полностью парализовал его, но не убил. Юноша вспомнил, что в таком состояние добыча хранится дольше. Его удивило, что яда было использовано очень мало. Паук что, экономил его?.. Тут же понял: да, именно экономил! Пауки же думали, что расправятся со всеми людьми, потому вводили минимальную дозу, дабы на всех хватило.
Страшно обрадовался, послал в тело воина волну энергии, которая принялась разрушать яд…
Росс же сам поспешил… вернее, он поспешил послать Славича к другому кокону, освободил следующую жертву, одновременно нейтрализуя яд в новом узнике…
Общее количество спасённым им оказалось одиннадцать. А в это время первый воин уже открыл глаза, придя в чувство…
Тем временем дружинники обследовали рощицу, из которой последовало подлое нападение на них сзади и выяснили, что там имелись овраги и ложбины, в них-то и прятались до поры и времени пауки, устроив идеальную засаду…
Росс покинул сознание сотника, внушив напоследок объяснять своё поведение каким-то наитием, непонятным ему самому. Потому, мол, и взялся их освобождать. Сам не знаю, откуда это пришло. Спасительные импульсы никто не видел, так что про них можно ничего не говорить, ничего не объяснять…
Глава 21
Глава 21. Продолжение «банкета»
Обдумав все самые важные дела, Росс увидел, что может выкроить себе свободный денёк. Пригласил отца с Сеченем, сказал, что хочет побывать в Лунном котле, посоветоваться со Ведуном. Мол, есть вопросы. Оставил их замещать себя. Перед уходом снял с себя кулон, который на самом деле являлся тайным замком к чему-то (вот только к чему⁈), передал на время Всеславу. Сам же направился к Лунному котлу.
Далеко не все замечали, что по улице идёт правитель города. Внешне он ничем не выделялся среди прочих: чуть выше среднего роста, в простой одежде, на поясе только длинный нож в потёртых кожаных ножнах.
Росс обратил внимание на то, чего он раньше не замечал: люди по улице ходили как бы хаотично, беспорядочно, а вот в прежние времена, до прилёта Облака Немезиды, их движение было как бы упорядочено: большая часть старалась придерживаться правой стороны, поэтому встречные пешеходы меньше мешали. Вспомнил (это было вложено в его память Ведуном в Лунном котле), что такое было принято очень давно: оружие носилось в правой руке, потому люди двигались так, чтобы оно находилось максимально далеко от встреченного человека. Запомнил это и решил позже ввести такое правило. Пусть теперь все его приближённые придерживаются его, показывая остальным пример. Отряды дружинников Сувора и Селича будут по возможности придерживаться правой стороны, надо потребовать, чтобы они так делали…
Приближался он к куполу, похожему на небесное светило, незаметно для прохожих оглядываясь по сторонам, и выбрал такой момент, когда поблизости никого не оказалось. Не хотел, чтобы видели, как он проходит внутрь через полусферу Лунного котла, совершенно неприступную для всех остальных и любых видов оружия.
Временное потемнение в глазах, слабость в ногах, и вот уже под сводом…
Едва сдержал возглас удивления, увидев, что находится в высоких царских палатах, изукрашенных с большой фантазией. За длинными столами шёл буйный пир. Слуги едва успевали подносить и убирать блюда. Нередко уносили едва тронутые.
Мимо юноши прошёл слуга в белой рубахе, перепоясанной верёвкой, в лаптях, подстриженный под горшок. Он с натугой нёс жареного лебедя, едва удерживая золотое блюдо.
«Золотое? — ахнул Росс. — Оно само по себе весит ого сколько!..» Возник трудно удержимый порыв помочь, но он тут же спохватился, улыбнулся столь достоверной иллюзии электронного мозга. Это же просто голограмма!
«Кстати, где же Ведун? Несомненно, он где-то здесь…»
Из широких окон в помещение лился яркий солнечный свет.
Юноша пробежал взглядом по пирующим: бояре, купцы, какие-то сановные особы в изукрашенных костюмах с длинными рукавами. Мужчина в шитом золотом халате лет пятидесяти с обветренным лицом, широкоплечий, коренастый, подвижный, живот которого округло выпирал из одежд, уже лениво отрывал от грузной кисти чёрного винограда по ягодке и отправлял в рот. Физиономия у него была покрыта сетью мелких морщинок, глазки внимательно и ублаготворено взирали на окружающий мир из-под кустистых бровей. Богатырского вида молодец усердно поедал карася в сметане. Его сосед лет сорока с небольшим с обветренным лицом, которое было покрыто сетью мелких морщинок, видимо, уже наелся и маленькими глазками поглядывал вокруг.
Росс перевёл взгляд на трон и сидящий на нём царь ему подмигнул. Юноша кивнул ему: мол, прекращай игру, я узнал тебя.
Царь принял из рук почтительного склонившегося слуги чарку зелёного вина, выпил, а затем с размаху разбил её об пол, выкрикнув:
— Танцуют все!
Зал неуловимо преобразился: в стороне появились музыканты, впереди всех сидели бородатые гусляры в косоворотках, за ними другие с домрами, дудками и трещотками. Сбоку появился ряд девушек с огненными румянцами на белых щеках. Полилась задорная музыка, и они закружились с подошедшими к ним кавалерами в танце…
Царь величественно сошёл с трона, прошагал к дымчатом столбу, находившему в центре палаты, жестом пригласил следовать за собой Росса. Тот послушно отправился и шагнул вслед за ним в серый туман лифта, который вознёс его наверх в знакомую комнату с пищевым синтезатором.
Ведун уже был без царской шубе и шапки, но в прекрасных сафьяновых сапогах, кумачовой рубахе с узорами. Вокруг пояса был завязан шёлковый пояс. С левого бока висел кинжал.
— Продолжим банкет? — спросил Ведун. — Будешь выбирать сам или доверишься мне?
— Оставлю это удовольствие на следующий раз, а сегодня буду благодарен за советы.
— Думаю, тебе следует попробовать кислые щи, гречневую кашу с телятиной, карасей в сметане («Именно их ты уплетал в палате», — вспомнил Росс.), беляши, клюквенный морс, торт-мороженое с ананасами.
— Не возражаю. Сейчас закажу, — сказал Росс, касаясь пальцами сенсорных клавишей с соответствующими картинками блюд.
Минуту спустя выдвинулся лоток со всеми блюдами, стаканом морса и салфетками, сложенные в виде цветка в вазочке.
Росс наслаждался новым вкусом блюд, о которых знал до сего момента только теоретически из тех знаний, которые вложил в
