Сил хватило всего на поллиги. Сорел никогда не был бегуном, сердце начинало выскакивать из груди даже от быстрого шага, а уж теперь, с раненой ногой и одеревенелым от ночи в оковах телом… Юноша согнулся пополам, хрипя и задыхаясь, сплюнул клейкую слюну.
Боги, что же делать? Куда бежать?
Что, что натворил отец?!
Где Эстер?
Последний вопрос не давал ему покоя всю ночь. Принцессы не было среди пленных, и Сорел искренне надеялся, что хотя бы ее оставят в живых. Хорошо, что они не успели пожениться… Юноша видел, как рыцари князя убивали всех, кто принадлежал к роду Дойер – стариков, женщин, детей. Отец, что же ты натворил?
С утра Эстер нездоровилось, и Сорел завтракал в одиночестве. Поел, сел за книги – вчера ему привезли чудный свиток на ассаши, требовавший перевода. Юноша не сразу понял, что значат вспышки в небе и громкие хлопки телепортов, а когда сообразил, запихнул свиток за пазуху и, натянув невидимость, бросился к покоям принцессы. Каким-то чудом он смог уничтожить двух нападавших и ранить третьего, прежде чем на невидимого убийцу набросили металлическую сеть. Иссушая себя, парень ослепил солдат князя иллюзией фейерверка и выпутался из невода. Ему удалось приблизиться к спальне Эстер еще на два перехода, прежде чем в ногу впилась стрела. На этом геройство кончилось – его заковали в колодки, не позволяющие сделать элементарного пасса.
Сорел свернул с главной дороги и побрел к реке, надеясь сбить собак со следа. Или хотя бы выиграть время. Или подороже продать свою жизнь. Его хватит еще на несколько иллюзий, и если он убьет хотя бы пару псов, это будет мелкой, но все же местью его светлости. Нужно только добраться до скал за рекой.
Оступаясь и оскальзываясь, Сорел спустился к воде. Умылся, шумно фыркая, прополоскал рот и побрел по мелководью к броду. Солнца не было видно, но внутренние часы подсказывали ему, что время на исходе. Бедро болело и кровило, оставляя на воде розовые кляксы. Илистое дно засасывало ноги по щиколотку. У самого брода Сорел чуть не утонул, провалившись в яму под корягой. Забил руками, взбаламучивая тину, наглотался грязной воды, а когда наконец выбрался, увидел огромного серебристого мастифа, стоящего на высоком берегу в сотне локтей.
Пес не скалился, не рычал. Он просто поднял голову и завыл, подзывая стаю, а потом, не спуская глаз с человека, начал спускаться к воде.
– Анара, помоги, – выдохнул Сорел и из последних сил побежал по броду к другому берегу. Упал, окунувшись в воду. Напрягая дрожащие руки, поднялся и сел. Затравленно оглянулся на приближающегося пса и пополз к зарослям рогоза.
– Анара, помоги…
Появились остальные псы. Повинуясь рычанию вожака, прыгнули в воду.
Загоняют, понял Сорел. Хватаясь за камыш, поднялся – и проклял все на свете: судьбу, жизнь, отца. Свое неуклюжее тело, не способное к защите.
По берегу реки, по тому самому, на который он выбрался, скакал всадник. Сорел узнал рыжего жеребца и истерично хихикнул – вот она, ирония! Этого коня ему подбирала Эстер для уроков верховой езды.
Сорел напрягся, сплетая заклинание. Если бросить под ноги коню иллюзию кобры, то есть вероятность, что он сбросит седока.
Серебристый мастиф крупными скачками несся по броду, скалил зубы, приближаясь к жертве.
Псы уже переплыли реку и, порыкивая, обходили Сорела с двух сторон. Юноша сбросил с рук змею, приготовленную для всадника. Огромная королевская кобра зашипела, раздувая капюшон, и кинулась на собак. Взвизгнув, один из мастифов отскочил, но второй придавил змею лапой, и иллюзия истаяла. Обманутый пес зарычал и прыгнул на юношу.
Удар выбил воздух из груди парня, тяжелые лапы придавили к земле, а шею сжало тисками зубов. Натасканный пес не собирался убивать жертву без приказа хозяина.
– Анара, помоги…
И вдруг давление пропало – сначала с шеи, потом и со спины.
– Слезь с него! – услышал Сорел невероятно, невозможно знакомый голос, а за ним – звук удара по собачьей морде.
С трудом перевернувшись, щуря слезящиеся глаза, юноша потрясенно смотрел, как хрупкая девушка раздает оплеухи мастифам.
– Плохой пес! Очень плохой! – ругалась она, крепко держа за ухо вожака.
Пес скулил, скреб лапами, протирая землю брюхом. Другие собаки ползали перед ней, вертясь и хватая хвосты, как слюнявые щенки.
– Сорел, ты в порядке?
– Эстер?!
– Пошли вон! – топнула ногой принцесса, больше похожая сейчас на оборванку – утреннее платье, разорванное по бокам до самых бедер, едва прикрывает колени, рукава оторваны, кисти рук обмотаны обрывками кружев. А на ногах – мужские ботинки.
– Нет времени что-то объяснять, – покачала головой девушка. – Поднимайся! – протянула она руку.
Закряхтев, Сорел попытался встать сам.
– Идиот, сейчас не до церемоний! – рявкнула Эстер, хватая его за шиворот и вздергивая вверх.
– В сумке еда, лекарства и немного денег – все, что у меня было. Во внутреннем кармане украшения – продай их, но не целиком, а вынув камни. У тебя есть трое суток, чтобы добраться до Меота.
Сорел взгромоздился на коня.
– Кто ты? – спросил он.
Девушка грустно улыбнулась.
– Лира. Помнишь маленькую девочку, которую ты опекал в замке Йарры?
– Ты?!
– Я. Не задерживайся, Сорел.
Лира шлепнула коня по крупу, направляя, а потом повернулась к псам:
– Голос! – скомандовала она.
Вожак завыл, подзывая остальную свору и всадников.
– Молодец, – похвалила собаку девушка. – За мной!
Пригибаясь под ветками, купавшимися в воде, оббегая заросли рогоза и следя, чтобы псы оставляли четкий след на берегу, девушка уводила охоту к скалам – в сторону, противоположную той, куда направился Сорел.
Конец первой книги
Примечания
1
Аналог виски.
2
К. Бальмонт. Колыбельная песня.
3
Вид скрипки, в которой на одну струну меньше.
4
Полуночная молитва.
