Читаем без скачивания Предвыборная страсть - Николай Новиков

— Ты?! Забудешь? Да кто ты такой?! Был когда-то авторитетом, а теперь — начальник свалки. — Лебеда презрительно ухмыльнулся. — «Маслину» схаваешь, и никто не заплачет, понял, да?!

— Надоел ты мне, Лебеденок. Если со мной что-то случится, а ты свалишь на Камчатку, прыгнешь в горло вулкана, тебя и там найдут. Вытащат скелет из лавы и спросят: щенок, ты зачем это сделал?

Андрей тихо шагнул в сторону, прикидывая, как выбить из рук Лебеды оружие. Тот стоял в дверях, а они — у противоположной стены, метрах в трех. Только Нина, испуганно хлопая ресницами, была почти рядом с бандитом. Но что она может сделать?

Однако Лебеда уловил движение Андрея и выстрелил ему под ноги. Пуля, взбив фонтанчик пыли, с визгом отрикошетила от бетонного пола в стену.

— Стоять, падла! Больше предупреждать не буду! — заорал Лебеда, страшно вытаращив глаза. — Я никак не врублюсь, кончить тебя или нет, понял! Ты ж у нас главный подозреваемый. Кончу тебя — могут дело закрыть, а могут дальше копать. Нет, живи пока, сука. Пускай повозятся с тобой, мне как раз время нужно. Ну-ка, пошел в угол! В угол, я сказал, туда!

Андрей нехотя подчинился, отошел в самый дальний угол. Одним прыжком не достанешь…

— Ты труп, Лебеда, — неожиданно сказал Барон.

— А ты кто?!

— Истомин! Андрей! — послышался сверху зычный голос. — Отзовись, я знаю, что ты здесь.

Лебеда инстинктивно дернулся к выходу, повернул голову. Нина бросилась к нему, толкнула изо всех сил.

Лебеда ударился плечом о дверь и тут же выстрелил. Женщина отлетела к стене, схватилась обеими руками за грудь и медленно поползла вниз. Грохнул еще один выстрел, и Барон, шагнувший вперед, будто споткнулся о невидимую преграду, свалился на матрас. Андрей в последнее мгновение сдержал себя. Черное дуло пистолета смотрело ему в грудь.

— Суки… — злобно шипел Лебеда. — Сдать хотели! Моему лучшему дружку, Гене Бугаеву. Ну теперь мы с ним побазарим! — Он шагнул за дверь, приказал Андрею: — А ну выходи! И не вздумай дернуться, мне терять нечего. Отсюда с закрытыми глазами уйду, но сперва Гену увидеть надо!

Андрей подчинился, вышел в тесный, сумрачный коридор. Лебеда мгновенно оказался сзади, приставив пистолет к спине Андрея, чуть пониже левой лопатки.

Метрах в семи впереди сквозь открытую дверь в коридор проникал серый свет, позади сгущалась тьма. Андрей до крови закусил губу — он не мог и шевельнуться.

В двери показалась могучая фигура Бугаева. Он остановился, вглядываясь в полутемный коридор.

— Уходи, Бугаев, — негромко сказал Андрей.

Дуло пистолета больно ударило в спину, недвусмысленно предупреждая: еще одно слово — и все.

— Не бойся, Истомин, — сказал Бугаев. — Я пришел помочь тебе. Меня послала… сам знаешь, кто.

Он еще не разглядел стоящего за Андреем Лебеду.

— Не уходи, Бугай, — крикнул Лебеда. — За мной должок остался, надо бы вернуть!

Бугаев потянулся за пистолетом, шагая по инерции вперед, но Лебеда заорал:

— Не двигайся, козел! Не вздумай шевельнуться даже!

— Хорошо, — сказал Бугаев, останавливаясь и опуская руки. — Что ты хочешь, сволочь?

— Узнать, зачем ты послал автоматчиков, падла!

— Я?! Искал тебя — да. Если б нашел, кончил — да. Но палить в ресторане — это не мой стиль, Лебеда. Все же я отличаюсь от твоих ублюдков. Отпусти парня, разрешу тебе уйти. Побегаем еще, поохотимся, как мужики. Ну?!

— Тогда я знаю, кто это сделал, чей это стиль, — злобно сощурился Лебеда. — Ща я тебе отдам этого хмыря. Но сперва — должок верну!

Он вскинул пистолет над плечом Андрея и успел два раза выстрелить. Третий раз ему не удалось нажать на спусковой крючок. Андрею хватило мгновения, когда пистолет не давил ему в лопатку. Не раздумывая, он изо всех сил всадил свой локоть в живот бандита.

Бугаев упал на грязный бетонный пол. Лебеда утробно хрюкнул и выронил пистолет, но следующий удар, левой в челюсть с разворота, просвистел в пустоте. Лебеда, размахивая руками, бежал в густую тьму коридора. Андрей наклонился, схватил «ТТ», повернулся, готовый прицельно выстрелить.

Но целиться было не в кого. Тьма поглотила бандита. Андрей наугад выстрелил раз, другой, третий… Гулким эхом заметался по коридору звук выстрелов, и все стихло.

