? — раздраженно поинтересовался Риз, пытаясь расстегнуть платье, — У женщин под это дело руки лучше заточены.
Дирт вздрогнул и почему-то испуганно оглянулся.
— Тсс. Хорошо, что они тебя бояться, а то бы уже толпились тут вокруг.
— Меня бояться? — ахнул герцог и снова заржал, — Тебе же всегда нравилось, чтобы за тобой девушки бегали?
— Пап! — и снова этот укоризненный взгляд, — Но не в таком же количестве! Честно говоря, я боюсь, что и это платье их рук дело. Чтобы я убежать и спрятаться не смог.
— Ты же бог? — уже с нотками истерики хохотнул герцог, — Ты, что с ними справиться не можешь?
— А они женщины, — замотал головой Дирт, — С ними и бог не справиться. Особенно когда они толпой.
— Хм…, — Риз тоже покосился на дверь, в словах сына была своя правда, — Тут богиня нужна, согласен. И как уходить будем? А главное куда?
Платье, наконец-то, упало на пол рядом с шапкой, правда, с таким грохотом, что они оба даже вздрогнули. А Дирт радостно запрыгал, разминая плечи и руки:
— Прямо гору с себя скинул.
Парень заглянул вниз с
