— До свидания, — сказал Алексей Павлович, но в голосе его мелькнула нотка подозрительности. — Сейчас скину сообщением номер телефона, по которому можно позвонить, если будут серьезные неприятности. Да и с несерьезными тоже можно звонить.
— Спасибо, — сказал я, затем нажал кнопку отбоя.
Мне не давали покоя слова Елизаветы о том, что князь Воронцов что-то хочет от наследника и Елены Алексеевны. Может, какие-то бумаги покойного императора? Ох, нутром чую, что ничем хорошим это не закончится. И что в этом случае предпринять, совершенно не представляю. Но, как любит повторять дядя Ринат, давай решать проблемы по мере их поступления. Для начала надо великих княжон найти и узнать, что происходит в доме Воронцова и какая роль во всем этом у Ульяны.
— Кузя, — отвлек меня голос Алены. — У тебя очень сердитый вид.
— Все хорошо, — я поманил ее, обнял. — Эх, надо было принимать предложение генерала и ехать в санаторий у Черного моря. Или предложение Императора Цао. Жили бы сейчас на берегу теплого моря, купались, ели фрукты с деревьев.
— Так еще не поздно согласиться, — улыбнулась она.
— Нет, Кузьма никогда от проблем не убегал.
— Может, покушаешь? У нас с обеда осталось много всего.
— Нет, перед операцией лучше плотно не есть. Пожую в дороге сладкий батончик.
Мы посидели немного в комнате, послушали, как барабанит дождь по окнам. Как выяснилось, ливень не только не собирался прекращаться, а усилился порывистым ветром. Пришлось постараться, чтобы девушки не промокли, пока шли к машинам. Хорошо, что друзей долго ждать не пришлось. Первым приехал Ливио, на стареньком минивэне, той же марки, что и у Василия. Буквально через пару минут на такси приехал Алан Кроу и последними к нам присоединились Вася с другом.
Отъехав к тихой стоянке, недалеко от МИБИ, Ливио припарковал минивэн так, чтобы не бросаться в глаза. На то, чтобы объяснить суть проблемы, ушло буквально пять минут.
— Влезать в разборки такого уровня опасно, — сказал Василий. — Род Воронцовых насчитывает два десятка крупных семей по всей стране и десяток мелких, имеющих статус кандидата. А в таких всегда как минимум есть один мастер. То есть при желании князь может собрать небольшую армию. Чтобы идти против него, нужно заручиться поддержкой как минимум половины элиты, что сейчас его поддерживает.
— Не собираюсь с ним воевать, — возразил я. — Ни открыто, ни тайно. Хочу вытащить девушек и понять, чего он добивается.
— Ну да, постучать к нему в дверь и спросить, чего он хочет. Опасная затея. Может, у девчонок воображение разыгралось, и они сейчас с князем чай пьют и тихо смеются над своими страхами.
— Позвонили бы в таком случае. Да и не собираюсь я открыто лезть туда. Войду тихо, под прикрытием дождя, разведаю все и так же тихо выйдем.
— Там камер наружного наблюдения, как комаров у пруда, — сказал Карпов.
— Если дождь плотный, то есть техника, которая скроет мое присутствие. Но можно камеры поломать издалека. Я еду, а вы решайте, ввязываться ли в эти проблемы или нет.
— Едем, — сказал Василий. — Прикроем тебя, если заварушка начнется. У моей силы нейтральный отголосок, если лицо не светить, никто не узнает. У Гриши такая же особенность.
— Адрес? — спросил Ливио, показывая на сумку. — Рации там.
— Японские, — Григорий уже залез в сумку, едва ли не по локти.
— Ты переодевайся, — Василий вручил мне спортивную сумку с комбинезоном, затем перебрался на переднее сидение к Ливио. — Езжай пока прямо, я сейчас навигатор настрою, он дорогу подскажет.
— Что насчет плана дома? — спросил я. — Есть знакомые, кто мог гостить у Воронцовых? Я думал подругам Ульяны позвонить, но номера телефонов не знаю.