Страшная тишина оглушила. Несколько мгновений Андрей стоял, не двигаясь, а потом побежал к Бугаеву. Тот уже поднялся на четвереньки и, напрягая последние силы, пытался встать на ноги. Заметив склонившегося над ним Андрея, он прошептал:

— Валерия… — и повалился на пол.

— Сейчас, подожди… сейчас я вытащу тебя… — бормотал Андрей, пытаясь засунуть пистолет за пояс, освободить руки.

Не так-то просто было сделать это. Руки тряслись, будто ехал на телеге по вспаханному полю. Но едва он наклонился к Бугаеву, как сразу двое парней в пятнистой форме просунулись в дверь, вскинув автоматы.

— Не двигаться! — раздалась команда. — Брось оружие!

Андрей вытащил пистолет из-за пояса, швырнул на пол, успев при этом подумать, что теперь-то ему точно не выпутаться из этой жуткой истории.

— На пол! Лицом вниз!

Андрей не торопясь выполнил команды, втайне надеясь, что его медлительность выведет из себя автоматчиков, и они прикончат его. Не то чтобы жить надоело — не жить, а выпутываться из бесконечных кошмарных ситуаций надоело. Если б хоть как-то нарушил он закон, не так обидно было бы! Теперь вот поди докажи, что не он стрелял в Бугаева! А еще и в комнате два трупа — Нина и Барон… Все!

Но автоматчики не торопились стрелять. Приблизились, один отбросил носком ботинка пистолет, навалился сверху, заламывая руки за спину, другой склонился над Бугаевым.

Коридор заполнялся людьми.

— Дышит Гена! А ну, взяли и бегом в машину, может, и повезет парню!

Андрея подняли на ноги, и он оказался лицом к лицу с Чупровым.

— Ну что, сука, допрыгался? — сказал подполковник и всадил кулак в солнечное сплетение арестованного.

Невыносимая боль пронизала все тело. Андрей застонал, стиснул зубы, клонясь вперед.

— Там еще двое с пулевыми ранениями, товарищ подполковник! Женщина мертва, а мужик еще дергается!

— Обоих в машину! — скомандовал Чупров. — И вместе с Бугаевым — в больницу! Свяжитесь с реанимацией, пусть подготовятся!

— Я не стрелял в него, — сказал Андрей, превозмогая боль. — Это Лебеда, я только в него хотел попасть, но он ушел в тот конец коридора. И в Барона, и в Нину стрелял он… Если поспешите, может быть…

— Заткнись! — оборвал его Чупров. — Я такие песни слышал, когда ты еще под стол пешком ходил. Кто мертвый — в того не стрелял, а палил в того, кто убежал. Неужели ты думаешь, что я такой дурак? На Вашурина работаешь, тварь?

— Я не знаком с ним…

— Память отшибло? — злобно усмехнулся Чупров. — Ничего, я постараюсь, чтобы ты вспомнил. И рассказал мне все!

49

Еще несколько часов назад она и представить не могла себе такого. Ведь ненавидела же, всей душой ненавидела эту рыжую стерву с зелеными глазами, готова была вцепиться в ее рыжие волосы!

Но исповедь «железной бабы» так потрясла Машу, что все перевернулось в ее душе. И, шагая по проспекту Кочубея в сторону телестудии, она поневоле только и думала об этой невероятной любви и, как ни странно, все больше и больше понимала Агееву. И Андрея. Действительно, как можно ревновать, злиться, если они шестнадцать лет любили друг друга и не могли встретиться? Такое и в книжках не встретишь, хоть сейчас этих зарубежных романов о любви — пруд пруди. На каждом углу продаются.

Шестнадцать лет! И ненавидели друг друга, а любили…

Маша дошла до перекрестка, подождала, пока загорится зеленый свет, и… повернула обратно.

В приемной Агеевой секретарша велела подождать, у Агеевой как раз был Гена Бугаев, Маша сразу догадалась: не случайно Агеева вызвала его, наверное, хочет помочь Андрею. И желание помочь им обоим только укрепилось от этой мысли. Разве не она разыскала Андрея? Не она выполнила его просьбу, пришла к мэру, хоть и трудно было это сделать?!

Поэтому она должна знать, чем же все закончится. Валерия Петровна обязательно найдет способ вытащить Андрея с этой свалки. Уже нашла!

И еще. Пусть она отняла у нее Андрея, но этой женщине, только ей Маша могла уступить своего парня. Тут уж ничего не поделаешь. От прежней ненависти и следа не осталось. Это ж надо — именно сейчас, когда у нее муж погиб, когда выборы близко, она не раскисла, не отказалась от любимого человека! Воистину железная… нет, не баба — леди!

И Маша бы так поступила. Но она не была мэром города, главным кандидатом на выборах в Государственную Думу. А Валерия Петровна была. И ей, конечно же, нужно помочь. Потому что это означает — помочь Андрею. Разве можно сидеть в приемной старого зануды Павла Ивановича, когда вокруг такое творится!