— Был я там, — сказал Василий. — Случайно, можно сказать. Здание трехэтажное, старой постройки, с парадной и двумя боковыми лестницами. Хозяйские и гостевые спальни находятся на третьем этаже, но как их друг от друга отличить, не знаю. По парадной лестнице наверх не подняться и лучше входить через левое крыло, там комнаты побольше, сплошные залы да гостиные. Смотри только, по дурости в спальню к князю не загляни, а то разбудишь его и конфуз случится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Очень смешно, — хмыкнул я, стягивая спортивную куртку. — Охраны много?
— Две будки, — сказал он. — Скорее всего, по два человека в каждой. И еще маленький домик для охраны, за зданием, но я его видел только мельком. Рассчитывай на двух мастеров, ну и на появление злого хозяина. Воронцов крайне силен. На публике он никогда силу не использовал, но слухов о нем ходит немало.
— Мастер воздуха, — я задумался. — Неприятный тип, но вряд ли сможет пройти через защиту Лу Ханя. Ты рассказывай, что там еще было, чтобы я сориентировался, когда к дому подойду.
— Я там не на экскурсии был, — напомнил Василий. — Важно, что камер в доме нет, как нет таких, что смотрят на окна. Не любит великий князь, чтобы за ним подглядывали. С этим тебе повезло…
Дорога заняла почти час. В некоторых местах из-за сильного ливня подтопило дорогу и наша машина, представляя себя кораблем, с шумом преодолевала глубокие лужи. Когда мы свернули с автострады на пригородную дорогу, стало немного сложнее, но обошлось. Воды же с неба лилось столько, что пропадало чувство направления. Только благодаря навигатору я понимал, что мы едем куда-то на запад от Москвы.
Предполагая, что дождь к ночи не закончится, мы остановились за съездом в узкую лесополосу, спрятавшись от посторонних глаз. До элитной деревни, где располагалась загородная усадьба Воронцова, было рукой подать, но из-за непогоды хоть что-то рассмотреть не получилось. Пока было время, я изучал карту местности, подходы к усадьбе, состоящей из четырех домов и обнесенной высоченным кирпичным забором. Плохо, что на небольшом экране телефона Василия сложно что-то рассмотреть подробно, но общий план мы составили довольно быстро. Согласовав место, где я переберусь через забор, Алан ушел в дождь, захватив одну из радиостанций.
— Если будет погоня или поднимется шум, я останусь, — сказал Григорий, показывая в сторону дороги. — Вскрою дорожное полотно, чтобы они не проехали. Но у вас большая дыра в плане. Не в той части, где надо улей князя разворошить, а в той, где надо думать, что делать после этого.
— Зависит от того, насколько все плохо, — сказал я. — Темнеет медленно.
— Сентябрь, — отозвался Василий, глядя в серое марево дождя. — Но дождь хороший. Сейчас, полчаса и начнет темнеть.
На несколько минут в салоне воцарилась тишина. Я сосредоточился на внутреннем море, пытаясь оценить, сколько сил мне будет доступно, если дойдет до столкновения. Нет, все в порядке, я совсем не чувствую усталости или истощения. Наоборот, кажется, что могу драться с десятком сильных мастеров одновременно и даже не вспотеть. Непривычное чувство, за которым пряталось что-то неуловимое и странное. Может, ледяному лотосу передались мои эмоции, и он тоже жаждал битвы, чувствует мандраж и предвкушение.
— Пора, — сказал Василий, отвлекая меня от медитации.
За окном действительно стемнело, только по крыше с силой барабанил ливень.
— В новостях пишут, что трехмесячная норма осадков уже выпала, а он еще идет, — сказал Василий. — К утру полугодовая наберется и придется нам на лодки пересаживаться.
— Связь, — сказал я, касаясь вкладыша наушника.
— Слышимость хорошая, — сказал Ливио, настраивая главную передающую станцию. — Хватит с трехкратным запасом, так что смело можно уходить в любую сторону от дома на несколько километров, без потери качества сигнала.
— В деревне много света, но большая территория за усадьбой не освещается, — раздался голос Алана в наушнике. — Можно обойти по улице на семь часов от цели. Охрана прячется от дождя и за два часа не высунула нос на улицу ни разу. Незначительное движение в доме — на третьем этаже в правом крыле.
— Принял, — сказал я в рацию.
— Удачи, — пожелал Василий, успевший переодеться в военный комбинезон и надеть маску с тонкой прорезью для глаз.
